Все началось с телефонного разговора.
Добавить в моё избранное
6 мин, 0 сек 13264
— Да?
— Да, алло, Эль, это ты?
— Даа, кто же еще?
— Ой, прости… Слушай, можешь придти ко мне сегодня? У меня родители уехали, — сказала Таня каким-то странным, отрешенным голосом… Хотя я не придала этому внимания, посчитала, что послышалось.
— Ну, блииин, Тань, мне сестру надо в лагерь отвезти…
— Эля, кому ты врешь?
Ну да, я врала. Просто не хотелось идти к Таньке в такую рань (время было часов 10 утра).
— Лаадно, я часа в 2 буду у тебя.
— Хорошо, жду. Пока.
Она так внезапно отключилась… Но и этого я не заметила.
В 2 часа я уже стояла на пороге Тани и звонила в дверь. Я долго ждала, но все-таки Танька соизволила открыть дверь. Она была вся бледная, в глазах была странная пустота.
— Привет, проходи, — сказала Таня как-то безразлично, — только у меня тут не убрано.
— Привет, рада тебя видеть. Тань, а где мы будем спать?
Таня промолчала, словно не слышала моего вопроса.
— Таааня!
— Что?
— Где мы будем спать?
— На диване, в гостиной.
— Ну… Давай пообедаем?
— А, забыла спросить, ты есть будешь?
— Да, я бы не против перекусить.
Мы, точнее я погрела еду, так как у Тани все валилось из рук.
После долгого обеда, на котором Таня все по прежнему молчала мы легли посмотреть телевизор. Да. Таня действительно была какая-то странная сегодня. Телевизор она не смотрела, точнее делала вид что смотрела, на самом же деле она смотрела в одну точку пустыми глазами.
Когда настал вечер, в комнате стало мрачно как-то. Я полезла включать свет, но Таня меня остановила, сказала, что лампочка перегорела. Потом я не знаю зачем проверила, включается ли он. Все лампочки были целы. Странно.
Скоро мы легли спать. Ночка была еще той… Таня сразу уснула, а я замерзла и пошла закрывать балкон. Как только я коснулась ручки балкона, Таня резко открыла глаза и сказала, что не нужно закрывать балкон, типа ей жарко. Я наплевала на балкон и пошла обратно в постель. Я долго ворочалась, нечаянно прикоснулась к подруге и ощутила, что та ужасно холодная, как ледышка.
Кое-как я все же уснула. Но долго спать я так и не смогла… Я проснулась от резкого света. Повернулась посмотреть, не проснулась ли Танька. Ее место было пусто, но из ванной доносился шорох. Я подумала, что Таня в душе и пошла в ванную. Открыла дверь и услышала хрип. Он доносился из зеркала. Я застыла, боясь того, что там. Но оттуда неживым голосом оно позвало меня по имени. Я заставила себя обернуться к зеркалу. Может кто-то нуждался в моей помощи…
Оно оказалось Таней. Она стучала изнутри зеркала и кричала, чтобы я уходила, иначе мне не спастись. И чтобы я не ходила на кухню. Таня была очень напугана и вся в ссадинах, синяках и ранах. Прямо на щеке у нее был большой шрам. Я ужаснулась.
Мне в голову что-то стукнуло и я стояла как вкопанная.
В это время Таня кричала мне, что нужно бежать. И я по привычке побежала на кухню.
Она же меня предупреждала… Лучше бы я этого не делала… На кухне лежала чаша с фруктами и там была записка: «Прости, это все не я». Я не поняла юмора и решила собираться домой, не могу больше я жить в таком дурдоме.
Но дверь из кухни была закрыта. Я полезла открывать окно, вроде как третий этаж, авось уцелею. Ага, конечно! На нем были решетки, их поставили только позавчера. Я прокляла этот день. Мне уже было наплевать на Таню. Я хотела домой и главное — выжить. Около раковины было зеркало. Я его не замечала, а сейчас вдруг оно попалось мне на глаза и я замерла в испуге.
Там были пустые глаза. Черные-черные, как ночь. Я схватила сковороду и ударила зеркало в надежде, что оно разобьется. И оно разбилось. Но едва я посмотрела в осколок, из него начала вытекать какая-то черная густая жижа. Я струсила и накрыла ее полотенцем. Полотенце растворилось.
У Тани жили рыбки и аквариум стоял на кухне. Как во сне, я выловила оттуда скалярию и бросила в эту чернотень. Она растворилась. Остались только глаза и кости. Я вздрогнула, ведь жижа растекалась, а я совсем не хотела умирать. Ее становилось все больше. Я залезла на стол, но она уже чуть дотрагивалась до моих ног.
Я очнулась в каком-то подземном лабиринте. Под ногой шелестели пауки, а одна крыса пыталась разгрызть мой кроссовок. Я поднялась и пошла куда глаза глядят. Пока я бродила, мне попался окровавленный палец и глаз. Но я это уже спокойно воспринимала, похоже, я сошла с ума.
И вот я заметила что-то живое. Это была рука, которая отчаянно держалась за угол земляной стены, видимо, ее хозяину не сладко. И я пошла туда. Все равно терять уже нечего. И хозяином этой руки оказался какой-то пацан. Его за ноги кто-то тащил куда-то во мрак. Я начала тянуть его на себя. Некстати вспомнила репку, нашла время… В общем, вытянула я его. Все его ноги были в крови, на щиколотках были следы когтей.
