Зомби-VRN

Несмотря на все тяжелые условия своего существования, молодая приятная симпатичная женщина не пыталась ни с кем познакомиться, так сильно верила в свое чудовищное черное счастье и рисовала в воображении безупречное и совсем не кажущееся фальшивым их общее будущее. Когда она робко начинала разговор о скромной свадьбе, что бы только официально зарегистрировать незаконно рожденную дочь, Влад просто взрывался от гнева и ярости: «А ни чего тебе больше еще не нужно?!» — бессердечные слова сразу же отрезвляли женщину, заставляя послушно соглашаться с его грубостью.

Шла кровь с крупными багрово-черными сгустками, сопровождающаяся тугими тянущими болями внизу живота. Ира поняла, что снова беременна и это очередной выкидыш уже третий по счету. Казалось чудом, что она посреди своих женских несчастий смогла выносить и родить вполне здорового ребенка. Новый залет не был для нее неожиданностью. Владислав каждый день настойчиво требовал секса, от не в силах не смотря ни на что отказать ему, запуганной женщины. А предохраняться он не любил, не особо заботясь о здоровье жены. Ирина очень плохо себя чувствовала: тело одолела сильная слабость, голова постоянно кружилась, а кровь текла ручьем так, что насквозь за десять — пятнадцать минут промокала любые, даже самые надежные средства гигиены.

Как назло, завтра ее пригласили ненавистные родственники мужа на праздничный обед, впервые после долгого перерыва. К ним приехала какая-то важная родня, и у кого-то из них завтра как раз был день рождения. Родители Влада совсем бесцеремонно, не отягощенные угрызениями совести старательно делали вид что ни чего не произошло, и слышно сладостно сюсюкали с сыном по телефону. Она знала — Ольга Михайловна и Владислав Владимирович хотели видеть не ее, а показать маленькую внучку родственникам, которым они, по всей видимости, боялись признаться, что ненавидят свою невестку. Ирина не могла не согласиться прийти на праздник — когда-то давно из-за плохого самочувствия она пару раз не появлялась на их обедах по выходным и этим еще больше всех злила. Да она и сама смиренно хотела наладить так сильно испортившиеся отношения, сделать все, что было в ее силах и сохранить тем самым семью. Молодая женщина надеялась на это до последнего, страдая и терпя хамское поведение горячо и преданно любимого человека. Она подозревала, что гражданский муж давно завел себе любовницу, но все рано боролась и испытывала невообразимые для большинства женщин и девушек ее возраста душевные муки.

С чувством неотвратимой боли она дождалась назначенного часа, приготовилась сама и собрала дочку. Влад как обычно ни в чем ей не помогал, ушел с утра и просто договорился с ней встретиться сразу в квартире родителей. Боясь упасть в обморок, Ирина медленно с трудом выволокла из подъезда тяжелую коляску, и поплелась к ближайшей автобусной остановке. Натолкавшись в тесном ПАЗике с громоздкой обузой, она вышла на нужной остановке на другом краю города, раскинувшегося по левому берегу. Тревожно зазвонил телефон: «Ну, где ты есть?? Здесь все уже готово!» — раздался недовольный голос Влада.

Ира волновалась, а на душе неприятно скребло чувство страха и боли. Ей прямолинейной, доброй и открытой, всегда было тяжело скрывать свои истинные чувства, вести себя лицемерно и наигранно… А это ей предстояло делать целый вечер. Она поднялась на покачивающемся лифте на восьмой этаж и позвонила в дверь 136-ой квартиры. Открыла ей мать Влада. Ирина натянуто улыбнулась, поздоровалась и отвела взгляд в сторону. Ей было тяжело смотреть в глаза тем, которые ее не выносили и неистово презирали, а при чужих непосвященных в семейную драму людях подло любезничали и обхаживали. Ольга Михайловна ловко и быстро выхватила маленькую Валюшку из розовой коляски и тошнотворно для слуха Иры заулюлюкала, на ходу снимая с нее крохотные теплые осенние вещички и показывая внучку гостям. Голова невыносимо кружилась, а каждая с трудом выдавленная из себя улыбка отбирала столько сил, будто Ирина на стройке таскала тяжелейшие двадцати пяти килограммовые мешки с плиточным клеем.

Оставленная в одиночестве женщина медленно сняла верхнюю одежду и пошла в ванную комнату. Женщина долго не выходила из небольшого тесного помещения, изведя на текущую по худым ногам тонкими струйками кровь половину рулона туалетной бумаги. Когда вышла, прошла в просторный зал, где был поставлен большой стол с разными угощениями и напитками. Все родственники и остальные гости уже сидели за ним. Она заняла последнее свободное место рядом со своим гражданским мужем. Весь вечер родители Влада шутили и общались с гостями. Ира охотно и весело отвечала, когда ее о чем-то спрашивали, стараясь оставить о себе счастливое и беззаботное впечатление. А сама боялась встать со стула, зная, что каждое даже малое движение усиливает ее женскую кровопотерю.