1992 год тольяттинским сыщикам из угрозыска запомнился не только началом кровавой борьбы за контроль над продукцией «АвтоВАЗа». Недели не проходило без выстрелов, бритоголовые мальчики беспощадно отстреливали друг друга.
Добавить в моё избранное
30 мин, 35 сек 19142
— Мы уже знали фамилию серийного насильника, — рассказывал позднее начальник отдела по убийствам тольяттинского УВД Юрий Онищук.
— До случая с Полиной Рыльков не убивал, только насиловал и грабил…
Мосфиру он убил в ночь на 28 июня 1997 года, в дачном домике, где они жили. Весь день они пили водку, а потом, по словам Рылькова, сожительница после ссоры, спрятала его обувь и одежду. Когда она заснула, он связал ее. Женщина сумела развязаться, он толкнул ее на диван, схватил топор и убил ударом обуха по голове. Рассказывал, что после этого ему стало так хорошо, что даже не описать. Затем он нашел свою одежду и обувь, взял трехлитровую банку, набрал клубники сорта «Виктория» и сверху добавил смородины.
Об этом он подробно рассказывал при съемке на видеокамеру во время выхода на место преступления. После убийства Мосфиры Рыльков запер дачный домик и калитку и поехал на ее квартиру в Тольятти. Там он уже примелькался. Соседям сказал, что хозяйке стало плохо с сердцем и он отвез ее в больницу. Через пять дней в этом доме было совершено новое преступление.
Рыльков давно уже в совершенстве овладел способами без взлома проникать в квартиру. В этот раз было проще: вместе с Мосфирой он бывал в гостях в этой квартире, находившейся двумя этажами ниже. Его знали, и поэтому впустили. Пройдя на кухню, Рыльков схватил нож и топор, нанес несколько ударов 8-летней Наташе и ее старшему брату. Он изнасиловал девочку, забрал видеомагнитофон, другие вещи. Истекавшему кровью мальчику удалось добраться до соседней квартиры и попросить о помощи. Соседи вызвали милицию. Группа захвата шестого ГОМ прибыла на место преступления в течение пяти минут после сигнала тревоги. Рылькова взяли в квартире Мосфиры. Когда прибывшие оперативники выбили дверь, Рыльков смотрел американский видеофильм из жизни ковбоев.
Наташа умерла в больнице через несколько дней…
«Когда Мосфира нас познакомила, он представился как Володя Коломеец, — говорила тогда журналистам мать Наташи и Сергея.»
— Под этой фамилией его каждый в нашем доме знал. Он утверждал, что родился под Саратовом. Рассказывал про свою жену и ребенка, которые погибли в автокатастрофе. Помню, все ему тогда сочувствовали. Он вообще не казался вспыльчивым и тем более злобным. А уж чтобы руку на кого-нибудь поднять… Короче, совершенно здоровый человек. Если его признают больным, я уволюсь с работы, устроюсь в психушку и там достану эту тварь!«.»
Больше всего следователей, работавших по делу Рылькова, удивил тот факт, что маньяк практически на первом же допросе начал рассказывать о своих злодеяниях. Обычно в таких случаях преступники начинают требовать адвоката и идти, что называется, «в отказ». Рыльков, правда, тоже потребовал адвоката, но особо упираться не стал.
По началу больше говорил Юрий Онищук, начальник отдела по убийствам тольяттинского УВД. Он, чтобы вытащить своего подследственного на разговор, налегал то на моральный аспект («облегчи душу»), то взрывался («попался бы ты мне тогда, когда мы увидели тех девочек»). Оператор впустую гонял видеокамеру, Рыльков уже выкурил полпачки принесенных ему сигарет. И вдруг его прорывало. Он признается в преступлениях. Кражи, изнасилования, убийства.
Рыльков дал большое «интервью» в котором подробно рассказал, что испытывал, насилуя и убивая.
Как и все сексуальные извращенцы, Рыльков — типичный демагог. Он с возмущением расскажет о сестренках-малолетках, которых с пятилетнего возраста якобы пристрастил к лесбиянству и к половым отношениям их родной дядя.
— Я подловил их, когда показал им картинки с лесбиянками. «А-а, мы это видели!» — «Как видели?» — «Нам дядя показывал, мы так тоже делаем!» Короче, показали, как это делали. Я одурел. Они жили на девятом этаже. Сейчас уже три года прошло. Сейчас они постарше. Дай Бог, чтобы утихло.
— Сожительницу за что убил?
— Она дура была. Она выпадает из ряда серийного…
— Чувствуете ли вы раскаяние?
— То, что меня остановили, это, в общем-то, правильно… Последний год я жил одним днем. Не работал. Мои родители — обыкновенные люди, занимались челночным извозом. То, что случилось со мной, — для них будет ударом.
— То, что произошло, — было это закономерным?
— Может, предначертание судьбы… Это не оправдывает ни в коей мере. Так вышло. Сам, честно говоря, уже бы не остановился. Серия пошла бы дальше. Сейчас я вот прокручиваю прошлое, удивляюсь, что мало совершил, как это ни кощунственно. Не то что не дали… Сам сдерживался. Но дальше было бы хуже.
