На роль самого яркого представителя этой социальной группы смело может претендовать Вячеслав Иваньков по кличке Япончик: неудавшийся гимнаст и пациент психбольницы, он не боялся ничего. Истории о драках и погонях с его участием прогремели на весь Союз.
Добавить в моё избранное
20 мин, 19 сек 10938
Он жестоко расправлялся с теми, кто вставал у него на пути, а попадая за решетку, не давал спуску даже тюремщикам. Япончик достиг всего в криминальном мире, но, оказавшись на свободе в начале 90-х, предпочел не ввязываться в кровавую войну ОПГ, а отправиться за большими перспективами в США.
Детство будущего патриарха криминального мира Вячеслава Иванькова, снискавшего славу под кличкой Япончик, безоблачным можно назвать с большой натяжкой. Родился он в Москве 2 января 1940 года; после войны отец Иванькова начал сильно пить, а в 50-х и вовсе ушел из семьи. У матери были свои проблемы — она страдала мизофобией (психическое расстройство, навязчивый страх загрязнения либо заражения): могла по нескольку раз в день менять и перестирывать одежду, намывать с хлоркой пол и даже гладила утюгом бумажные деньги, надеясь таким образом уничтожить на них все микробы.
Вячеслав, которым никто особо не занимался, рос мальчиком болезненным, со слабыми легкими и сердцем. Мать по советам врачей периодически отправляла сына в санатории, но заметных результатов это не приносило.
Все поменялось в средних классах, когда Слава, устав от издевательств сверстников, решил серьезно заняться спортом. По состоянию здоровья школьные и районные секции ему не светили, и тогда он разработал собственную систему тренировок, в основу которой легло восточное единоборство джиу-джитсу. Неизвестно, где в 50-х годах ему удавалось доставать нужные пособия, но борьбу он освоил и продемонстрировал приобретенные навыки обидчикам. После двух-трех подобных уроков одноклассники начали считаться с мнением возмужавшего Иванькова.
Учеба не особо интересовала Вячеслава, и, едва дождавшись окончания девятого класса, он покинул школу и поступил в Государственное училище циркового искусства (ГУЦИ), где решил обучаться воздушной гимнастике. Влиться в стройные ряды сокурсников ему помогло увлечение единоборствами — пластики и ловкости Иванькову было не занимать. Но все закончилось для студента плачевно: на одном из занятий он очень неудачно упал с трапеции, приземлился прямо на голову и заработал закрытую черепно-мозговую травму.
К счастью для юноши, он выжил и, быстро придя в чувство, категорически запретил преподавателям вызывать скорую, успокоив их заверениями о хорошем самочувствии. Последствия проявились чуть позже — с тех пор Вячеслав иногда терял сознание.
Беда не приходит одна — вскоре после падения с трапеции Иванькова сбила машина, и он вновь приложился головой: на этот раз ему пришлось полежать в больнице. Не исключено, что оба эти инцидента, а может, и наследственность, стали толчком к развитию психического расстройства — шизофрении. Немногим позже в связи с этим недугом он получил инвалидность.
Продолжить обучение после травм у юного гимнаста так и не получилось, и после нескольких неудачных тренировок он принял решение бросить училище.
Без дела долго не сидел и, рассудив, что для учебы в техникумах и вузах у него недостаточно знаний, пошел в вечернюю школу и устроился на работу слесарем, стараясь помогать матери.
Вскоре иждивенцев у Иванькова стало больше: в 1960 году он сочетался узами брака с некой Лидией Айвазовой — представительницей древнего княжеского рода ассирийцев (выходцев из древней Месопотамии). Необычным происхождением супруги Иваньков гордился, и закрепившееся за ним прозвище Ассирийский Зять ему очень нравилось.
Возможно, именно появление семьи — а вскоре после свадьбы у Иваньковых родился первый сын, Геннадий — толкнуло Вячеслава на криминал: денег, зарабатываемых честным путем, было мало. Тогда, решив использовать свою ловкость в преступном ремесле, Иваньков стал вором-карманником.
Первый раз в руки стражей порядка карманник угодил весной 1965 года, когда ему стукнуло 25 лет. Правил воровского кодекса, по которым при задержании не следует сопротивляться и бить стражей порядка, Иваньков тогда не знал — и дал милиционерам настоящий бой с приемами джиу-джитсу.
Впрочем, в итоге воришку все равно скрутили и доставили в отделение. Обратив внимание на чрезмерную ярость и некую путаность сознания задержанного, блюстители порядка ходатайствовали о проведении психиатрической экспертизы.
Чутье оперативников не подвело: специалисты Московской психиатрической больницы №1 имени П. П. Кащенко (ныне имени Н. А. Алексеева), известной в народе, как Канатчикова дача, уверенно диагностировали у Иванькова шизофрению. Вопрос с тюремным заключением был закрыт, и Вячеслава отправили на принудительное лечение.
