Олега разбудил холод. Открыв глаза парень не сразу понял, почему вдруг в его комнате стало так зябко. Оковы сновидения спадали медленно.
Добавить в моё избранное
36 мин, 58 сек 12416
Но черты лица остались прежними, она узнала их. Тот самый Олег, каким она его помнила, каким видел на фотографиях в доме родителей. Тот самый, четырнадцатилетний паренек, в теперь изодранной и грязной майке, на которой еще можно было различить название его любимой музыкально группы. Он страшно изменился, и при том не изменился вовсе. Она стала старше, а он застыл в своем возрасте, и это пугало Алису еще больше.
— Олег… — вымолвила она сдавленным шепотом.
Тварь смотрела на нее несколько секунд, затем открыла пасть и проговорила, с трудом, словно слова ей были уже чужды:
— А… Али… Алиссса…
— Это я. Олег, это я. Я здесь. — По щекам девушки заструились слезы, рука с пистолетом дрогнула и опустилась.
— Я… П-помню… т-тебя… Алиссса… — прошипело существо. — Сестра.
— Братик. Боже! Все это время, ты… — она не смогла окончить фразу, слова душили ее, застревая в горле.
— Алиса, — уже увереннее проговорил монстр.
— Отпусти ребенка, — сказала она, и Олег перевел свой взгляд на мальчика, которого держал перед собой.
— Я… не могу. Я должен… есть.
— Ты ведь не причинишь ему вреда, Олег? Ты не можешь так поступить.
— Я голоден.
— Что бы с тобой не сделали, главное что ты живой, братик. Я нашла тебя. Двенадцать лет прошло, но я тебя нашла.
— Зря ты пришла… Алиса. Я должен есть.
— Нет. Ты не причинишь ему вреда. Помнишь, мы были такими же! Неужели ты забыл! Монстр похитил нас.
— Монстр. — Олег перевел глаза на скелет, лежащий в углу. — Теперь я этот монстр. Он был стар, Алиса. Ты не представляешь, как он был стар. Но то, что было в нем еще старше. Гораздо… старше. Теперь оно во мне. Он ослаб, а я был сильным. Так оно решило. Выбрало меня. И теперь оно голодно. Я должен есть.
— Олег…
— Для жизни ему нужны холод и кровь. А детская кровь, самая вкусная. Каждая переживаемая ими эмоция, — любовь, страх, ненависть, — придает их крови особый привкус и запах. Попробовав ее лишь единожды… поверь мне Алиса, уже невозможно забыть. И все будет повторяться, снова и снова. Насытившись мы будем засыпать, а проголодавшись пробуждаться и отправляться на поиски детской крови. Это теперь моя жизнь.
— Пожалуйста, Олег. Братик. Родной, прошу тебя, отпусти ребенка. Отпусти. Мы найдем выход. Главное, что мы вместе. Ты спас меня, помнишь? А теперь я спасу тебя.
— Зря, ты пришла, Алиса, — проговорил Олег, снова подняв глаза на мальчика. — Я должен есть.
Тварь разинула свою клыкастую пасть. Алиса вскинула пистолет и выстрелила. Пуля угодила Олегу в плечо, и он отшатнулся, выпустив из рук ребенка. Рухнув на пол, мальчик схватился за горло и стал жадно хватать ртом воздух.
Монстр поднял глаза на Алису, и девушка увидела тот самый взгляд, ту самую ненависть и холод, что взирали на нее двенадцать лет назад. Не Олег смотрел этими глазами, а нечто иное, что лишь сменило оболочку, но сохранило свою омерзительную суть. Тварь зарычала и кинулась вперед. Алиса выстрелила снова, затем еще раз и еще. Все пули попали монстру в грудь, и он рухнул на пол.
Грохот выстрелов в столь маленьком помещении оглушил Алису. В нос ударил едкий запах пороха. Она еще некоторое время смотрела на тело чудовища, распростертое на полу, не сводя с него пистолет, готовая выпустить весь магазин, если тот подаст хоть какие-то признаки жизни. В глубине душе Алиса понимала, что должна была сделать. Ей следовало прицелилась в голову этому существу и произвести контрольный выстрел. Может даже не один. Вот только палец предательски замер на спусковом крючке, и какие бы усилия Алиса не прилагала, ей не удавалось выстрелить еще раз. Логика твердила, буквально кричала девушке в мозг, чтобы она завершила начатое. Но занозой застрявшее в глубине ее души, застарелое чувство вины за страшную участь брата, и любовь к родному человеку, которого она так и не сумела отпустить, не позволяли ей сделать этот шаг.
«Возможно, его еще можно спасти! Он же меня вспомнил! Олег не исчез, он все еще там!».
Затем она ощутила, как чьи-то маленькие ручки обхватили ее за талию, и опустив голову увидел мальчугана, жизнь которого спасла. Он вжался в нее и тихонечко плакал.
Алиса погладила его по голове, утешая. Затем чуть отстранила от себя, и быстро пройдя к открытой клетке, стараясь при этом ни на мгновение не выпускать из вида тело монстра, резким движение выдернула ключ из старого замка. В других клетках тоже были дети. В одной сидела девочка, лет семи, не старше, от ужаса лишившаяся дара речи и впавшая в некий транс. Отперев замок на ее клетке, Алиса подвела к ней мальчика и сцепила их руки. В третьей клетке лежала еще одна девочка, на шее которой виднелась страшная рана. Но ребенок был еще жив, и достав его из клетки, Алиса кивнула головой двум другим идти вперед, в темный коридор.
