Сергей Александрович Головкин (26 ноября 1959, Москва, СССР — 2 августа 1996, Москва) — советский и российский серийный убийца, садист, гомосексуалист-педофил, некрофил и каннибал. До того, как был пойман, получил широкую анонимную известность под прозвищем «Фишер».
Добавить в моё избранное
71 мин, 22 сек 7327
На легких сделал надрезы, так как «интересно их было посмотреть».
На следующий день, когда пришел в подвал с целью вывезти останки трупа. Расчлененные части трупа в мешках на своей автомашине вывез в район автостоянки. Ямы он тогда не рыл и мешки даже ничем не забрасывал. Одежду сжег в тот же день, проехав немного вперед по той же дороге. Вещи погибшего мальчика сгорели дотла, и пепел он «развеял» по сторонам.
Владик Шариков, Юра Сидякин и Денис Ефремов жили в поселке Юрасово в двух километрах от Горок-10. Там было все, что нужно для нормальной жизни подростков, кроме одного — игровых автоматов. Как-то попробовав, ребята экономя на завтраках, собирая и сдавая пустые бутылки, после школы частенько ездили поиграть. Ближайшим к Юрасово Лас-Вегасом был Белорусский вокзал столицы. Там был зал игровых автоматов. Очень удобно для привыкших с юных лет к разъездам жителей Подмосковья. От дома до Жаворонков на автобусе, на электричке до Москвы, а потом в обратном порядке до дому.
Вечером 14 сентября 1992 года ребята возвращались со своих игрищ не втроем, как обычно, а вчетвером. С ними был еще один приятель, Женя. Он учился с мальчиками в одной школе, но жил в Горках-10. Настроение у ребят было хорошим. Народу на автобусной остановке в Жаворонках было много. Предыдущий рейс отменили из-за поломки, и теперь было сомнительно, что даже в «Икарусе» все желающие уместятся. Женя заметил бежевые«Жигули» возле хозяйственного магазина. Вроде из их поселка.
— Я сейчас, парни. Может, на тачке поедем.
— Он торопливо пошел к машине. На просьбу подбросить всю компанию Головкин ответил утвердительно. Через пять минут пути добрый дядя Сережа знал все. И где они живут, и где учатся, что они почти каждый день ездят в Москву, чтобы поиграть на игровых автоматах на Белорусском вокзале и как учиться надоело, теряя время на всякую ерунду, вместо того чтобы на автоматах играть. Договорились встретиться на следующий день, и дядя Сережа даже дал дельный совет, что нужно грабануть ларек.
Во вторник 15 сентября 1992 года примерно к 19 часам Головкин приехал на станцию Жаворонки и ждал своих вчерашних знакомых, чтобы привезти в свой гараж и убить. Он увидел, как они сошли с электрички и подъехал к ним. Головкин предложил подвести их, ребята согласились, и сели к нему в машину как к старому знакомому. А по пути Головкин еще раз предложил им «заняться бизнесом» сказал, что легко можно совершить кражу сигарет, но для этого надо лишь заехать в гараж. Согласились все трое, двое из них залезли в багажник, а третий лег на пол в салоне автомобиля. Таким образом, Головкин, привез их в гараж, закрыл дверь, сказал, чтобы они спускались в погреб.
В погребе под угрозой ножа мальчишки разделись, Головкин их связал и изнасиловал каждого.
Как подчеркивал на допросах Головкин, для него был интересен сам процесс этих действий, «их унижение, подчинение моей воле» «отчего наступал эмоциональный подъем» «какое-то самоутверждение». С тем, чтобы проверить, как они будут реагировать на его слова, заявил ребятам, что сейчас будет их по очереди убивать, что вместе с ними у него будет 11 трупов. Реакция была такая же, как у всех предыдущих жертв: мольбы о пощаде, готовность выполнить любое желание и т. п. После сказанного стал на глазах у ребят по очереди их вешать. Головкин установил очередность убийств и объявил об этом детям — Сидякин, Шариков и Ефремов. Последним решил убить Ефремова, так как этот мальчик понравился ему больше всех, «хотелось дольше видеть его мучения». Когда удушил Шарикова, то подвесил его за ноги и стал расчленять. Расчленение трупа на глазах Ефремова доставляло Головкину удовольствие. При этом он показывал ребенку, где находится тот или иной орган, давал пояснения. Мальчик все это пережил «спокойно, без истерики». Видимо сознание ребенка уже не справлялось с творившимся вокруг кошмаром. Головкин повесил мальчика, предварительно поставив его на табурет, который затем выбил из-под его ног. Вынув его из петли, расчленять не стал, так как «насытился». В эту ночь с 15 на 16 сентября никаких перерывов на отдых он не делал, «все произошло на одном дыхании». Казнь началась в 8 часов вечера, а закончилось все примерно в 6 часов утра — весь кошмар продолжался 10 часов без перерыва. Первому убитому мальчику «повезло» больше, а последний оставшийся в живых Денис все десять часов терпел унижения и превозмогал немыслимую боль.
