— Лето совсем закончилось, даже бабье прошло… — загадочно и даже немного грустно сказал Леха.
101 мин, 40 сек 5208
— Скребется? — словно полный придурок повторял за ним Лысый.
Михась ни чего не ответил и молча сошел с неровного деревянного крыльца. Он немного постоял на пожелтевшей начавшей прогнивать траве, пытаясь определить направление доносящегося звука. Потоптавшись на месте, он уверенно пошел к зеленой копейке. Лысый спокойно наблюдал за ним.
— Это отсюда! — выпалил Миха, смотря на друга неожиданно увеличившимися и округлившимися испуганными глазами.
— В смысле? — только и смог пробормотать Лысый себе под нос и спустился на тропинку.
— Слышишь! — уверенно спросил его друг, кивая на багажник.
— Слышу… — странно согласился Лысый.
Из багажника копейки его брата и вправду доносился подозрительный скрежет. Лысый покопался во всех карманах Джинс и куртки пока не нашел ключи от машины. Потянулся к замку багажника и собрался было отпереть его, как сильный гулкий толчок изнутри остановил его.
— Он что… живой что ли? — удивленно произнес Михась.
Тем временем толчок повторился и стал еще громче. Старенький автомобиль содрогался от сильных ударов. Друзья безмолвно следили за происходящим. Очередной толчок стал такой силы, что тонкий металл крышки багажника прогнулся, образовав невысокую, но очень выразительную кривую несимметричную кочку. Михась и Лысый завороженные увиденным, в страхе отпрянули от, словно взбесившейся, 911 судорожно придумывая как им теперь поступить…
Лилит и Сандалф
Сандалф неспеша, шел за Лилит, обдумывая как лучше рассказать ей о задуманном. Переводил взгляд то на ее длинную с тонкой линией кружев черную юбку, то на всю покрытую выщерблинами не новую уличную плитку, то на фасады старинных домов на Театральной. Пара молодых влюбленных направлялась к драматическому театру. С него открывался неплохой вид на местное «море», и на застроенные разношерстными высокими и низкоэтажными домами правый и левый берег. Они уже зашли в небольшой парк перед театром с жухлыми газонами, редкими раскидистыми многолетними деревьями, мощеной площадью и кучками маргиналов разных возрастов и увлечений, рассевшихся на спинках добротных крепких скамеек.
— Эй, Эмо! Подстригись!!
Наглый грубый выкрик одной, наверняка пьяной компании остановил их. Оскорбление было явно направлено в сторону длинноволосого крашеного в черный цвет Сандалфа. Отличавшаяся обычно терпеливостью и устойчивостью к провокациям, Лилит на этот раз не выдержала и быстро подошла к трем коротко стриженным гоперской наружности парням.
— Мы не эмо!! Во-первых, эмо — это эмоциональные психически неуравновешенные дети, а мы намного старше! Во-вторых, в них нет ничего мистического и темного, а только цветные яркие полоски, челки и заколочки! В-третьих, эмо поверхностные и легкие, а наша философия глубокая, осмысленная и правдивая! Ты понял?! Тебе это понятно?!— несдержанно повысила она голос.
Парень, кричавший то, что первое пришло ему в голову при виде странной парочки не ожидал такой реакции и растерянно приоткрыв рот, смотрел на разъяренную Лилит. Сандалф наблюдал, что она даже побледнела от охватившего ее негодования и стала похожа на взбешенную вампиршу. Остальные двое обидчиков не желая вмешиваться отвернулись, молча продолжая потягивать пиво из темных бутылок и хрустеть небольшими пакетиками с пережаренными сухариками.
— Извините… — обескуражил всех, даже своих товарищей ответил позволивший себе грубый комментарий незнакомый парень.
Лилит гордо и победно кивнула, и они с Сандалфом продолжили свой путь. Выйдя на площадь за драмтеатром яркая готическая пара увидела что, как и обычно под вечер, она не пустовала. На невысоком парапете длиной во все здание сидели поодиночке и группами люди. Одни курили, другие просто любовались видом на водохранилище. Сандалф и Лилит подошли к высоким кованым поручням.
— Лилит, давно хотел тебе рассказать, ритуал поклонения… я нашел отличное место, где можно провести его… — наконец решился рассказать молодой человек.
— Это же прекрасно! Я так давно хотела посвящения! — обрадовалась его возлюбленная, — и что это за место?
— Старое заброшенное кладбище под VRN. Там никого не хоронили с самой Второй мировой… Высокие могучие деревья, старинные кресты и ограды, очень романтичное кладбище… — с некоторой долей гордости объяснил он.
— Если я не ошибаюсь неподалеку больницы для туберкулезных больных… — согласилась с замыслом Сандалфа Лилит.
— Да это так… Ты знаешь эти места? — немного удивился ее друг.
— Совсем чуть-чуть. В прошлом году ездила с родителями на турбазу и видела это кладбище. Когда мне было скучно с предками, я ходила гулять туда и на озеро…
— Я думал, удивлю тебя!
— Все хорошо! — с улыбкой редко появляющейся на ее узком бледноватом с большими карими глазами лице ответила Лилит.
— Что нужно выполнить для ритуала? — сразу же поинтересовалась она.
— Выкопать мертвеца, пролежавшего в земле не меньше пятидесяти лет, принести в жертву козла. Его кровь смешать со своей и выпить… Вот и все.
— А где козла взять? — озадачилась Лилит.
