Машина, предсказывающая судьбу

Гл. 1

Нью-Хевен двенадцать лет был моим домом, и вплоть до конца того лета он казался мне скучным, но безопасным местом. Я мало что помню о своей жизни до того происшествия. Учился я неплохо, что может показаться странным, поскольку я так и не окончил школу. В прошлом году построили новый торговый центр, и в то лето он наконец открылся. Дети шли туда ради фаст-фудов и аттракционов, их матери — за сплетнями, одеждой и блестящими новыми штучками, но самым манящим местом в торговом центре был павильон игровых автоматов.

Я помню своё первое впечатление от павильона с его двумя рядами сияющих машин, освещавших темноту пустой комнаты почти мистическим светом. Там было несколько дюжин автоматов, названия которых сейчас помнят только заядлые геймеры. Было две машины для пинбола, настольный футбол, ужасный вариант игры «Убей крота» со змеями вместо кротов и машина-гадалка. У машины не было ни имени, ни названия производителя — была только грубая деревянная табличка со словами«Машина, Предсказывающая Судьбу».

Эта машина была старше прочих автоматов в павильоне, и сквозь щели в покрывавшем её материале торчала изношенная старая древесина. Машина представляла собой огромный стеклянный ящик, внутри которого сидела аниматронная кукла предсказателя судьбы. Эта небрежно сделанная фигура изображала не то восточного мага, не то пьяного бомжа. Машина работала просто: вставляешь монетку, нажимаешь на большую желтую кнопку и ждешь. Кукла кивает головой, у нее шевелятся губы, как будто она что-то говорит, глаза устремляются на ваше лицо, но при этом она не произносит ни слова. Обычно через несколько секунд, а иногда долгих и нервных минут, раздается звук печатной машинки и — вуаля! — ваше предсказание выскакивает через щель в правом боку машины. Каждое «предсказание» было напечатано на маленьком клочке бумаги вроде тех, которые кладут в китайские печенья. Как я уже говорил, это была грубая и простая машина. Так мы все и думали в то пасмурное позднее лето.

Неудивительно, что машина, к счастью, не пользовалась популярностью среди моих сверстников. Большинство из них уже знали, что такое настоящее развлечение. Многие играли в восьмибитные игры, некоторые осмеливались играться с доской уиджи для вызывания духов. Для них все это было подделкой, как и для взрослых членов общества. Впрочем, в итоге ни одно другое устройство не повлияло на детей нашего города так, как «Машина, Предсказывающая Судьбу». Я это знаю, ведь я был одним из них.

Мое первое предсказание показалось мне пустым и бессмысленным. «ТЕБЕ ПРЕДСТОИТ УВИДЕТЬ МНОГОЕ».

Меня это не впечатлило, но я почему-то сохранил бумажку. Я перешёл к симулятору космической битвы и, бросив пару монеток внутрь, расположился на жестком пластмассовом стуле, стараясь не думать о предсказывающей машине. Когда мой космический корабль наконец сбили, я пожалел, что не потратил те монетки на новые предсказания.

Прошла неделя, но моя мать ни разу не обратила внимания на мои просьбы сходить после школы в торговый центр. Она тратила деньги впустую только по пятницам и субботам. Не то, чтобы у нее были высокие моральные стандарты, просто мы были бедняками. Мой отец, которого я так плохо помню, был электриком, на полставки плотником, на полставки пьяницей и еще на полставки — мужем. Он редко появлялся дома. Не знаю, уходил ли он на работу или в загул, но если судить по нашему финансовому положению, то, скорее, второе. Что до моей матери, как я уже сказал, у нее не было высоких моральных стандартов. Отца часто не бывало дома, и она развлекала приходивших к нам гостей, папиных друзей, как она их называла. В такие дни мать отправляла меня на улицу поиграть с другими детьми.

Соседские ребята меня мало волновали, потому что никто из них не интересовался машиной-гадалкой. Только через несколько дней я нашел парня, который разделял мой интерес. Его звали Джейкоб, он жил в нескольких кварталах от нас, и его мать была частой посетительницей торгового центра. Джейкоб был из тех, кого называют магазинной крысой. Он был на два года старше меня, только что достиг подросткового возраста, и ему не терпелось поделиться со мной своим опытом. Его интересовали две вещи: обнаженные женские тела, которые он разглядывал в журналах, и машина-предсказатель.

— Это очень странная штука, — сказал мне Джейкоб в день нашей первой встречи. — Ты не поверишь, но я слышал её голос.

Я не стал с ним спорить, ведь я и сам видел, как кукла молча открывала рот, но тогда она, наверно, была сломана. Я сказал ему, что кто-то, должно быть, починил её, хотя и знал, что моего опыта было недостаточно, чтобы делать выводы.

— Нет, ты не понимаешь, — ответил Джейкоб. — Кукла не разговаривает. Это та штука сзади, которая пишет предсказания. Я слышал, как она говорила, она несколько раз что-то прошептала.

Я, конечно, спросил его, что именно сказала машина, и он ответил:

— Я не очень хочу говорить об этом, это все бред и чепуха.