1992 год тольяттинским сыщикам из угрозыска запомнился не только началом кровавой борьбы за контроль над продукцией «АвтоВАЗа». Недели не проходило без выстрелов, бритоголовые мальчики беспощадно отстреливали друг друга.
Добавить в моё избранное
30 мин, 35 сек 19141
Но сначала — на домах по улице Тополиной, появились кричащие объявления с фотографией светленькой девочки.
ВНИМАНИЮ ГРАЖДАН!
18.07.96 г. в 19.00 пропала девочка 1990 года рождения, проживавшая по адресу ул. Тополиная, дом … Полина Парковская.
ПРИМЕТЫ: Рост 120 см, волосы светлые, глаза голубые, одета в сарафан синего цвета в полоску по горизонтали красно-белого цвета.
Всем, кто располагает какой-либо информацией о пропавшей девочке, просьба сообщить по телефону…
Семью Парковских и ее дочь хорошо знали в доме. Родители любили дочурку, — это сразу было заметно: Поля всегда была красиво и опрятно одета, отличалась веселостью нрава.
Эти и последующие сутки родители не находили себе места. Загулявшие на стороне великовозрастные дети — это одно. Но исчезнувший шестилетний ребенок — ситуация, страшней которой не придумаешь. Девочку искали в лесопарках, в жилых массивах. Были опрошены десятки людей. Кто-то вспомнил, что видел похожую девочку, которая направлялась с мужчиной в сторону зеленого поля, где раньше была ракетная часть. Пустырь и прилегающий лесной массив тщательно обследовали. Но никаких следов не нашли. К розыску подключились все оперативные службы, усиленные наряди милиции, оперуполномоченные участков, солдаты.
Шли вторые сутки поиска. Один из розыскников, солдат, не поленился спуститься в овраг и обследовать находящийся там бункер — полуразрушенный объект бывшей воинской части. Увиденное заставило его отшатнуться.
На цементном полу лежал растерзанный труп девочки. Задранный сарафанчик, поза не оставляли сомнений, какие мучения пришлось испытать ребенку. Это была пропавшая Полина. Эксперты-криминалисты насчитали на ее теле, голове множественные раны. На шее — завязанный узлом черный брючный ремень.
Через три дня, буквально опросив всех жителей дома, где жила девочка, оперативники установили, что девочку видели вечером вместе с неким Рыльковым. Подозреваемый часто бывал в этом доме — приходил к своему знакомому Яценко А. Н, который торговал поблизости разливным пивом. А дочка пивника была подругой Полины. Установили это через три дня. В этот же день, 23 июля, следователем прокуратуры Автозаводского района было вынесено постановление о заключении Рылькова под стражу, которое было санкционировано и. о. прокурора района.
Рылькова искали по всему городу, на вокзалах и станциях. В область послали ориентировки. Но он и не думал покидать Тольятти. Ведь ему всегда удавалось ловко уходить от милиции. И вот попался по-глупому. С фальшивой купюрой на рынке.
«Фамилия?» — гаркнул дежурный офицер.«Яценко!» — пролепетал побледневший мужчина.«Адрес!» Задержанный назвал дом и квартиру на Тополиной — адрес продавца пивом. Со стены на него пялился пустыми глазницами фоторобот — его фоторобот.«Разыскивается за совершение тяжкого преступления…» Трясущимися руками Рыльков нацарапал подписку о невыезде.
Через час его уже не было в городе. Осталась лишь ничем не примечательная запись в журнале оперативных сводок о гражданине с фальшивой купюрой.
Вообще, к 1995 году у следователей Автозаводского РУВД и городского УВД находилось в производстве более десятка уголовных дел. В основном по пропаже вещей из жилых помещений. То есть, милиция искала квартирного грабителя. Правда, весной того года один следователей Автозаводской прокуратуры попытался объединить все эти преступления в одно дело. Но по каким-то причинам ему этого сделать не удалось. То ли не смог убедить начальство, то ли руководство не позволило. Но лишь смерть Полины позволила милиционерам установить личность маньяка и объединить все имевшиеся на тот момент схожие эпизоды по известным изнасилованиям и квартирным ограблениям в одно уголовное дело.
Теперь для Олега Рылькова наступила новая жизнь. Он жил под чужими именами, ночевал в заброшенных дачах, иногда напрашивался к сельским жителям помогать им строить коттеджи, выполнял другие поденные работы. Надо было выживать и не светиться на уголовщине. Иногда он сожалел, что так случилось, в тридцать лет потерять все: дом, свободу действий, любимую дочь.
Скрываясь, он познакомился с женщиной, которая была на десять лет его старше. Он помог ей сделать несложную работу на ее дачном участке садоводческого товарищества «Энергетик» что недалеко от села Санчелеево Ставропольского района.
Наступил май 1997 года. Мосфира, женщина которая приютила Рылькова — радовалась знакомству. Олег ее устраивал: был красивым, степенным, немногословным. Помогал ей. Ей, татарке по национальности, нравилось, что Олег был родом из татарского города Зеленодольска. Иногда они выпивали. И вот однажды Олег с грустью рассказал, что недавно погибли в автокатастрофе его жена и дочь.
