«Маньяк», «серийный убийца» — эти слова вызывают в памяти прежде всего«героев нашего времени» — Андрея Чикатило и Анатолия Оноприенко. Но«незаслуженно» забытым остаётся белорусский маньяк Геннадий Михасевич. По количеству убийств на территории бывшего СССР (36) он занимает почётное 3-е место после упомянутых Чикатило (53) и Оноприенко (52), но по продолжительности своей карьеры он их превосходит — 14 лет (Чикатило — 13, Оноприенко — 8).
Добавить в моё избранное
37 мин, 3 сек 12673
Мне попали в рот его пальцы, и я их кусала. В ходе борьбы я упала лицом вниз. Он продолжал меня давить. Я кричала. Преступник неожиданно оставил меня и убежал. Оказалось, что мои крики услышали школьники и бежали с фонариком ко мне».
Школьники, услышав женский крик, в приступе страха стали петь, Михасевича появление свидетелей вспугнуло, впоследствии школьники рассказали, что видели высокого парня в пальто, бежавшего им навстречу. А в руки следователям попала верёвка с кровью 1 группы, принадлежавшей укушенному женщиной Михасевичу.
Однако очередную женщину он изнасиловал и убил в тот же день!
Автобусом вернулся в Витебск, затем ехал другим автобусом, вышел на остановке и последовал за приглянувшейся девушкой. Результат: «Утром 30 октября 1971 года в ельнике, в 12 метрах от грунтовой дороги, которая вела из поселка Руба к поселку Новый, был обнаружен труп гражданки К, который находился в положении сидя под елкой, опираясь спиной на ее ветку. В рот трупа был вставлен кляп из части шарфа потерпевшей. По заключению судебно-медицинской экспертизы, смерть наступила от механической асфиксии, вследствие закрытия дыхательных путей кляпом».
А Михасевич впоследствии скажет, что он «почувствовал от этого облегчение».
Психиатры подробно изучили мотивацию этого поступка: «сильное стрессовое состояние, вызывающее реакцию аутоагрессии с умыслом на суицид» а затем переключение«аутоагрессивного умысла на гетероагрессивный».
Еще красноречивее признание маньяка:
«Когда я оставался наедине, на меня накатывало особое состояние. Мне нужна была женщина, чтобы прикоснуться к ее телу, попытаться совершить с ней половой акт. Если же я контактировал с женщиной, мной овладевало умопомрачение, я давил ее и убивал. В этот момент у меня было такое состояние, словно вокруг все в тумане… Главное, было задушить женщину, а не совершить с ней половой акт. В момент удушения я испытывал самое большое удовлетворение. Оно проходило, когда женщина была мертва».
«Когда душил, то через свои руки от женщин силу почерпывал. Был сам себе врач. После убийства становилось легче. Особое удовольствие получал, когда жертва трепещется. Оно усеивалось, если женщина сопротивлялась, царапалась, боролась».
Как говорил сам маньяк, он «выходил на охоту». Бывало, душил за день двух женщин. Внешне жертвы Михасевича были очень разные. Иногда он выбирал их со спины.
Одно из ранних убийств Михасевича произошло так. После танцевального вечера он уединился с девушкой в укромном месте, но она стала насмехаться над его робкими ласками. Уязвлённое самолюбие спровоцировало физическую реакцию — Геннадий вцепился руками в горло обидчицы и задушил её. Дома он с волнением ждал ареста, но вскоре узнал, что за это убийство задержан другой человек, и успокоился.
В июне 1973 года Михасевич окончил техникум, вернулся в Ист и начал работать в Дисненском совхозе.
Вот признания Михасевича: «В то время у меня возникало желание напасть на какую-либо женщину, чтобы ее задушить. Поэтому, когда я бывал в Витебске, то ездил по его окраинам, где и нападал на первых попавшихся мне женщин, после чего я испытывал большое облегчение. Мое состояние и настроение от этого сразу улучшалось».
В 1974 году он не убивал.
Сменились места жительства и работы — сменилась и локация убийств. Вот как Михасевич говорил про территорию между городами Полоцк и Новополоцк и деревнями Коптево, Ропно и Перханщина: «Там я удушил четырех женщин. В тот район я специально приезжал и сходил на автобусной остановке, чтобы потом подкараулить какую-нибудь женщину. Туда без затруднений можно проехать и уехать на автобусе. Когда у меня удачно произошло первое удушение, я посчитал это место вполне подходящим и меня влекло туда».
2 июля 1976 года в той местности Михасевич убил одну женщину (задушил руками и петлей из ремня сумки, а рот жертвы заткнул кляпом из плавок потерпевшей), в ночь с 24 на 25 июля — ещё одну (изнасиловал и задушил пучком стеблей клевера), 22 октября — ещё одну (изнасиловал и задушил руками, петлей-удавкой и кляпом из перчатки жертвы). 1 ноября он изнасиловал и задушил женщину в деревне Ветрино.