Сначала Иванькову даже нравилось лечиться: большое количество свободного времени позволяло ему самосовершенствоваться, а это он очень любил. Он легко входил в контакт с более-менее вменяемыми товарищами по несчастью, читал книги, изучал учебники для старших классов, интересовался уголовным правом и пособиями по психиатрии.
Однако в таком режиме Иваньков рассчитывал провести около года.
Детство будущего патриарха криминального мира Вячеслава Иванькова, снискавшего славу под кличкой Япончик, безоблачным можно назвать с большой натяжкой. Родился он в Москве 2 января 1940 года; после войны отец Иванькова начал сильно пить, а в 50-х и вовсе ушел из семьи. У матери были свои проблемы — она страдала мизофобией (психическое расстройство, навязчивый страх загрязнения либо заражения): могла по нескольку раз в день менять и перестирывать одежду, намывать с хлоркой пол и даже гладила утюгом бумажные деньги, надеясь таким образом уничтожить на них все микробы.
Вячеслав, которым никто особо не занимался, рос мальчиком болезненным, со слабыми легкими и сердцем. Мать по советам врачей периодически отправляла сына в санатории, но заметных результатов это не приносило.
Все поменялось в средних классах, когда Слава, устав от издевательств сверстников, решил серьезно заняться спортом. По состоянию здоровья школьные и районные секции ему не светили, и тогда он разработал собственную систему тренировок, в основу которой легло восточное единоборство джиу-джитсу. Неизвестно, где в 50-х годах ему удавалось доставать нужные пособия, но борьбу он освоил и продемонстрировал приобретенные навыки обидчикам. После двух-трех подобных уроков одноклассники начали считаться с мнением возмужавшего Иванькова.
Учеба не особо интересовала Вячеслава, и, едва дождавшись окончания девятого класса, он покинул школу и поступил в Государственное училище циркового искусства (ГУЦИ), где решил обучаться воздушной гимнастике. Влиться в стройные ряды сокурсников ему помогло увлечение единоборствами — пластики и ловкости Иванькову было не занимать. Но все закончилось для студента плачевно: на одном из занятий он очень неудачно упал с трапеции, приземлился прямо на голову и заработал закрытую черепно-мозговую травму.
К счастью для юноши, он выжил и, быстро придя в чувство, категорически запретил преподавателям вызывать скорую, успокоив их заверениями о хорошем самочувствии. Последствия проявились чуть позже — с тех пор Вячеслав иногда терял сознание.
Беда не приходит одна — вскоре после падения с трапеции Иванькова сбила машина, и он вновь приложился головой: на этот раз ему пришлось полежать в больнице. Не исключено, что оба эти инцидента, а может, и наследственность, стали толчком к развитию психического расстройства — шизофрении. Немногим позже в связи с этим недугом он получил инвалидность.
Продолжить обучение после травм у юного гимнаста так и не получилось, и после нескольких неудачных тренировок он принял решение бросить училище.
Без дела долго не сидел и, рассудив, что для учебы в техникумах и вузах у него недостаточно знаний, пошел в вечернюю школу и устроился на работу слесарем, стараясь помогать матери.
Вскоре иждивенцев у Иванькова стало больше: в 1960 году он сочетался узами брака с некой Лидией Айвазовой — представительницей древнего княжеского рода ассирийцев (выходцев из древней Месопотамии). Необычным происхождением супруги Иваньков гордился, и закрепившееся за ним прозвище Ассирийский Зять ему очень нравилось.
Возможно, именно появление семьи — а вскоре после свадьбы у Иваньковых родился первый сын, Геннадий — толкнуло Вячеслава на криминал: денег, зарабатываемых честным путем, было мало. Тогда, решив использовать свою ловкость в преступном ремесле, Иваньков стал вором-карманником.
Первый раз в руки стражей порядка карманник угодил весной 1965 года, когда ему стукнуло 25 лет. Правил воровского кодекса, по которым при задержании не следует сопротивляться и бить стражей порядка, Иваньков тогда не знал — и дал милиционерам настоящий бой с приемами джиу-джитсу.
Впрочем, в итоге воришку все равно скрутили и доставили в отделение. Обратив внимание на чрезмерную ярость и некую путаность сознания задержанного, блюстители порядка ходатайствовали о проведении психиатрической экспертизы.
Чутье оперативников не подвело: специалисты Московской психиатрической больницы №1 имени П. П. Кащенко (ныне имени Н. А. Алексеева), известной в народе, как Канатчикова дача, уверенно диагностировали у Иванькова шизофрению. Вопрос с тюремным заключением был закрыт, и Вячеслава отправили на принудительное лечение.
Сначала Иванькову даже нравилось лечиться: большое количество свободного времени позволяло ему самосовершенствоваться, а это он очень любил. Он легко входил в контакт с более-менее вменяемыми товарищами по несчастью, читал книги, изучал учебники для старших классов, интересовался уголовным правом и пособиями по психиатрии.
Однако в таком режиме Иваньков рассчитывал провести около года.
Страница 1 из 6
