В нашем городе всегда найдется место легендам, да только одна нас ьнапугала до самых корней волос. Я и моя подруга Лера всегдаискали приключений на светлые головы, когда нам было по 12 лет. Дети мы шустрые и легкие на подъем были, конечно, первая мечта лета наших родителей — спровадить любимое чадо в детский лагерь.
Добавить в моё избранное
6 мин, 56 сек 9200
Это лето было не без исключений, да только запомнилось надолго. Первый день лагеря. Сразу нам вставили по первое число выговоров и наказаний. То в столовой в вожатого кашей кинем (мерзкая и холодная каша по утрам — залог паршиво начатого дня), то ящериц настигнет день икс — хвосты их особая гордость коллекционирования. Естественно, хвост шел в дело. Особо неугодным ребятам мы их кидали в сумки, тарелки, запихивали в зубную пасту. Эффект 100%. Час расплаты настал быстро — нам запретили купаться 3 дня, дежурство в столовой до самого конца смены. Вот и все приключения за первый день. На второй с утра мы поперлись на дежурство. Настроение никакого, лица кислющие. Тетя Лида — тетка уроженка Украины, работала поваром на кухне. Она достаточно больших габаритов, конечно, обрадовалась внезапной помощи малых сорванцов. Да только сил наших не рассчитала. Указав пальцем на полку с горой грязных кастрюль, велела отнести их вмойку и вымыть. Сняв со стола башни из кастрюль, началась эпопея. Я поскользнулась на луже чая и полетела в сторону мойки, при этом рефлекторно вцепившись в самую нижнюю кастрюлю, Лерка кинулась меня выручать, откинув свою долю в сторону. Как только я долетела до пункта назначения, стукнулась лбом об мойку, а боевую подругу накрыло разлетающиеся мины-кастрюли. После ничего не помню. Очнулись мы уже в больнице. Голова трещит, один глаз не видит. Директор в коридоре отчитываетсяперед мамой, которая вся изошлась на истерику. Вожатые понуро стояли около наших с Лерой коек. Хотя у подруги вид был довольный, не считая шишки на лбу и мелких царапин.
— Ну чё? Круто прокатилась?
— Отвали… — обижено фыркнула я на подругу.
— Мне еще повезло, несколько шишек на голове, а вот у тебя сотрясение… — защебетала она, вроде как сочувствующе.
— Но тебетут не меньше недели валятся, а я всего на два дня.
— Лерка, полежи со мной подольше, что я тут она буду делать? На том и сошлись. Лерка бегала вокруг меня, иногда приносила витамины и таблетки, если у меня начинался новый приступ головной боли. Вот только в один день она задержалась. К вечеру взъерошенная подруга ворвалась в палату и начала что-то болтать:
— Я такое узнала… такое узнала… не поверишь! Я лениво подперев под себя подушку и переваливаясь с одного боку на другой предложила ей рассказать, но та вдруг поменялапозицию:
— Нет! Проверим все на деле. Вот и начался мой ужас. В примечании могу сказать, что палата моя была на четвертом этаже. Сама больница достаточно большая, еще с революционных времен, основанная в 1919-20 х годах. Вот настала ночь. Я как любитель приключений и фанат «байки изсклепа» и«боишься ли ты темноты» готова была к любому повороту. И Лерка начала повесть:
— Сегодня я пошла к умывальнику, а там слесарь что-то делал, поэтому на нашем этаже напора воды совсем не было, поэтому пошла на первый в самый конец коридора. Там я встретилась со сторожем, который заскучал. И три часа времени он травил меня байкамисвоей молодости. Когда время стало поджимать, и я запросилась к тебе, он резко сник и сказал:«Хочешь, я поделюсь с тобой секретом?». Тут я села, он вздохнул и продолжил рассказ об этом военном госпитале. О том, что вовремя войны, когда тяжелораненых солдат не успевали хоронить, рабочие расширяли стены и кидали туда трупы. Иногда Врачи даже несмотрели, что они могли схоронить по ошибке живого человека. Партию трупов они цементировали в стене. По ночам сотрудникигоспиталя слышали стоны из стены, но никто ничего не делал. С окончанием войны здание долго пустовало. Только в восьмидесятых сооружение отремонтировали, а ломая стены, нашли кучу человеческих останков. Но до сих пор, некоторый персонал госпиталявидят солдат в окровавленных шинелях и слышат стоны из стен…
— Лерка закончив рассказ, произнесла пугающее «уууу»…
— Ну и дурра ты! — я закатила глаза.
— Веришь в приведений! Он же только по телеку!
— А я вею… Если это правда, то наверняка мы их хотя бы услышим.
