В любой стране есть места, которые веками слывут в народе дурными, проклятыми Их обходят стороной, не решаясь туда заходить даже днем. С теми, кто случайно оказывается там, происходит нечто странное: то память у человека отшибёт, то привидится ему что-то, то водит людей по кругу до изнеможения какая-то сила.
Добавить в моё избранное
9 мин, 17 сек 8838
Я взял их в руки, нити были шелковистые и совсем невесомые. «Брось, — сказал Юрий, — что ты берёшь всякую дрянь!» Но я продолжал рассматривать, пытаясь понять, как нити попали сюда: трава вокруг была несмятой. Затем мы подошли к болоту. Я сразу увидел хорошую винтовку, а Юрий нашёл снаряд, который хотел увезти в Москву как сувенир. Мы сфотографировали друг друга с находками, и я посмотрел на часы — 12. 08. Что случилось дальше, никто из нас не помнит.
Очнулись мы в зарослях камыша высотой выше человеческого роста. Было уже 16. 15. Голова гудела у обоих, как с похмелья, хотя пили мы только чай. Ломая камыш, вышли к огромному валуну. Когда я влез на него и огляделся, глазам своим не поверил… Камыш был вытоптан только в месте, где мы пришли в себя, да по пути к валуну, а вокруг он стоял стеной. Получалось, что нас перенесла в заросли камыша некая неведомая сила… Куда подевались винтовка и снаряд — непонятно. Пытались вспомнить, как мы сюда попали и где наши находки, но безрезультатно. Чувствовали мы себя так, как будто кто-то нас здорово одурачил.
До темноты ещё оставалось время, решили дойти до желанной речки. Продираясь сквозь камыши, вышли к реке. Место это было мне знакомо, мы сюда приходили за водой. Метрах в ста от речки возвышается бугор, а на нём — тот самый бор, откуда убежал Юрий. Только мы пошли к бору, началась какая-то чертовщина.
Доходишь до определённой черты и дальше не можешь сделать ни шагу: ноги напиваются тяжестью, тело цепенеет и, что самое мерзкое, охватывает такой ужас, от которого волосы встают дыбом, по всему телу испарина выступает. Смотрю на Юру, с ним тоже что-то творится неладное. Молча повернули обратно, спустились к реке, сразу отпустило, только дрожь в коленках.
Стали думать, что же это нас, здоровых мужиков, побывавших в разных переделках, так могло напугать. Единственный вывод, к которому мы пришли — нас караулит медведь. Принялись стучать в котелок, орать дурными голосами, в ответ — ни звука.
Пробуем ещё раз подняться на бугор, та же картина. После третьей попытки махнули рукой и пошли в лагерь. Пока дошли до палатки, успокоились. Перешли речушку у лагеря и отыскали блиндаж, который я в прошлый раз заприметил, он находился метрах в ста от речки. А как вылезли из блиндажа, поняли, что потеряли ориентацию. Полез я в карман за компасом, а там пусто. И Юра компас потерял. Ну уж такого ни с ним, ни со мной за десять лет ни разу не случалось. Хорошо, Юра занимался спортивным ориентированием. По одному ему известным приметам нашёл он дорогу в лагерь, но плутали мы всё же больше часа. А как подошли к болоту, опять чей-то взгляд упёрся в спину.
Поужинали. Когда совсем стемнело, заметили: горит торфяной слой на болотце, что протянулось междулагерем и ближней речкой. Днём было ветрено, и гари мы не ощущали, а к ночи ветер стих, и мы увидели, как гаснет наш костёр. Слой угарного газа поднимался всё выше и начал заполнять ложбинку, где стояла палатка. Мы поняли, что если уляжемся спать, то уже не проснёмся. Идти же ночью по бездорожью в деревню было и вовсе безумием. Залезли на огромную сосну и привязали себя к ветвям. Было это около двенадцати часов ночи. Луна большая — всё видно хорошо. Прошло минут десять, раздался звук, напоминающий лай собак, и к реке, минуя нашу палатку, прошла стая кабанов. Потом медленно прошествовал здоровенный лось. Сказочная ночь, сказочные гости, только вот хозяева сидят на дереве.
Внезапно раздался треск: это взрывались патроны на горящем болоте, а затем неожиданно вспыхнул сухой куст, росший у самой реки, но огонь быстро погас, и куст стал дымиться. Не знаю почему, но куст этот приковал моё внимание. Я вгляделся в клубы дыма и изумился. А Юра, тот и вовсе чуть не упал с дерева. Представьте себе такую фантастическую картину.
Дым, поднявшись от куста вверх, затем опускался к реке, превращаясь на наших глазах в призрачную человеческую фигуру, которая, плавно шевеля руками, двигалась над водной гладью и исчезала в том самом сосновом бору, куда днём нам так и не удалось попасть. Затем куст «выдыхал» другую порцию дыма, и всё повторялось. Конечно, обладая фантазией, в клубах дыма можно увидеть что угодно, но, могу поклясться чем угодно, это были человеческие фигуры. Их возникновение и шествие мы с Юрой наблюдали почти час, за это время сотня призраков ушла в сосновый бор.
