Знакомство с Грейнджерами

Как и наработанная наблюдательность и память на лица — их пришлось включить на всю катушку. А как еще было различать многочисленных миссис? Мама Гермионы — Джудит. Седая леди с короткой стрижкой и мундштуком с незажженной сигаретой — Кора, просто Грейнджер. А вся в черном — Елена, причем Грейнджер-Уэнделл. Стоп, еще раз, вся в черном и в длинных серьгах — Елена, а вся в черном, но в брюках, заправленных в высокие сапоги, — Мишель, снова просто Грейнджер, и еще одна в черном, с ярко-рыжей шевелюрой — Айрис Грейнджер, для разнообразия — мисс. С мистерами было полегче. Грейнджеры хоть оделись в разные цвета: зеленый жилет с крупными пуговицами — Гектор, светло-серый пиджак — Николас, свитер в ромбы — Эндрю. Несмотря на предупреждение Гермионы, хватало и посторонних мистеров: Уэнделл — рубашка в клетку и подтяжки, Стюарт — свитер с оленями, Грегсон — какая-то форма старого образца…

Самым запоминающимся мистером оказался совсем мелкий, лет двух-трех, мальчуган, который неожиданно подкатился Гарри под ноги. Вспоминая опыт общения с Тедди, Гарри присел перед ребенком на корточки:

— Привет!

Тот скорчил внимательную мордашку и пристально рассмотрел Гарри. А потом протянул ему машинку:

— Красная!

— Класс! А еще есть?

Мелкий снова внимательно посмотрел, а потом вцепился в ладонь Гарри:

— Играть!

Силенок у него было побольше, чем Гарри предполагал, и от неожиданности он чуть не упал, даже пришлось опереться на руку. Мальчишка довольно расхохотался.

— Эней, ты, кажется, собирался представить мне нового гостя.

Негромкий уверенный голос принадлежал самой старшей из присутствующих. Маленькая старушка почти неподвижно сидела в кресле у окна. Встретившись с ней взглядом, Гарри невольно поежился: ясные внимательные глаза смотрели с немалой долей требовательности. Последний раз так на Гарри смотрел Дамблдор. Захотелось даже спросить, что он сделал не так. И главное, когда успел, находясь в доме от силы минут двадцать.

— Конечно, конечно, — ответил отец Гермионы. — Лесли, поиграй пока сам.

Почтенную леди звали Агатой. Гарри воспрял духом — Иджи ведь советовала поцеловать «бабуле» руку. Откровенно говоря, при всех кружавчиках и оборочках, и даже с котиком на руках, Агата не тянула ни на«бабулю», ни на «старушку». А вот на ведьму из детских сказок — вполне.

— Счастлив познакомиться, мадам, — Гарри наклонился к руке — и тут же отскочил от кресла как ошпаренный. Котик, а вернее — рыжий когтистый скотеныш, который вот только что дрых и млел на руках, почему-то заинтересовался очками Гарри и, недолго думая, потянул их к себе лапой. Заодно украсил скулу Гарри ровными кровоточащими линиями.

— А ведь вы не понравились Живоглоту, молодой человек, — с явной издевкой произнесла недосказочная ведьма.

— Знаете, взаимно, — искренне ответил Гарри.

— Очень жаль, очень жаль, — покачала головой Агата Грейнджер. — Ведь Живоглот — новый питомец Гермионы. Как же вы собираетесь ладить?

— Бабуля, прости, я заберу Гарри ненадолго. И если ты еще чуть-чуть подержишь Живоглота на коленях, это будет очень кстати.

Капая на салфетку перекись, Гермиона сердито хмурилась. Но заговорила только тогда, когда Гарри снял очки, открывая доступ к ранкам.

— Извини, бабуля только сегодня котенка принесла. Не знаю, с чего он царапаться полез. Может, дужка блестящая, или еще что.

— А ты собираешься его забрать?

— Куда ж я денусь. Бабуля категорически уверена, что мне нужен верный друг. Если бы я верила в телепатию, подумала бы, что Живоглот — самый настоящий друг. Считай, что он тебя спас.

— Это как? — Гарри провел пальцем по свежим царапинам.

— Бабуля терпеть не может, когда ей целуют руки. Заморочки из ее юности, когда она боролась за предоставление женщинам избирательного права.

— Так твоя бабушка — феминистка?

— Во-первых, не бабушка, а прабабушка. Во-вторых, суфражистка. На феминистку она обидится страшной обидой, не вздумай ее так называть. И вообще. Пока постарайся не вступать с ней в дискуссии. У тебя вон и алиби есть — ты чем-то Лесли понравился, вот и играйте.

— Хочешь сказать, из всех присутствующих я нравлюсь только мелкому несмышленышу?

— И мне иногда. Особенно когда не споришь на пустом месте.

Выбросив салфетку, Гермиона на цыпочках прокралась в гостиную, так же тихонько вернулась и потащила Гарри к задней двери:

— Бабуля занята. А Лесли в саду. Ты ж про племянника рассказывал, значит, с мелкими ладишь.

Пришлось ладить. Хорошо еще, что Лесли был живой батарейкой — и на один бросок мяча от Гарри успевал обежать сад по периметру, еще и попрыгать на шезлонгах. Попутно подгрызая яблоко. Гарри лениво жевал роллы, запивая их имбирным лимонадом. Жизнь была прекрасна, не считая того, что в день рождения Гермионы он надеялся видеть больше Гермионы. Та заглядывала пару раз и почти сразу убегала в дом. А потом и вовсе прислала вместо себя Шерон.

— Идите в гостиную, Гарри. Этот сорванец может утомить кого угодно.

— Не знал, что у вас сын.

— У всех нас хватает тайн, кому как не полицейским об этом знать.