— Да, алло, Эль, это ты?
— Даа, кто же еще?
— Ой, прости… Слушай, можешь придти ко мне сегодня? У меня родители уехали, — сказала Таня каким-то странным, отрешенным голосом… Хотя я не придала этому внимания, посчитала, что послышалось.
— Ну, блииин, Тань, мне сестру надо в лагерь отвезти…
— Эля, кому ты врешь?
Ну да, я врала. Просто не хотелось идти к Таньке в такую рань (время было часов 10 утра).
— Лаадно, я часа в 2 буду у тебя.
— Хорошо, жду. Пока.
Она так внезапно отключилась… Но и этого я не заметила.
В 2 часа я уже стояла на пороге Тани и звонила в дверь. Я долго ждала, но все-таки Танька соизволила открыть дверь. Она была вся бледная, в глазах была странная пустота.
— Привет, проходи, — сказала Таня как-то безразлично, — только у меня тут не убрано.
— Привет, рада тебя видеть. Тань, а где мы будем спать?
Таня промолчала, словно не слышала моего вопроса.
— Таааня!
— Что?
— Где мы будем спать?
— На диване, в гостиной.
— Ну… Давай пообедаем?
— А, забыла спросить, ты есть будешь?
— Да, я бы не против перекусить.
Мы, точнее я погрела еду, так как у Тани все валилось из рук.
После долгого обеда, на котором Таня все по прежнему молчала мы легли посмотреть телевизор. Да. Таня действительно была какая-то странная сегодня. Телевизор она не смотрела, точнее делала вид что смотрела, на самом же деле она смотрела в одну точку пустыми глазами.
Когда настал вечер, в комнате стало мрачно как-то. Я полезла включать свет, но Таня меня остановила, сказала, что лампочка перегорела. Потом я не знаю зачем проверила, включается ли он. Все лампочки были целы. Странно.
Скоро мы легли спать. Ночка была еще той… Таня сразу уснула, а я замерзла и пошла закрывать балкон. Как только я коснулась ручки балкона, Таня резко открыла глаза и сказала, что не нужно закрывать балкон, типа ей жарко. Я наплевала на балкон и пошла обратно в постель. Я долго ворочалась, нечаянно прикоснулась к подруге и ощутила, что та ужасно холодная, как ледышка.
Кое-как я все же уснула. Но долго спать я так и не смогла… Я проснулась от резкого света. Повернулась посмотреть, не проснулась ли Танька. Ее место было пусто, но из ванной доносился шорох. Я подумала, что Таня в душе и пошла в ванную. Открыла дверь и услышала хрип. Он доносился из зеркала. Я застыла, боясь того, что там. Но оттуда неживым голосом оно позвало меня по имени. Я заставила себя обернуться к зеркалу. Может кто-то нуждался в моей помощи…
Оно оказалось Таней. Она стучала изнутри зеркала и кричала, чтобы я уходила, иначе мне не спастись. И чтобы я не ходила на кухню. Таня была очень напугана и вся в ссадинах, синяках и ранах. Прямо на щеке у нее был большой шрам. Я ужаснулась.
Мне в голову что-то стукнуло и я стояла как вкопанная.
В это время Таня кричала мне, что нужно бежать. И я по привычке побежала на кухню.
Она же меня предупреждала… Лучше бы я этого не делала… На кухне лежала чаша с фруктами и там была записка: «Прости, это все не я». Я не поняла юмора и решила собираться домой, не могу больше я жить в таком дурдоме.
Но дверь из кухни была закрыта. Я полезла открывать окно, вроде как третий этаж, авось уцелею. Ага, конечно! На нем были решетки, их поставили только позавчера. Я прокляла этот день. Мне уже было наплевать на Таню. Я хотела домой и главное — выжить. Около раковины было зеркало. Я его не замечала, а сейчас вдруг оно попалось мне на глаза и я замерла в испуге.
Там были пустые глаза. Черные-черные, как ночь. Я схватила сковороду и ударила зеркало в надежде, что оно разобьется. И оно разбилось. Но едва я посмотрела в осколок, из него начала вытекать какая-то черная густая жижа. Я струсила и накрыла ее полотенцем. Полотенце растворилось.
У Тани жили рыбки и аквариум стоял на кухне. Как во сне, я выловила оттуда скалярию и бросила в эту чернотень. Она растворилась. Остались только глаза и кости. Я вздрогнула, ведь жижа растекалась, а я совсем не хотела умирать. Ее становилось все больше. Я залезла на стол, но она уже чуть дотрагивалась до моих ног.
Я очнулась в каком-то подземном лабиринте. Под ногой шелестели пауки, а одна крыса пыталась разгрызть мой кроссовок. Я поднялась и пошла куда глаза глядят. Пока я бродила, мне попался окровавленный палец и глаз. Но я это уже спокойно воспринимала, похоже, я сошла с ума.
И вот я заметила что-то живое. Это была рука, которая отчаянно держалась за угол земляной стены, видимо, ее хозяину не сладко. И я пошла туда. Все равно терять уже нечего. И хозяином этой руки оказался какой-то пацан. Его за ноги кто-то тащил куда-то во мрак. Я начала тянуть его на себя. Некстати вспомнила репку, нашла время… В общем, вытянула я его. Все его ноги были в крови, на щиколотках были следы когтей.
Страница 1 из 2