— Купим по объявлениям в деревне… — рассказал Сандалф.
Михась ни чего не ответил и молча сошел с неровного деревянного крыльца. Он немного постоял на пожелтевшей начавшей прогнивать траве, пытаясь определить направление доносящегося звука. Потоптавшись на месте, он уверенно пошел к зеленой копейке. Лысый спокойно наблюдал за ним.
— Это отсюда! — выпалил Миха, смотря на друга неожиданно увеличившимися и округлившимися испуганными глазами.
— В смысле? — только и смог пробормотать Лысый себе под нос и спустился на тропинку.
— Слышишь! — уверенно спросил его друг, кивая на багажник.
— Слышу… — странно согласился Лысый.
Из багажника копейки его брата и вправду доносился подозрительный скрежет. Лысый покопался во всех карманах Джинс и куртки пока не нашел ключи от машины. Потянулся к замку багажника и собрался было отпереть его, как сильный гулкий толчок изнутри остановил его.
— Он что… живой что ли? — удивленно произнес Михась.
Тем временем толчок повторился и стал еще громче. Старенький автомобиль содрогался от сильных ударов. Друзья безмолвно следили за происходящим. Очередной толчок стал такой силы, что тонкий металл крышки багажника прогнулся, образовав невысокую, но очень выразительную кривую несимметричную кочку. Михась и Лысый завороженные увиденным, в страхе отпрянули от, словно взбесившейся, 911 судорожно придумывая как им теперь поступить…
Лилит и Сандалф
Сандалф неспеша, шел за Лилит, обдумывая как лучше рассказать ей о задуманном. Переводил взгляд то на ее длинную с тонкой линией кружев черную юбку, то на всю покрытую выщерблинами не новую уличную плитку, то на фасады старинных домов на Театральной. Пара молодых влюбленных направлялась к драматическому театру. С него открывался неплохой вид на местное «море», и на застроенные разношерстными высокими и низкоэтажными домами правый и левый берег. Они уже зашли в небольшой парк перед театром с жухлыми газонами, редкими раскидистыми многолетними деревьями, мощеной площадью и кучками маргиналов разных возрастов и увлечений, рассевшихся на спинках добротных крепких скамеек.
— Эй, Эмо! Подстригись!!
Наглый грубый выкрик одной, наверняка пьяной компании остановил их. Оскорбление было явно направлено в сторону длинноволосого крашеного в черный цвет Сандалфа. Отличавшаяся обычно терпеливостью и устойчивостью к провокациям, Лилит на этот раз не выдержала и быстро подошла к трем коротко стриженным гоперской наружности парням.
— Мы не эмо!! Во-первых, эмо — это эмоциональные психически неуравновешенные дети, а мы намного старше! Во-вторых, в них нет ничего мистического и темного, а только цветные яркие полоски, челки и заколочки! В-третьих, эмо поверхностные и легкие, а наша философия глубокая, осмысленная и правдивая! Ты понял?! Тебе это понятно?!— несдержанно повысила она голос.
Парень, кричавший то, что первое пришло ему в голову при виде странной парочки не ожидал такой реакции и растерянно приоткрыв рот, смотрел на разъяренную Лилит. Сандалф наблюдал, что она даже побледнела от охватившего ее негодования и стала похожа на взбешенную вампиршу. Остальные двое обидчиков не желая вмешиваться отвернулись, молча продолжая потягивать пиво из темных бутылок и хрустеть небольшими пакетиками с пережаренными сухариками.
— Извините… — обескуражил всех, даже своих товарищей ответил позволивший себе грубый комментарий незнакомый парень.
Лилит гордо и победно кивнула, и они с Сандалфом продолжили свой путь. Выйдя на площадь за драмтеатром яркая готическая пара увидела что, как и обычно под вечер, она не пустовала. На невысоком парапете длиной во все здание сидели поодиночке и группами люди. Одни курили, другие просто любовались видом на водохранилище. Сандалф и Лилит подошли к высоким кованым поручням.
— Лилит, давно хотел тебе рассказать, ритуал поклонения… я нашел отличное место, где можно провести его… — наконец решился рассказать молодой человек.
— Это же прекрасно! Я так давно хотела посвящения! — обрадовалась его возлюбленная, — и что это за место?
— Старое заброшенное кладбище под VRN. Там никого не хоронили с самой Второй мировой… Высокие могучие деревья, старинные кресты и ограды, очень романтичное кладбище… — с некоторой долей гордости объяснил он.
— Если я не ошибаюсь неподалеку больницы для туберкулезных больных… — согласилась с замыслом Сандалфа Лилит.
— Да это так… Ты знаешь эти места? — немного удивился ее друг.
— Совсем чуть-чуть. В прошлом году ездила с родителями на турбазу и видела это кладбище. Когда мне было скучно с предками, я ходила гулять туда и на озеро…
— Я думал, удивлю тебя!
— Все хорошо! — с улыбкой редко появляющейся на ее узком бледноватом с большими карими глазами лице ответила Лилит.
— Что нужно выполнить для ритуала? — сразу же поинтересовалась она.
— Выкопать мертвеца, пролежавшего в земле не меньше пятидесяти лет, принести в жертву козла. Его кровь смешать со своей и выпить… Вот и все.
— А где козла взять? — озадачилась Лилит.
— Купим по объявлениям в деревне… — рассказал Сандалф.
Страница 5 из 31
