Злоключения одноглазого

— Чего стоишь? Спать будешь или как?

— Здесь? — подросток указал на место рядом с мужчиной.

— Ты видишь ещё кровать? Малыш, я тебя за собой не звал. И твои тараканы — не моя проблема. Ты доверчив как пятилетний ребёнок, — начинал злиться парень. — Если уж решил пойти за мной, то будь добр следовать моим правилам. Либо здесь, либо на полу.

Не имея огромного выбора, Шов примостился с краю и сжался в комочек. Теперь его злоключения обернулись тёмной стороной. Эта дурацкая ненависть к Лео завела его в тупик! Назад ходу нет… На него опустилось лёгкое одеяло, а сверху донеслось недовольное бурчание парня. Стало тепло и даже уютно. Ворчит — это хорошо. Джави тоже ворчит. Значит, всё будет хорошо. Шов заснул.

Фамильный особняк

На улице, не смотря на столь ранее время, уже шумел город. Солнце вовсю светило, но в комнате было тепло и уютно. Шов лежал с головой под одеялом. Сладкая улыбка застыла на лице парня, а руки обнимали подушку. Непонятный уют ощутил подросток. С чего бы вдруг? Этот мужчина ему никто. Он даже имени его не знает, но тем не менее доверился незнакомцу. Впервые в жизни с ним произошло нечто подобное. Весь его мир перевернулся. Знать, пора искать новую опору.

Шов почувствовал что-то неладное. От подушки, которую он обнимал, исходило столько тепла, что хотелось только сильнее прижиматься. Но откуда? Ведь его подушка у него под головой. Нервно вздохнув, Шов осторожно провёл по «подушке». Рука не нащупала привычной наволочки, а наткнулась на гладкую кожу. А вот теперь страшно. Шов открыл глаз и с ужасом обнаружил, что он так не хило прижимается к мужчине. Руками парень обхватил шею своего спасителя, а ноги так вообще положил сверху. Сгорая от стыда, мальчишка попытался отодвинуться подальше, но чья-то сильная рука приобняла его за талию и пододвинула ближе. Минуту малец просто лежал не в состоянии пошевелиться. Наконец решившись, он осторожно выглянул из-под одеяла. Шву надо было понять, осмысленными являлись действия мужчины, или он просто спит, но из-за шляпы, которую тот, к слову, так и не снял, ничего не было видно. Опасная мысль закралась в голову подростка, и он протянул руку к головному убору, но был схвачен.

— Но-но, куда полез, — с усмешкой произнёс парень.

— Прошу прощения. Я думал, Вы спите, — от такого незаметного упрёка и позитивного настроя хозяина квартиры, мальчишка даже перешёл на «Вы».

— Не люблю долго спать, — курильщик свободной рукой поправил шляпу, не забывая другой приобнимать Шва. — Выспался-то хоть?

— Угу, — одноглазый немного смутился. — Можно я встану? Мне кое-куда нужно…

— Да-да, конечно, — мужчина перестал мучить подростка близким присутствием и указал на дверь. — Прямо, не доходя до кухни.

Расправив чуть смявшуюся одежду, Шов пошёл по указанному маршруту. Найдя нужную комнату и сделав то, зачем сюда пришёл, одноглазый приблизился к стоящему там же зеркалу с раковиной и взглянул на себя. То же синеватое лицо со шрамом и швом. Ну, кому он такой нужен? Лео его только из жалости взял, а потом, наверно, раз сто пожалел. Да и Джави с Ральфи хороши — молчали все эти годы. Кстати, о годах. Ему уже восемнадцать. «Отец» сказал, что это непросто дата. Сегодня его спаситель обещал показать Шву его дом. Интересно, у него есть семья? На вид ему около двадцати, значит, возможно, есть жена. Дети? А вдруг? Только какой отец будет расхаживать по опасным районам города, подвергать себя опасности и спасать совершенно незнакомого человека? Он вообще хоть о семье думает?! Или подростка просто не туда занесло? Может шляпник вообще живёт один? Скорее всего. И нечего фантазировать!

Шов наскоро умылся, почистил пальцем зубы и вышел из уборной, но врезался в плаща.

— Бери свою доску, и валим ко мне. Лучше пораньше, — сквозь зубы прошипел он.

— А сколько вообще времени? Мне бы ещё сегодня к себе успеть.

— Это зачем ещё? — удивился мужчина. — Сейчас шесть, а насчёт к тебе позже обдумаем.

Не желая продолжать разговор, плащ вернулся в комнату и начал чем-то греметь. Шов же взял свой скейт, а когда шляпник вышел, они вместе отправились в город. Прохожие странно косились на обоих, но, в отличии от подростка, курильщика это абсолютно не волновало. Он бодро вышагивали по мостовой и выкуривал очередную сигарету. Рядом взмыли вверх голуби. Шов никогда не любил их. Ранее носящие гордое имя «Птица Мира», теперь они стали наравне с крысами. Воробьи, и те гордости побольше, не говоря уже об остальных пернатых.