К четырём утра ветерок разогнал угарный газ, мы спустились вниз и завалились спать. Позже, когда сели обедать, к нам пришёл мужичок, с которым Юра познакомился в деревне и у которого узнавал дорогу к лагерю. Своё появление он объяснил беспокойством за Юру, дескать, пошёл на болото новый человек, а туда без оружия лучше не соваться, место здесь дурное. Мы не стали рассказывать ему о своих приключениях, но спросили, что он подразумевает под «дурным» местом.
Мужик смущённо усмехнулся: «Приезжала тут до вас молодёжь, ни в Бога, ни в чёрта не верящая… Всё награды да оружие немецкое искали.
Очнулись мы в зарослях камыша высотой выше человеческого роста. Было уже 16. 15. Голова гудела у обоих, как с похмелья, хотя пили мы только чай. Ломая камыш, вышли к огромному валуну. Когда я влез на него и огляделся, глазам своим не поверил… Камыш был вытоптан только в месте, где мы пришли в себя, да по пути к валуну, а вокруг он стоял стеной. Получалось, что нас перенесла в заросли камыша некая неведомая сила… Куда подевались винтовка и снаряд — непонятно. Пытались вспомнить, как мы сюда попали и где наши находки, но безрезультатно. Чувствовали мы себя так, как будто кто-то нас здорово одурачил.
До темноты ещё оставалось время, решили дойти до желанной речки. Продираясь сквозь камыши, вышли к реке. Место это было мне знакомо, мы сюда приходили за водой. Метрах в ста от речки возвышается бугор, а на нём — тот самый бор, откуда убежал Юрий. Только мы пошли к бору, началась какая-то чертовщина.
Доходишь до определённой черты и дальше не можешь сделать ни шагу: ноги напиваются тяжестью, тело цепенеет и, что самое мерзкое, охватывает такой ужас, от которого волосы встают дыбом, по всему телу испарина выступает. Смотрю на Юру, с ним тоже что-то творится неладное. Молча повернули обратно, спустились к реке, сразу отпустило, только дрожь в коленках.
Стали думать, что же это нас, здоровых мужиков, побывавших в разных переделках, так могло напугать. Единственный вывод, к которому мы пришли — нас караулит медведь. Принялись стучать в котелок, орать дурными голосами, в ответ — ни звука.
Пробуем ещё раз подняться на бугор, та же картина. После третьей попытки махнули рукой и пошли в лагерь. Пока дошли до палатки, успокоились. Перешли речушку у лагеря и отыскали блиндаж, который я в прошлый раз заприметил, он находился метрах в ста от речки. А как вылезли из блиндажа, поняли, что потеряли ориентацию. Полез я в карман за компасом, а там пусто. И Юра компас потерял. Ну уж такого ни с ним, ни со мной за десять лет ни разу не случалось. Хорошо, Юра занимался спортивным ориентированием. По одному ему известным приметам нашёл он дорогу в лагерь, но плутали мы всё же больше часа. А как подошли к болоту, опять чей-то взгляд упёрся в спину.
Поужинали. Когда совсем стемнело, заметили: горит торфяной слой на болотце, что протянулось междулагерем и ближней речкой. Днём было ветрено, и гари мы не ощущали, а к ночи ветер стих, и мы увидели, как гаснет наш костёр. Слой угарного газа поднимался всё выше и начал заполнять ложбинку, где стояла палатка. Мы поняли, что если уляжемся спать, то уже не проснёмся. Идти же ночью по бездорожью в деревню было и вовсе безумием. Залезли на огромную сосну и привязали себя к ветвям. Было это около двенадцати часов ночи. Луна большая — всё видно хорошо. Прошло минут десять, раздался звук, напоминающий лай собак, и к реке, минуя нашу палатку, прошла стая кабанов. Потом медленно прошествовал здоровенный лось. Сказочная ночь, сказочные гости, только вот хозяева сидят на дереве.
Внезапно раздался треск: это взрывались патроны на горящем болоте, а затем неожиданно вспыхнул сухой куст, росший у самой реки, но огонь быстро погас, и куст стал дымиться. Не знаю почему, но куст этот приковал моё внимание. Я вгляделся в клубы дыма и изумился. А Юра, тот и вовсе чуть не упал с дерева. Представьте себе такую фантастическую картину.
Дым, поднявшись от куста вверх, затем опускался к реке, превращаясь на наших глазах в призрачную человеческую фигуру, которая, плавно шевеля руками, двигалась над водной гладью и исчезала в том самом сосновом бору, куда днём нам так и не удалось попасть. Затем куст «выдыхал» другую порцию дыма, и всё повторялось. Конечно, обладая фантазией, в клубах дыма можно увидеть что угодно, но, могу поклясться чем угодно, это были человеческие фигуры. Их возникновение и шествие мы с Юрой наблюдали почти час, за это время сотня призраков ушла в сосновый бор.
К четырём утра ветерок разогнал угарный газ, мы спустились вниз и завалились спать. Позже, когда сели обедать, к нам пришёл мужичок, с которым Юра познакомился в деревне и у которого узнавал дорогу к лагерю. Своё появление он объяснил беспокойством за Юру, дескать, пошёл на болото новый человек, а туда без оружия лучше не соваться, место здесь дурное. Мы не стали рассказывать ему о своих приключениях, но спросили, что он подразумевает под «дурным» местом.
Мужик смущённо усмехнулся: «Приезжала тут до вас молодёжь, ни в Бога, ни в чёрта не верящая… Всё награды да оружие немецкое искали.
Страница 2 из 3
