— Было жутчее, чем ты слышала, — говорит тебе Дори Энн Слэйт, подливая кукурузного ликера в чашку. Ты просто забежала в ее крытую толем лачугу выразить соболезнования и… на тебе.
Добавить в моё избранное
29 мин, 47 сек 8388
— В тот день Марм Льюис мне сказала: «Уинчел, если ты когда-нибудь поймаешь этого чертолюба, ту сволочь, что убила Люси и ее ребенка в моем доме, то чтобы толком отомстить, ты можешь сделать только одно, и ты знаешь, что именно, так, сынок?» А я, конечно, говорю:«Да, мэм, Марм Льюис, мы по-любому устроим головач этому выродку…» Но потом она закрывает глаза, задумавшись…
— Задумавшись… о чем? — вынуждена спросить ты.
— Ну, она сказала, что раз Люси — сестра Дори Энн, то можно устроить головач получше, более… под-обоющий…
— Что за гадость ты несешь! — Слюна летит с губ мисс Дори.
Уинчел трет руки, он будто ликует.
— Кой-чё, что сама она делала много лет назад, когда клятый ублюдок типа Флойда Койта сотворил ужасное с ее родичами.
— Головач, только круче? — продолжает орать мисс Дори. — Что за бессмыслица!
Уинчел что-то прикидывает у себя в голове.
— Знаешь, Марла еще молода, думаю, я тебе лучше на ухо шепну. — Здоровяк подходит к мисс Дори, нагибается и шепчет что-то ей в ухо. Когда он договаривает, глаза женщины медленно расширяются, и она улыбается, как тайком нажравшийся пес.
— О, боже, Уинчи, это звучит так здорово…
— Я так и думал, что ты оценишь идею, тем более что вы-то обе девки. — Грубый смех. — Ну, чё думаешь? Попробуешь? — Да! — выпаливает мисс Дори, но ты ничего не понимаешь. Ты запуталась, тебе дурновато, а мисс Дори так играется с твоими грудями, что у тебя уже между ног хлюпает. Ты и представить не можешь, что прошептал Уинчел.
— Давай покажу. — Из шкафчика на задней стене он достает дрель с корончатым сверлом в патроне. — Вот что мы обычно используем для головача. — Он делает ей пару оборотов, ты аж вздрагиваешь, а в твоих укромных местах начинает бить странный пульс. — До вас, небось, доходили толки, как это делается. Да просто, вообще-то. Ты просто прорезаешь дырку у него на макушке, вынимаешь кружок кости, прорезаешь щель для своего хрена, да… суешь туда корешок и начинаешь наяривать. И трахаешь говноеду мозг, пока не кончишь туда.
От прямоты этого объяснения твои соски начинает покалывать, а потом ты просто суешь руку между ног и начинаешь гладить. Мисс Дори тоже себя наглаживает.
— Но для такого головача, думаю… нам нужна другая пила. — Он возвращается к шкафчику и шарит там. — Старая-добрая ножовка сойдет, но это ж времени надо, блииин… Посмотрим, о, да, должно сгодиться. — И он вытаскивает другую пилу, вроде циркулярки, но маленькой. На ней написано DE WALT. — Эту пилу подстроить можно, так что прорежет, сколько надо. И тут чистовой резец есть с кучей зубчиков.
Ты пялишься на пилу. Он подключает ее и жмет на курок. Мисс Дори визжит от удовольствия, а ты снова встаешь на носочки; теперь она забирает твою руку от твоей промежности и сует себе между ног. Ты начинаешь наглаживать там, а она гладит тебе. Пила верещит так высоко, что зубы сводит; Уинчел методично прорезает круг на голове Флойда — там, где могла бы быть повязка. Между ног у тебя трепещет еще сильней, когда ты замечаешь, что твой брат пришел в себя, его глаза маниакально расширились, пятки и кулаки молотят по столу, но он ничего не может поделать. Ты знаешь, что он орет под кляпом, но слышишь только горячий, чудесный, приятнейший визг пилы, пока Уинчел орудует ее лезвием. А потом…
Тишина.
Твое сердце остановилось? Легкие внезапно перестали вдыхать? Хватка мисс Дори усиливается, она все сильнее давит на твою взмокшую промежность.
— Воооооооооооооот так вот, — заявляет Уинчел, убирая кружок кости с макушки Флойда. Он снимается, как шляпа. — Думаю, лучше бы и не вышло!
Флойд чуть подергивается на столе; то, что он каким-то образом еще жив, лишь усиливает твою похотливость. Ты не справляешься с собой — и пронзительно кричишь от наслаждения.
Полукупол сырого мозга Флойда поблескивает ярким розовато-белым. Жидкость — не кровь, потому что она прозрачная — капает из мозга в лоханку на полу. Это кажется странным, но крови почти не видно.
Уинчел, отвлекшись, оценивающе уставился на свод черепа.
— А знаешь, Дори Энн? Думаю, из макушки этого урода выйдет клевая пепельница, а? Я вымочу ее в щелочи, чтоб почистить, а потом отдам старине Чарли Фачсону, как думаешь? Знаешь здоровые вонючие сигары, которые он курит? Думаю, порадую его подарком на Рождество!
Тебе плевать на пепельницу или сигары Чарли Фачсона. Тебе хочется увидеть, что дальше…
Встав на колено, Уинчел раздумывает, глядя на обнажившийся мозг.