На следующий день, когда пришел в подвал с целью вывезти останки трупа. Расчлененные части трупа в мешках на своей автомашине вывез в район автостоянки. Ямы он тогда не рыл и мешки даже ничем не забрасывал. Одежду сжег в тот же день, проехав немного вперед по той же дороге. Вещи погибшего мальчика сгорели дотла, и пепел он «развеял» по сторонам.
Финиш Фишера
Тем временем следствие по делу «Удав» продолжалось, и в июле 1992 года появилась потребность в дополнительных силах для проверки звенигородских подучетных. В Одинцово незамедлительно отрядили пятнадцать сотрудников оперативно-поискового отдела ГУВД Московской области. Подозреваемых лиц становилось все меньше и меньше, круг сужался, но до развязки было еще далеко и, несмотря на все усилия, прервать череду убийств удалось только ценой еще трех мальчишеских жизней. Пожалуй, это самый мрачный эпизод во всей кровавой эпопее подмосковного маньяка.Владик Шариков, Юра Сидякин и Денис Ефремов жили в поселке Юрасово в двух километрах от Горок-10. Там было все, что нужно для нормальной жизни подростков, кроме одного — игровых автоматов. Как-то попробовав, ребята экономя на завтраках, собирая и сдавая пустые бутылки, после школы частенько ездили поиграть. Ближайшим к Юрасово Лас-Вегасом был Белорусский вокзал столицы. Там был зал игровых автоматов. Очень удобно для привыкших с юных лет к разъездам жителей Подмосковья. От дома до Жаворонков на автобусе, на электричке до Москвы, а потом в обратном порядке до дому.
Вечером 14 сентября 1992 года ребята возвращались со своих игрищ не втроем, как обычно, а вчетвером. С ними был еще один приятель, Женя. Он учился с мальчиками в одной школе, но жил в Горках-10. Настроение у ребят было хорошим. Народу на автобусной остановке в Жаворонках было много. Предыдущий рейс отменили из-за поломки, и теперь было сомнительно, что даже в «Икарусе» все желающие уместятся. Женя заметил бежевые«Жигули» возле хозяйственного магазина. Вроде из их поселка.
— Я сейчас, парни. Может, на тачке поедем.
— Он торопливо пошел к машине. На просьбу подбросить всю компанию Головкин ответил утвердительно. Через пять минут пути добрый дядя Сережа знал все. И где они живут, и где учатся, что они почти каждый день ездят в Москву, чтобы поиграть на игровых автоматах на Белорусском вокзале и как учиться надоело, теряя время на всякую ерунду, вместо того чтобы на автоматах играть. Договорились встретиться на следующий день, и дядя Сережа даже дал дельный совет, что нужно грабануть ларек.
Во вторник 15 сентября 1992 года примерно к 19 часам Головкин приехал на станцию Жаворонки и ждал своих вчерашних знакомых, чтобы привезти в свой гараж и убить. Он увидел, как они сошли с электрички и подъехал к ним. Головкин предложил подвести их, ребята согласились, и сели к нему в машину как к старому знакомому. А по пути Головкин еще раз предложил им «заняться бизнесом» сказал, что легко можно совершить кражу сигарет, но для этого надо лишь заехать в гараж. Согласились все трое, двое из них залезли в багажник, а третий лег на пол в салоне автомобиля. Таким образом, Головкин, привез их в гараж, закрыл дверь, сказал, чтобы они спускались в погреб.
В погребе под угрозой ножа мальчишки разделись, Головкин их связал и изнасиловал каждого.
Как подчеркивал на допросах Головкин, для него был интересен сам процесс этих действий, «их унижение, подчинение моей воле» «отчего наступал эмоциональный подъем» «какое-то самоутверждение». С тем, чтобы проверить, как они будут реагировать на его слова, заявил ребятам, что сейчас будет их по очереди убивать, что вместе с ними у него будет 11 трупов. Реакция была такая же, как у всех предыдущих жертв: мольбы о пощаде, готовность выполнить любое желание и т. п. После сказанного стал на глазах у ребят по очереди их вешать. Головкин установил очередность убийств и объявил об этом детям — Сидякин, Шариков и Ефремов. Последним решил убить Ефремова, так как этот мальчик понравился ему больше всех, «хотелось дольше видеть его мучения». Когда удушил Шарикова, то подвесил его за ноги и стал расчленять. Расчленение трупа на глазах Ефремова доставляло Головкину удовольствие. При этом он показывал ребенку, где находится тот или иной орган, давал пояснения. Мальчик все это пережил «спокойно, без истерики». Видимо сознание ребенка уже не справлялось с творившимся вокруг кошмаром. Головкин повесил мальчика, предварительно поставив его на табурет, который затем выбил из-под его ног. Вынув его из петли, расчленять не стал, так как «насытился». В эту ночь с 15 на 16 сентября никаких перерывов на отдых он не делал, «все произошло на одном дыхании». Казнь началась в 8 часов вечера, а закончилось все примерно в 6 часов утра — весь кошмар продолжался 10 часов без перерыва. Первому убитому мальчику «повезло» больше, а последний оставшийся в живых Денис все десять часов терпел унижения и превозмогал немыслимую боль.
Страница 17 из 21
