Звездные юнги

Дедок с ужасающим звуком втянул воздух, смачно харкнул в реку. Львушке показалось, что там сразу же всплыла брюшком кверху небольшая рыбка. Запах даже сюда добивал.

— Да Лидки уже недели две нет! И хде ее искать? Я па-анятия не имею! А она, зараза, бутылку занычила, и где — не говорит! Я уже тут ищу-ищу! Девчушки, сигаретку бы, а?

— Да мы не курим, простите, — Львушка развела руками. — То есть нет ее дней двенадцать-четырнадцать?

Дедок засопел, кивнул и снова отхаркнул черный ком.

— Спасибо за помощь, — Львушка попятилась, поймав удивительно мерзкий сальный взгляд, которым дедок изучал ее сарафан. Хорошо хоть, под ним рубашка была, чтоб руки и плечи не сгорали. — Ну, мы пойдем!

Они поспешили обратно под хриплое, сипящее хихиканье старичка, вслед им кричащего, что ничего Лидке не сделается, она до того башка дубовая, и что посидели бы с ним, послушали б правду жизни, и полтосик бы еще… Фу. Вовремя свалили, решила Львушка.

До самой дороги они молчали и нервно оглядывались, но погони вроде не было, а дальше уже и быть не могло. Вдоль тротуара потянулся забор бесконечной заброшенной стройки.

— Что-то мне это не нравится, — пробормотала Львушка. — Она тут всегда была, далеко не уходила… Может, отравилась водой, как Мышка? И еще как раз две недели, прямо тогда же, когда и Мышка слегла.

— Если она ничем не лечилась, то вряд ли. То, что попадало в воду, само по себе не очень опасно, — возразила Джилька. — Что, остается рейд в ваш командирский клуб?

— Мне туда нельзя.

Они вышли на перекресток. Направо жилая улица, пройти немного — и там дом. Налево, если представить, что нет ни борщевика, ни лопухов, ни разросшихся кустов бузины — там штаб. Пустой — отряд как раз спит.

— Надо либо Мышку ждать, либо, не знаю… — Львушка пожевала губу.

— Либо посмотреть документацию, — неожиданно произнесла Джилли. — Не знаешь, что делать — всегда смотри исходники.

— Чего? — Львушка недоуменно на нее воззрилась.

— Пошли ко мне, у меня интернет быстрый, — Джилька дернула ее за руку. — Это же был жилой район, пока не возвели Краснохолм, и все туда не переехали. Так вот, у старых зданий всегда есть документы и проектная информация, мы свой дом так искали, когда туалет ремонтировали, чтобы не надышаться асбестом, и мне мама показала, где!

— Погоди, погоди, зачем? Я и так тебе скажу, здание самое обычное, раньше было двухкомнатное, сейчас перегородок внутри почти нет, радист сидит у окна… Чердака нет, на крышу можно выйти по лестнице… Никаких тайных подземных или там вентиляционных ходов, чес-слово!

Джилька кивала, но все-таки явно от идеи не отказалась.

— Табличка с адресом у вас сохранилась на стене, или искать по примерному расположению?

— Найдем, он угловой.

Когда дошли до дома, она сноровисто развернула несколько старых карт города на экране компьютера и одну бумажную на столе.

Львушка вспомнила остатки домов и фундаменты на пустырях. Надо же… она как-то и не думала, что раньше тут жили люди, причем не так уж давно. Посмотреть так, и кажется — вечность как все забросили, а на деле — всего-то двадцать с чем-то лет. Ну, в два раза дольше, чем она жива, но все равно не так уж много.

Как будто тени все сожрали. А теперь получается, может, и нет никаких теней? Раз нет звездных сигналов, и все эти слова про дружбу и верность… Не верилось как-то после того единственного визита мальчишек, что именно вот так дружба с верностью и должны выглядеть. Она ведь не прокаженная, чтобы из-за нее и Мышку невниманием наказывать! И карта лежала на столе доказательством того, что вовсе даже Пустые Земли не всегда были пустыми.

— Вот, смотри, тут три дома стоят у реки, и недалеко от штаба, не доходя до моста, есть три фундамента. Там ночью противно бегать, крапива выше головы.

— Ага, я вижу, а на старой карте тут название — улица Попова. Который радио изобрел, — Джилька пометила это маркером на бумаге, ругнулась, взяла карандаш — маркер мгновенно протек. — Дальше тут перекресток Анодной и Электротехнической, сейчас она называется Закатная, и на ней твой дом стоит, она на шесть домов короче. У вашего отрядного дома было стратегическое значение, ты смотри: Анодная три, он же Электротехническая, двадцать девять. Тут метка какая-то, сейчас ее поищу.

— Хорошо, что тогда так тщательно все отмечали… — Львушка разглядывала карту, сверяла ее с картой на экране — даже не картой, а снимком из космоса.

— Вот, тут тоже такой же значок, на магазине хозтоваров в центре. Только там дом громадный, несколько этажей и четыре подъезда, а клуб махонький.

— А, вот, — Джилли аж подпрыгнула, — это бомбоубежище какого-то гражданского типа, в общем, я сейчас гляну… Укрепленный цокольный этаж, во! А тут как раз знаешь какая почва? Плывун. У всех домов окна на уровне земли! Потому что уползает вниз, потому и район бросили!