Змеиная паутина

«Чистомет» неплох. Но я сразу чувствую, что за метлой плохо ухаживали — не перебирали прутья, не обновляли лаковое покрытие, редко смазывали специальным гелем. Ее слегка ведет вправо, но удержать удается без особого труда.

А еще я по пути перехватываю снитч, за которым Малфой гонялся до тех пор, пока я не пришел.

Летаем недолго. Когда замечаю, что мелкий устает от моих виражей, делаю знак приземления, и мы опускаемся на землю.

— Держи, — отдаю мальчишке шарик, недовольно водящий крылышками. — Твое вроде.

— Блин! — на лице Малфоя — восхищение. — Я даже не заметил, когда ты его поймал!

— Я тоже, — довольно фыркаю. — Слушай, малой…

— Я не малой, я Малфой, — недовольно поправляет меня белобрысое чудище, и я согласно исправляюсь:

— … Малфой. А ты своим метлам когда делал ремонт?

— Какой ремонт? — удивляется Малфой. — Они же летают!

— Профилактический, — объясняю. — Им прутья надо перебирать и лак обновлять. «Чистомет» ведет вправо, например.

— А мой «Нимбус»?

— А твой «Нимбус» не знаю, — пожимаю плечами. — Я на нем не сидел.

— А проверь его?!

Киваю, принимаю из рук восхищенно глядящего парнишки древко «Нимбуса».

Ну, что могу сказать спустя пару кругов. «Нимбус» хорош, в принципе, ему ничего делать не нужно, разве что гелем смазать.

— «Нимбус» намного лучше, — признаюсь, опустившись на землю рядом с хозяином метлы. — Но смазать его не будет лишним.

— Откуда ты все это знаешь? — интересуется Малфой, когда мы направляемся в сарай для метел. — У вас в Сборной этому учили?

— И в Сборной, — соглашаюсь. — Но у меня дед по матери всю жизнь метла делал. Я в три года на взрослую метлу первый раз сел.

— Ого! И тебе разрешили?! — изумленно восклицает белобрысый мальчишка.

— Нет, — фыркаю. — Случайно вышло. Я маленький был, а дед как раз метлу сделал. Отвлекся что-то. Ну, я ее схватил и полетел. Поймали на полпути до Софии.

— Софии? — Малфой хлопает глазами.

— Столица Болгарии, — поясняю. — Это как по-вашему, на полпути до Лондона.

Мелкий замирает, осознавая мои слова, а потом покатывается со смеху.

— Угу, — киваю. — Мне потом влетело по первое число.

Лаком покрыть «Чистомет» я не могу — лака нет. Но вот перебрать прутья, заменив испорченные и износившиеся, я могу. Могу так же смазать метлу гелем, аккуратно затерев царапины.

Малфой, изначально горевший энтузиазмом, на трети прутьев своего «Нимбуса» сдувается.

— Почему это надо делать руками? — недовольно говорит он, роясь пальцами в куче. — Мы что, магглы какие?

— Потому что метлы уже зачарованы, — терпеливо объясняю парнишке, как когда-то мне объяснял дед. — Над метлой проведен сложный Ритуал, навешивающий на нее комплекс Чар. Если ты сейчас сюда свои недоЧары впихнешь, вся вязь имеющихся в лучшем случае развалится. И будет у тебя маггловский веник стоимостью сто галеонов.

— А в худшем?

— А в худшем тебя этой метлой размолотит, едва ты на нее сядешь. Так что все обслуживание метлы — руками. Как, впрочем, и изготовление. Хотя нет, вру. Прутья собирать для нее можно магией. Кстати, надо бы этим заняться тоже. Запасных прутьев у тебя нет, а с половиной хвоста «Чистомет» будет летать, как веник из прошлого века.

— Есть, — возражает Малфой, на лице которого проскальзывает облегчение. Когда я сказал, что прутья придется собирать, он аж в лице изменился. — Сейчас найду!

Прутья действительно находятся. Хорошие, в упаковке. Правда, слежавшиеся. Но годные.

Мои объяснения по поводу количества прутьев, длины каждого из них, а так же как их складывать и перевязывать, Малфой по большей части пропускает мимо ушей, хотя с любопытством наблюдает, как я заменяю износившиеся прутки, вымеряя длину. Я даже забираю у него прутья от «Нимбуса», которые Малфой так толком и не перебрал.

— А вот древко, дружок, тебе придется полировать самому. Если прутья перебирать лучше умеючи, да и не часто это требуется, — поясняю, — то древко гелем смазывать надо каждый раз после игры. А меня рядом не будет.

Малфой кривится.

— Хочешь летать на точно такой же метле, как у других, но чтобы она была лучше, чем у других? — хмыкаю.

В глазах блондинчика разгорается огонек.

— Так что вон тряпка, вон гель. Поехали. Каждую царапинку затираем.

Видимо, мысль о том, что летать он будет лучше других, настраивает мальчишку на рабочий лад. Он старательно натирает древко, прислушиваясь к моим замечаниям. Когда я успеваю перебрать полтора пучка прутьев и натереть древко «Чистомета», Малфой едва-едва справляется с натиркой древка от «Нимбуса».

Собираю метла, перетягиваю прутья.

— Ну что, проверим, как оно? — подмигиваю Малфою, на что тот кивает.

Не знаю, как «Нимбус», но «Чистомет» летает намного лучше. Его больше не ведет, да и разгоняется он гораздо более плавно.

Делаю круг над Малфой-мэнором и не удерживаюсь от небольшой шалости — снижаюсь и пролетаю практически над головами одной из «троек», гуськом шествующей по саду.