— Так, посмотрим… — А потом он проскальзывает пальцами за мозг, чуток его вытаскивает, и ножом перерезает спинной мозг. Тут же орган, в котором обитала и личность Флойда, и все его зло, падает на руки Уинчела, как буханка хлеба. Теперь ровная струйка крови вытекает из черепной коробки и льется в лохань, капая, как дождь по жестяной крыше. Уинчел встает, похихикивая.
— Задумавшись… о чем? — вынуждена спросить ты.
— Ну, она сказала, что раз Люси — сестра Дори Энн, то можно устроить головач получше, более… под-обоющий…
— Что за гадость ты несешь! — Слюна летит с губ мисс Дори.
Уинчел трет руки, он будто ликует.
— Кой-чё, что сама она делала много лет назад, когда клятый ублюдок типа Флойда Койта сотворил ужасное с ее родичами.
— Головач, только круче? — продолжает орать мисс Дори. — Что за бессмыслица!
Уинчел что-то прикидывает у себя в голове.
— Знаешь, Марла еще молода, думаю, я тебе лучше на ухо шепну. — Здоровяк подходит к мисс Дори, нагибается и шепчет что-то ей в ухо. Когда он договаривает, глаза женщины медленно расширяются, и она улыбается, как тайком нажравшийся пес.
— О, боже, Уинчи, это звучит так здорово…
— Я так и думал, что ты оценишь идею, тем более что вы-то обе девки. — Грубый смех. — Ну, чё думаешь? Попробуешь? — Да! — выпаливает мисс Дори, но ты ничего не понимаешь. Ты запуталась, тебе дурновато, а мисс Дори так играется с твоими грудями, что у тебя уже между ног хлюпает. Ты и представить не можешь, что прошептал Уинчел.
— Давай покажу. — Из шкафчика на задней стене он достает дрель с корончатым сверлом в патроне. — Вот что мы обычно используем для головача. — Он делает ей пару оборотов, ты аж вздрагиваешь, а в твоих укромных местах начинает бить странный пульс. — До вас, небось, доходили толки, как это делается. Да просто, вообще-то. Ты просто прорезаешь дырку у него на макушке, вынимаешь кружок кости, прорезаешь щель для своего хрена, да… суешь туда корешок и начинаешь наяривать. И трахаешь говноеду мозг, пока не кончишь туда.
От прямоты этого объяснения твои соски начинает покалывать, а потом ты просто суешь руку между ног и начинаешь гладить. Мисс Дори тоже себя наглаживает.
— Но для такого головача, думаю… нам нужна другая пила. — Он возвращается к шкафчику и шарит там. — Старая-добрая ножовка сойдет, но это ж времени надо, блииин… Посмотрим, о, да, должно сгодиться. — И он вытаскивает другую пилу, вроде циркулярки, но маленькой. На ней написано DE WALT. — Эту пилу подстроить можно, так что прорежет, сколько надо. И тут чистовой резец есть с кучей зубчиков.
Ты пялишься на пилу. Он подключает ее и жмет на курок. Мисс Дори визжит от удовольствия, а ты снова встаешь на носочки; теперь она забирает твою руку от твоей промежности и сует себе между ног. Ты начинаешь наглаживать там, а она гладит тебе. Пила верещит так высоко, что зубы сводит; Уинчел методично прорезает круг на голове Флойда — там, где могла бы быть повязка. Между ног у тебя трепещет еще сильней, когда ты замечаешь, что твой брат пришел в себя, его глаза маниакально расширились, пятки и кулаки молотят по столу, но он ничего не может поделать. Ты знаешь, что он орет под кляпом, но слышишь только горячий, чудесный, приятнейший визг пилы, пока Уинчел орудует ее лезвием. А потом…
Тишина.
Твое сердце остановилось? Легкие внезапно перестали вдыхать? Хватка мисс Дори усиливается, она все сильнее давит на твою взмокшую промежность.
— Воооооооооооооот так вот, — заявляет Уинчел, убирая кружок кости с макушки Флойда. Он снимается, как шляпа. — Думаю, лучше бы и не вышло!
Флойд чуть подергивается на столе; то, что он каким-то образом еще жив, лишь усиливает твою похотливость. Ты не справляешься с собой — и пронзительно кричишь от наслаждения.
Полукупол сырого мозга Флойда поблескивает ярким розовато-белым. Жидкость — не кровь, потому что она прозрачная — капает из мозга в лоханку на полу. Это кажется странным, но крови почти не видно.
Уинчел, отвлекшись, оценивающе уставился на свод черепа.
— А знаешь, Дори Энн? Думаю, из макушки этого урода выйдет клевая пепельница, а? Я вымочу ее в щелочи, чтоб почистить, а потом отдам старине Чарли Фачсону, как думаешь? Знаешь здоровые вонючие сигары, которые он курит? Думаю, порадую его подарком на Рождество!
Тебе плевать на пепельницу или сигары Чарли Фачсона. Тебе хочется увидеть, что дальше…
Встав на колено, Уинчел раздумывает, глядя на обнажившийся мозг.
— Так, посмотрим… — А потом он проскальзывает пальцами за мозг, чуток его вытаскивает, и ножом перерезает спинной мозг. Тут же орган, в котором обитала и личность Флойда, и все его зло, падает на руки Уинчела, как буханка хлеба. Теперь ровная струйка крови вытекает из черепной коробки и льется в лохань, капая, как дождь по жестяной крыше. Уинчел встает, похихикивая.
Страница 7 из 8