— Это как наркотик?
— Можно сравнить с наркотиком.
— До случая с Полиной Рыльков не убивал, только насиловал и грабил…
Мосфиру он убил в ночь на 28 июня 1997 года, в дачном домике, где они жили. Весь день они пили водку, а потом, по словам Рылькова, сожительница после ссоры, спрятала его обувь и одежду. Когда она заснула, он связал ее. Женщина сумела развязаться, он толкнул ее на диван, схватил топор и убил ударом обуха по голове. Рассказывал, что после этого ему стало так хорошо, что даже не описать. Затем он нашел свою одежду и обувь, взял трехлитровую банку, набрал клубники сорта «Виктория» и сверху добавил смородины.
Об этом он подробно рассказывал при съемке на видеокамеру во время выхода на место преступления. После убийства Мосфиры Рыльков запер дачный домик и калитку и поехал на ее квартиру в Тольятти. Там он уже примелькался. Соседям сказал, что хозяйке стало плохо с сердцем и он отвез ее в больницу. Через пять дней в этом доме было совершено новое преступление.
Арест
Арестовали Рылькова 2 июля 1997 года.Рыльков давно уже в совершенстве овладел способами без взлома проникать в квартиру. В этот раз было проще: вместе с Мосфирой он бывал в гостях в этой квартире, находившейся двумя этажами ниже. Его знали, и поэтому впустили. Пройдя на кухню, Рыльков схватил нож и топор, нанес несколько ударов 8-летней Наташе и ее старшему брату. Он изнасиловал девочку, забрал видеомагнитофон, другие вещи. Истекавшему кровью мальчику удалось добраться до соседней квартиры и попросить о помощи. Соседи вызвали милицию. Группа захвата шестого ГОМ прибыла на место преступления в течение пяти минут после сигнала тревоги. Рылькова взяли в квартире Мосфиры. Когда прибывшие оперативники выбили дверь, Рыльков смотрел американский видеофильм из жизни ковбоев.
Наташа умерла в больнице через несколько дней…
«Когда Мосфира нас познакомила, он представился как Володя Коломеец, — говорила тогда журналистам мать Наташи и Сергея.»
— Под этой фамилией его каждый в нашем доме знал. Он утверждал, что родился под Саратовом. Рассказывал про свою жену и ребенка, которые погибли в автокатастрофе. Помню, все ему тогда сочувствовали. Он вообще не казался вспыльчивым и тем более злобным. А уж чтобы руку на кого-нибудь поднять… Короче, совершенно здоровый человек. Если его признают больным, я уволюсь с работы, устроюсь в психушку и там достану эту тварь!«.»
Признания нелюдя
Перепуганный Рыльков во время задержания стал сознаваться в содеянном. И на случайный вопрос оперативника: «Где хозяйка квартиры, неужели тоже убита?» ответил:«Вчера на даче в Санчелеево зарубил».Больше всего следователей, работавших по делу Рылькова, удивил тот факт, что маньяк практически на первом же допросе начал рассказывать о своих злодеяниях. Обычно в таких случаях преступники начинают требовать адвоката и идти, что называется, «в отказ». Рыльков, правда, тоже потребовал адвоката, но особо упираться не стал.
По началу больше говорил Юрий Онищук, начальник отдела по убийствам тольяттинского УВД. Он, чтобы вытащить своего подследственного на разговор, налегал то на моральный аспект («облегчи душу»), то взрывался («попался бы ты мне тогда, когда мы увидели тех девочек»). Оператор впустую гонял видеокамеру, Рыльков уже выкурил полпачки принесенных ему сигарет. И вдруг его прорывало. Он признается в преступлениях. Кражи, изнасилования, убийства.
Рыльков дал большое «интервью» в котором подробно рассказал, что испытывал, насилуя и убивая.
Как и все сексуальные извращенцы, Рыльков — типичный демагог. Он с возмущением расскажет о сестренках-малолетках, которых с пятилетнего возраста якобы пристрастил к лесбиянству и к половым отношениям их родной дядя.
— Я подловил их, когда показал им картинки с лесбиянками. «А-а, мы это видели!» — «Как видели?» — «Нам дядя показывал, мы так тоже делаем!» Короче, показали, как это делали. Я одурел. Они жили на девятом этаже. Сейчас уже три года прошло. Сейчас они постарше. Дай Бог, чтобы утихло.
— Сожительницу за что убил?
— Она дура была. Она выпадает из ряда серийного…
— Чувствуете ли вы раскаяние?
— То, что меня остановили, это, в общем-то, правильно… Последний год я жил одним днем. Не работал. Мои родители — обыкновенные люди, занимались челночным извозом. То, что случилось со мной, — для них будет ударом.
— То, что произошло, — было это закономерным?
— Может, предначертание судьбы… Это не оправдывает ни в коей мере. Так вышло. Сам, честно говоря, уже бы не остановился. Серия пошла бы дальше. Сейчас я вот прокручиваю прошлое, удивляюсь, что мало совершил, как это ни кощунственно. Не то что не дали… Сам сдерживался. Но дальше было бы хуже.
— Это как наркотик?
— Можно сравнить с наркотиком.
Страница 5 из 9
