Чертяра окопался в крытом подвале возле дома и что-то надрывно орал на своем непонятном языке.
Добавить в моё избранное
26 мин, 11 сек 9980
— Ты погляди-ка, даже не нервничает, — удивился Фрик.
— А хули нервничать? — сказал Борзый. — Он смирился.
— Смирился! — Скиф, пошатываясь, шагнул к Плевку, присел на корточки и посмотрел ему прямо в глаза. — Стало быть, все-таки сдался, да? Любитель ебсти овец и собственных сестер… бесстрашный воин, бля, Аллаха… Ха-ха! Все ж покорился, да? Сломал я тебя, уебка! Могила тебя сломала! То-то же, черножопая ты гнида. Запомни свое место — место, сука, раба! — потому что в скором времени… — да-да, в скором времени, сука — так будет с каждым из вас! Мы будем драть ваших сестер, ссать на лица вашим матерям и играть в футбол головами ваших отцов и братьев! Потому что мы — победители! За нами, сука, правда! У нас в руках — сила! И вы ничегошеньки не сможете с этим поделать, потому что вы… — все вы и каждый в отдельности! — всего лишь засохшие плевки на подошве моих берцев… Понятно, да? Все уяснил, а, сученыш.
Буквально задыхаясь от охватившего его смеха, Скиф покачнулся, потерял равновесие, и в этот момент Плевок внезапно сорвался с места и бросился прямо на него. Не издав ни единого звука, он сшиб Скифа с ног и, оказавшись сверху, вцепился зубами ему в горло.
— Стреляй! — крикнул Бельмо.
Фрик вскинул автомат, но Борзый оттолкнул его в сторону:
— Нельзя, Скифа зацепишь!
Бельмо выругался и, подскочив к извивающейся в пыли парочке, мощным ударом ноги сшиб Плевка. Фрик тут же дал очередь и прострочил мальчишке грудь…
Пролесок вновь погрузился в тишину.
— Вот те на! — выдохнул Бельмо, отходя в сторону.
— Да как же это. Да разве такое возможно! — не унимался Фрик, глядя то на Плевка, то на дергающегося в предсмертной агонии Скифа. — За врачом надо! Хули вы тупите, бараны? Абсцесса сюда тащите!
— Поздно уже, — тихо произнес Борзый.
Фрик растерянно посмотрел на судорожно подрагивающего Скифа, чье горло было разорвано; темная вязкая кровью толчками заливала грудь.
— Вот и допрыгался, — подытожил Борзый.
Затем он шагнул к Плевку и заглянул в его умиротворенное лицо, на котором застыла кровавая улыбка победителя.
— А ведь пацан так и не покорился…
— А хули нервничать? — сказал Борзый. — Он смирился.
— Смирился! — Скиф, пошатываясь, шагнул к Плевку, присел на корточки и посмотрел ему прямо в глаза. — Стало быть, все-таки сдался, да? Любитель ебсти овец и собственных сестер… бесстрашный воин, бля, Аллаха… Ха-ха! Все ж покорился, да? Сломал я тебя, уебка! Могила тебя сломала! То-то же, черножопая ты гнида. Запомни свое место — место, сука, раба! — потому что в скором времени… — да-да, в скором времени, сука — так будет с каждым из вас! Мы будем драть ваших сестер, ссать на лица вашим матерям и играть в футбол головами ваших отцов и братьев! Потому что мы — победители! За нами, сука, правда! У нас в руках — сила! И вы ничегошеньки не сможете с этим поделать, потому что вы… — все вы и каждый в отдельности! — всего лишь засохшие плевки на подошве моих берцев… Понятно, да? Все уяснил, а, сученыш.
Буквально задыхаясь от охватившего его смеха, Скиф покачнулся, потерял равновесие, и в этот момент Плевок внезапно сорвался с места и бросился прямо на него. Не издав ни единого звука, он сшиб Скифа с ног и, оказавшись сверху, вцепился зубами ему в горло.
— Стреляй! — крикнул Бельмо.
Фрик вскинул автомат, но Борзый оттолкнул его в сторону:
— Нельзя, Скифа зацепишь!
Бельмо выругался и, подскочив к извивающейся в пыли парочке, мощным ударом ноги сшиб Плевка. Фрик тут же дал очередь и прострочил мальчишке грудь…
Пролесок вновь погрузился в тишину.
— Вот те на! — выдохнул Бельмо, отходя в сторону.
— Да как же это. Да разве такое возможно! — не унимался Фрик, глядя то на Плевка, то на дергающегося в предсмертной агонии Скифа. — За врачом надо! Хули вы тупите, бараны? Абсцесса сюда тащите!
— Поздно уже, — тихо произнес Борзый.
Фрик растерянно посмотрел на судорожно подрагивающего Скифа, чье горло было разорвано; темная вязкая кровью толчками заливала грудь.
— Вот и допрыгался, — подытожил Борзый.
Затем он шагнул к Плевку и заглянул в его умиротворенное лицо, на котором застыла кровавая улыбка победителя.
— А ведь пацан так и не покорился…
Страница 8 из 8