Они решили жить вместе. Рылькова это порадовало : ведь у Мосфиры еще была своя квартира на улице Зеленой в Тольятти. Но недолго продолжалось женское счастье.
ВНИМАНИЮ ГРАЖДАН!
18.07.96 г. в 19.00 пропала девочка 1990 года рождения, проживавшая по адресу ул. Тополиная, дом … Полина Парковская.
ПРИМЕТЫ: Рост 120 см, волосы светлые, глаза голубые, одета в сарафан синего цвета в полоску по горизонтали красно-белого цвета.
Всем, кто располагает какой-либо информацией о пропавшей девочке, просьба сообщить по телефону…
Семью Парковских и ее дочь хорошо знали в доме. Родители любили дочурку, — это сразу было заметно: Поля всегда была красиво и опрятно одета, отличалась веселостью нрава.
Эти и последующие сутки родители не находили себе места. Загулявшие на стороне великовозрастные дети — это одно. Но исчезнувший шестилетний ребенок — ситуация, страшней которой не придумаешь. Девочку искали в лесопарках, в жилых массивах. Были опрошены десятки людей. Кто-то вспомнил, что видел похожую девочку, которая направлялась с мужчиной в сторону зеленого поля, где раньше была ракетная часть. Пустырь и прилегающий лесной массив тщательно обследовали. Но никаких следов не нашли. К розыску подключились все оперативные службы, усиленные наряди милиции, оперуполномоченные участков, солдаты.
Шли вторые сутки поиска. Один из розыскников, солдат, не поленился спуститься в овраг и обследовать находящийся там бункер — полуразрушенный объект бывшей воинской части. Увиденное заставило его отшатнуться.
На цементном полу лежал растерзанный труп девочки. Задранный сарафанчик, поза не оставляли сомнений, какие мучения пришлось испытать ребенку. Это была пропавшая Полина. Эксперты-криминалисты насчитали на ее теле, голове множественные раны. На шее — завязанный узлом черный брючный ремень.
Через три дня, буквально опросив всех жителей дома, где жила девочка, оперативники установили, что девочку видели вечером вместе с неким Рыльковым. Подозреваемый часто бывал в этом доме — приходил к своему знакомому Яценко А. Н, который торговал поблизости разливным пивом. А дочка пивника была подругой Полины. Установили это через три дня. В этот же день, 23 июля, следователем прокуратуры Автозаводского района было вынесено постановление о заключении Рылькова под стражу, которое было санкционировано и. о. прокурора района.
Рылькова искали по всему городу, на вокзалах и станциях. В область послали ориентировки. Но он и не думал покидать Тольятти. Ведь ему всегда удавалось ловко уходить от милиции. И вот попался по-глупому. С фальшивой купюрой на рынке.
«Фамилия?» — гаркнул дежурный офицер.«Яценко!» — пролепетал побледневший мужчина.«Адрес!» Задержанный назвал дом и квартиру на Тополиной — адрес продавца пивом. Со стены на него пялился пустыми глазницами фоторобот — его фоторобот.«Разыскивается за совершение тяжкого преступления…» Трясущимися руками Рыльков нацарапал подписку о невыезде.
Через час его уже не было в городе. Осталась лишь ничем не примечательная запись в журнале оперативных сводок о гражданине с фальшивой купюрой.
Вообще, к 1995 году у следователей Автозаводского РУВД и городского УВД находилось в производстве более десятка уголовных дел. В основном по пропаже вещей из жилых помещений. То есть, милиция искала квартирного грабителя. Правда, весной того года один следователей Автозаводской прокуратуры попытался объединить все эти преступления в одно дело. Но по каким-то причинам ему этого сделать не удалось. То ли не смог убедить начальство, то ли руководство не позволило. Но лишь смерть Полины позволила милиционерам установить личность маньяка и объединить все имевшиеся на тот момент схожие эпизоды по известным изнасилованиям и квартирным ограблениям в одно уголовное дело.
Теперь для Олега Рылькова наступила новая жизнь. Он жил под чужими именами, ночевал в заброшенных дачах, иногда напрашивался к сельским жителям помогать им строить коттеджи, выполнял другие поденные работы. Надо было выживать и не светиться на уголовщине. Иногда он сожалел, что так случилось, в тридцать лет потерять все: дом, свободу действий, любимую дочь.
Скрываясь, он познакомился с женщиной, которая была на десять лет его старше. Он помог ей сделать несложную работу на ее дачном участке садоводческого товарищества «Энергетик» что недалеко от села Санчелеево Ставропольского района.
Наступил май 1997 года. Мосфира, женщина которая приютила Рылькова — радовалась знакомству. Олег ее устраивал: был красивым, степенным, немногословным. Помогал ей. Ей, татарке по национальности, нравилось, что Олег был родом из татарского города Зеленодольска. Иногда они выпивали. И вот однажды Олег с грустью рассказал, что недавно погибли в автокатастрофе его жена и дочь.
Они решили жить вместе. Рылькова это порадовало : ведь у Мосфиры еще была своя квартира на улице Зеленой в Тольятти. Но недолго продолжалось женское счастье.
Страница 4 из 9