— Подруга быстро юркнула на соседнюю койку и зарылась под одеяло.
— Спокойных покойничков!
— Да иди ты!
— На том и разошлись. Ночью я не спала. Лерка-подлюга совсем напугать меня решила! Ровно после полуночи я услышала стук в стенку. Что было странно, ведь я спала около окна, а значит, стучать должны были с улицы. Я приподнялась на локти и посмотрела на подругу. Та сжавшись в калачик посапывала, что значит спала она убойным сном. Я ущипнула себя, вдруг это галлюцинации или сон. Но боль была реальная, а стук не прекращался. Медленно, я дотянулась до подоконника и посмотрела в окно. Там было темно, хоть глаз выколи и никого. Стук-стук-стук… Тут я немного струхнула и стала подкрадываться на цыпочках к Лерке. Поджав ей рот своей ладошкой, я растормошила ее.
— Тссс! Вслушайся! — шептала я ей. Она навострила уши и… схватила меня за руку. Мы побежали в туалет.
— Что за шутки? — горланила я.
— Ну чё? Круто прокатилась?
— Отвали… — обижено фыркнула я на подругу.
— Мне еще повезло, несколько шишек на голове, а вот у тебя сотрясение… — защебетала она, вроде как сочувствующе.
— Но тебетут не меньше недели валятся, а я всего на два дня.
— Лерка, полежи со мной подольше, что я тут она буду делать? На том и сошлись. Лерка бегала вокруг меня, иногда приносила витамины и таблетки, если у меня начинался новый приступ головной боли. Вот только в один день она задержалась. К вечеру взъерошенная подруга ворвалась в палату и начала что-то болтать:
— Я такое узнала… такое узнала… не поверишь! Я лениво подперев под себя подушку и переваливаясь с одного боку на другой предложила ей рассказать, но та вдруг поменялапозицию:
— Нет! Проверим все на деле. Вот и начался мой ужас. В примечании могу сказать, что палата моя была на четвертом этаже. Сама больница достаточно большая, еще с революционных времен, основанная в 1919-20 х годах. Вот настала ночь. Я как любитель приключений и фанат «байки изсклепа» и«боишься ли ты темноты» готова была к любому повороту. И Лерка начала повесть:
— Сегодня я пошла к умывальнику, а там слесарь что-то делал, поэтому на нашем этаже напора воды совсем не было, поэтому пошла на первый в самый конец коридора. Там я встретилась со сторожем, который заскучал. И три часа времени он травил меня байкамисвоей молодости. Когда время стало поджимать, и я запросилась к тебе, он резко сник и сказал:«Хочешь, я поделюсь с тобой секретом?». Тут я села, он вздохнул и продолжил рассказ об этом военном госпитале. О том, что вовремя войны, когда тяжелораненых солдат не успевали хоронить, рабочие расширяли стены и кидали туда трупы. Иногда Врачи даже несмотрели, что они могли схоронить по ошибке живого человека. Партию трупов они цементировали в стене. По ночам сотрудникигоспиталя слышали стоны из стены, но никто ничего не делал. С окончанием войны здание долго пустовало. Только в восьмидесятых сооружение отремонтировали, а ломая стены, нашли кучу человеческих останков. Но до сих пор, некоторый персонал госпиталявидят солдат в окровавленных шинелях и слышат стоны из стен…
— Лерка закончив рассказ, произнесла пугающее «уууу»…
— Ну и дурра ты! — я закатила глаза.
— Веришь в приведений! Он же только по телеку!
— А я вею… Если это правда, то наверняка мы их хотя бы услышим.
— Подруга быстро юркнула на соседнюю койку и зарылась под одеяло.
— Спокойных покойничков!
— Да иди ты!
— На том и разошлись. Ночью я не спала. Лерка-подлюга совсем напугать меня решила! Ровно после полуночи я услышала стук в стенку. Что было странно, ведь я спала около окна, а значит, стучать должны были с улицы. Я приподнялась на локти и посмотрела на подругу. Та сжавшись в калачик посапывала, что значит спала она убойным сном. Я ущипнула себя, вдруг это галлюцинации или сон. Но боль была реальная, а стук не прекращался. Медленно, я дотянулась до подоконника и посмотрела в окно. Там было темно, хоть глаз выколи и никого. Стук-стук-стук… Тут я немного струхнула и стала подкрадываться на цыпочках к Лерке. Поджав ей рот своей ладошкой, я растормошила ее.
— Тссс! Вслушайся! — шептала я ей. Она навострила уши и… схватила меня за руку. Мы побежали в туалет.
— Что за шутки? — горланила я.
Страница 1 из 2