— Олег… — вымолвила она сдавленным шепотом.
Тварь смотрела на нее несколько секунд, затем открыла пасть и проговорила, с трудом, словно слова ей были уже чужды:
— А… Али… Алиссса…
— Это я. Олег, это я. Я здесь. — По щекам девушки заструились слезы, рука с пистолетом дрогнула и опустилась.
— Я… П-помню… т-тебя… Алиссса… — прошипело существо. — Сестра.
— Братик. Боже! Все это время, ты… — она не смогла окончить фразу, слова душили ее, застревая в горле.
— Алиса, — уже увереннее проговорил монстр.
— Отпусти ребенка, — сказала она, и Олег перевел свой взгляд на мальчика, которого держал перед собой.
— Я… не могу. Я должен… есть.
— Ты ведь не причинишь ему вреда, Олег? Ты не можешь так поступить.
— Я голоден.
— Что бы с тобой не сделали, главное что ты живой, братик. Я нашла тебя. Двенадцать лет прошло, но я тебя нашла.
— Зря ты пришла… Алиса. Я должен есть.
— Нет. Ты не причинишь ему вреда. Помнишь, мы были такими же! Неужели ты забыл! Монстр похитил нас.
— Монстр. — Олег перевел глаза на скелет, лежащий в углу. — Теперь я этот монстр. Он был стар, Алиса. Ты не представляешь, как он был стар. Но то, что было в нем еще старше. Гораздо… старше. Теперь оно во мне. Он ослаб, а я был сильным. Так оно решило. Выбрало меня. И теперь оно голодно. Я должен есть.
— Олег…
— Для жизни ему нужны холод и кровь. А детская кровь, самая вкусная. Каждая переживаемая ими эмоция, — любовь, страх, ненависть, — придает их крови особый привкус и запах. Попробовав ее лишь единожды… поверь мне Алиса, уже невозможно забыть. И все будет повторяться, снова и снова. Насытившись мы будем засыпать, а проголодавшись пробуждаться и отправляться на поиски детской крови. Это теперь моя жизнь.
— Пожалуйста, Олег. Братик. Родной, прошу тебя, отпусти ребенка. Отпусти. Мы найдем выход. Главное, что мы вместе. Ты спас меня, помнишь? А теперь я спасу тебя.
— Зря, ты пришла, Алиса, — проговорил Олег, снова подняв глаза на мальчика. — Я должен есть.
Тварь разинула свою клыкастую пасть. Алиса вскинула пистолет и выстрелила. Пуля угодила Олегу в плечо, и он отшатнулся, выпустив из рук ребенка. Рухнув на пол, мальчик схватился за горло и стал жадно хватать ртом воздух.
Монстр поднял глаза на Алису, и девушка увидела тот самый взгляд, ту самую ненависть и холод, что взирали на нее двенадцать лет назад. Не Олег смотрел этими глазами, а нечто иное, что лишь сменило оболочку, но сохранило свою омерзительную суть. Тварь зарычала и кинулась вперед. Алиса выстрелила снова, затем еще раз и еще. Все пули попали монстру в грудь, и он рухнул на пол.
Грохот выстрелов в столь маленьком помещении оглушил Алису. В нос ударил едкий запах пороха. Она еще некоторое время смотрела на тело чудовища, распростертое на полу, не сводя с него пистолет, готовая выпустить весь магазин, если тот подаст хоть какие-то признаки жизни. В глубине душе Алиса понимала, что должна была сделать. Ей следовало прицелилась в голову этому существу и произвести контрольный выстрел. Может даже не один. Вот только палец предательски замер на спусковом крючке, и какие бы усилия Алиса не прилагала, ей не удавалось выстрелить еще раз. Логика твердила, буквально кричала девушке в мозг, чтобы она завершила начатое. Но занозой застрявшее в глубине ее души, застарелое чувство вины за страшную участь брата, и любовь к родному человеку, которого она так и не сумела отпустить, не позволяли ей сделать этот шаг.
«Возможно, его еще можно спасти! Он же меня вспомнил! Олег не исчез, он все еще там!».
Затем она ощутила, как чьи-то маленькие ручки обхватили ее за талию, и опустив голову увидел мальчугана, жизнь которого спасла. Он вжался в нее и тихонечко плакал.
Алиса погладила его по голове, утешая. Затем чуть отстранила от себя, и быстро пройдя к открытой клетке, стараясь при этом ни на мгновение не выпускать из вида тело монстра, резким движение выдернула ключ из старого замка. В других клетках тоже были дети. В одной сидела девочка, лет семи, не старше, от ужаса лишившаяся дара речи и впавшая в некий транс. Отперев замок на ее клетке, Алиса подвела к ней мальчика и сцепила их руки. В третьей клетке лежала еще одна девочка, на шее которой виднелась страшная рана. Но ребенок был еще жив, и достав его из клетки, Алиса кивнула головой двум другим идти вперед, в темный коридор.
Страница 9 из 10