У убитых женщин Михасевич забирал деньги, причём иногда — немало. Различные вещи, украденные у жертв, Михасевич приносил домой. У одной из женщин в сумке он нашёл даже пассатижи и импортные кусачки (сказал жене, что ему их выдали на работе).
Школьники, услышав женский крик, в приступе страха стали петь, Михасевича появление свидетелей вспугнуло, впоследствии школьники рассказали, что видели высокого парня в пальто, бежавшего им навстречу. А в руки следователям попала верёвка с кровью 1 группы, принадлежавшей укушенному женщиной Михасевичу.
Однако очередную женщину он изнасиловал и убил в тот же день!
Автобусом вернулся в Витебск, затем ехал другим автобусом, вышел на остановке и последовал за приглянувшейся девушкой. Результат: «Утром 30 октября 1971 года в ельнике, в 12 метрах от грунтовой дороги, которая вела из поселка Руба к поселку Новый, был обнаружен труп гражданки К, который находился в положении сидя под елкой, опираясь спиной на ее ветку. В рот трупа был вставлен кляп из части шарфа потерпевшей. По заключению судебно-медицинской экспертизы, смерть наступила от механической асфиксии, вследствие закрытия дыхательных путей кляпом».
А Михасевич впоследствии скажет, что он «почувствовал от этого облегчение».
Психиатры подробно изучили мотивацию этого поступка: «сильное стрессовое состояние, вызывающее реакцию аутоагрессии с умыслом на суицид» а затем переключение«аутоагрессивного умысла на гетероагрессивный».
Еще красноречивее признание маньяка:
«Когда я оставался наедине, на меня накатывало особое состояние. Мне нужна была женщина, чтобы прикоснуться к ее телу, попытаться совершить с ней половой акт. Если же я контактировал с женщиной, мной овладевало умопомрачение, я давил ее и убивал. В этот момент у меня было такое состояние, словно вокруг все в тумане… Главное, было задушить женщину, а не совершить с ней половой акт. В момент удушения я испытывал самое большое удовлетворение. Оно проходило, когда женщина была мертва».
«Когда душил, то через свои руки от женщин силу почерпывал. Был сам себе врач. После убийства становилось легче. Особое удовольствие получал, когда жертва трепещется. Оно усеивалось, если женщина сопротивлялась, царапалась, боролась».
Как говорил сам маньяк, он «выходил на охоту». Бывало, душил за день двух женщин. Внешне жертвы Михасевича были очень разные. Иногда он выбирал их со спины.
Одно из ранних убийств Михасевича произошло так. После танцевального вечера он уединился с девушкой в укромном месте, но она стала насмехаться над его робкими ласками. Уязвлённое самолюбие спровоцировало физическую реакцию — Геннадий вцепился руками в горло обидчицы и задушил её. Дома он с волнением ждал ареста, но вскоре узнал, что за это убийство задержан другой человек, и успокоился.
В июне 1973 года Михасевич окончил техникум, вернулся в Ист и начал работать в Дисненском совхозе.
Вот признания Михасевича: «В то время у меня возникало желание напасть на какую-либо женщину, чтобы ее задушить. Поэтому, когда я бывал в Витебске, то ездил по его окраинам, где и нападал на первых попавшихся мне женщин, после чего я испытывал большое облегчение. Мое состояние и настроение от этого сразу улучшалось».
В 1974 году он не убивал.
Продолжение серии
С каждым годом Михасевич убивал все больше. Способ совершения преступлений был одинаков — удавление: шарфом, поясом или жгутом из травы. Трупы изнасилованных женщин он оставлял недалеко от дороги. С годами у него выработались навыки профессионального убийцы, появилось звериное чутье, позволявшее пускать розыск по ложному следу. Помогало и то, что он числился дружинником и нештатным сотрудником милиции. Обо всех действиях против самого себя, о замыслах оперативников Михасевич узнавал в числе первых.Сменились места жительства и работы — сменилась и локация убийств. Вот как Михасевич говорил про территорию между городами Полоцк и Новополоцк и деревнями Коптево, Ропно и Перханщина: «Там я удушил четырех женщин. В тот район я специально приезжал и сходил на автобусной остановке, чтобы потом подкараулить какую-нибудь женщину. Туда без затруднений можно проехать и уехать на автобусе. Когда у меня удачно произошло первое удушение, я посчитал это место вполне подходящим и меня влекло туда».
2 июля 1976 года в той местности Михасевич убил одну женщину (задушил руками и петлей из ремня сумки, а рот жертвы заткнул кляпом из плавок потерпевшей), в ночь с 24 на 25 июля — ещё одну (изнасиловал и задушил пучком стеблей клевера), 22 октября — ещё одну (изнасиловал и задушил руками, петлей-удавкой и кляпом из перчатки жертвы). 1 ноября он изнасиловал и задушил женщину в деревне Ветрино.
У убитых женщин Михасевич забирал деньги, причём иногда — немало. Различные вещи, украденные у жертв, Михасевич приносил домой. У одной из женщин в сумке он нашёл даже пассатижи и импортные кусачки (сказал жене, что ему их выдали на работе).
Страница 2 из 11
