Так как могла эта женщина — активная, веселая, не употреблявшая ни алкоголя, ни наркотиков, всегда раньше заботившаяся о детях — обречь их на нечеловеческие муки?
Добавить в моё избранное
10 мин, 49 сек 3797
Из показаний родственников, друзей и интернет-переписки Влады стало известно, что она постоянно обращалась к ним с просьбой о финансовой помощи, говоря, что у Ани опухоль мозга и она требует постоянного лечения (это врачи опровергли).
Так же в группе «Начисления детских пособий| Украина» в«ВК» сообщили, что Подчапко состояла в у них и ввела в заблуждения участников этой группы.
«После встречи создался конференц-диалог в контакте, где девочки Киева сдружились и обсуждали разные проблемы и просто болтали. В том же диалоге присутствовала Влада. В какой то момент она начала говорить нам, что у ее дочери болезнь, но ни диагноза, ни названий препаратов она так и не предоставила. Доверчивые девчонки скинулись, кто сколько мог. Но так и не добились от нее пояснений. В скринах все видно. После откровенного допроса, она, не придумав ничего лучшего, покинула беседу. Это было 6 декабря» — написали в сообществе.
— Она занималась мошенничеством, — утверждает интернет-знакомая Владиславы Екатерина Калашникова.
— Специально морила своих детей голодом, чтобы они выглядели хилыми, безжизненными и худыми, выдавала их за тяжелобольных и клянчила у людей деньги на их лечение. Влада состояла вместе со мной в группе молодых мамочек в соцсети. Написала всем нам, что у дочки Анечки диагностировали гидроцефалию головного мозга. «Чтобы спасти малышку, ей делают уколы в голову, и каждый стоит 750 гривен. Помогите!» Девчонки переполошились, начали пересылать деньги, но потом напряглись: никаких подтверждающих документов Влада не предоставила. На вопросы отвечала туманно, мол, выговорить подробный диагноз не может, историю болезни и назначение ей врач не дает. Когда же мы высказали ей недоверие, она выслала фотографию дочки — бледной, плачущей, с пересохшими губами. Подписала:«Так мы сейчас выглядим». Теперь я понимаю, что она специально морила дочку чтобы та своим видом подтвердила чудовищную ложь.
На 6 декабря Влада неожиданно пригласила нас в гости. Написала, что мы сами убедимся, в каком состоянии ее дети. Видимо, надеялась, что за те девять дней, что малыши были закрыты, они будут достаточно истощены, чтобы разжалобить и убедить гостей в своих болезнях безо всяких справок. Только вот срок не рассчитала: вернулась в квартиру, чтобы подготовиться к встрече гостей, а там Даня, уже мертвый. Преступление было спланированным и продуманным.
— Мы с Владой общались практически каждый день, — рассказывала ее старшая сестра Светлана Новикова.
— Она говорила, что они с Анечкой в больнице, что у малышки подозрение на гидроцефалию, что она теряет в весе. Плакала два часа в трубку, жаловалась. Говорила, что денег нет. Я старше на 16 лет, знаю Владу с рождения, и у меня — верите? — не закралось даже подозрение, что она говорит неправду. Актриса так не сыграла бы. Стыд и срам.
Поинтересовались и у Антона Подчапко, знал ли он о том, что Влада выпрашивала у людей деньги на якобы больных детей.
— Нет, не знал, — ответил тот.
— У меня хорошая работа (по некоторым данным, Антон работает видео— и фотооператором на свадьбах и корпоративах, а также на момент совместной жизни с Владиславой владел парикмахерской). Я обеспечивал Владу всем необходимым — одеждой, вкусной едой, оплачивал коммуналку. Зачем ей нужно было еще у кого-то просить денег, не понимаю.
— Мы с Антоном познакомились через общих друзей, — рассказывает Михаил Горовой, собственник квартиры в которой произошла трагедия — Сдали ему нашу квартиру на улице Бубнова. «Сдали» — это громко сказано: просто позволили там жить, платить коммуналку и делать ремонт из расчета две тысячи гривен в месяц. Для центра Киева это, согласитесь, просто копейки. Жильцы оказались проблемными. Ремонта за все эти месяцы никакого не сделали, с проплатой коммуналки постоянно опаздывали.
За последний месяц Антон тоже ничего не проплатил, в квартире не убрал — там до сих пор все перевернуто вверх дном. Шестого декабря 2016 года мне позвонили из полиции и сообщили, что в моей квартире заморили голодом ребенка. Я сначала не поверил. Несколько раз переспрашивал адрес, чтобы убедиться, что меня ни с кем не перепутали. Потом набрал Антона — узнать, что произошло. «Я ничего не знал, позже перезвоню» — сказал он и отсоединился.
Позже я выяснил, что он все знал. Деньги, которые Владислава клянчила на детей, поступали не куда-нибудь, а на карточку некоего Вячеслава — брата Антона. Так что-то, где были дети в те девять дней, зачем Влада их заперла и у кого она выклянчивала деньги, было ему отлично известно. Более того, я убежден, что она не раз и не два оставляла детей самих. Дело в том, что я занимаюсь звуковым обеспечением разных акций, митингов. И Антон тоже связан с аппаратурой, техникой — иногда мы пересекаемся на событиях. Влада, уже будучи беременной, по целым дням бывала с нами на улице, даже в сильный мороз. Детей с ней не было ни разу.
Так же в группе «Начисления детских пособий| Украина» в«ВК» сообщили, что Подчапко состояла в у них и ввела в заблуждения участников этой группы.
«После встречи создался конференц-диалог в контакте, где девочки Киева сдружились и обсуждали разные проблемы и просто болтали. В том же диалоге присутствовала Влада. В какой то момент она начала говорить нам, что у ее дочери болезнь, но ни диагноза, ни названий препаратов она так и не предоставила. Доверчивые девчонки скинулись, кто сколько мог. Но так и не добились от нее пояснений. В скринах все видно. После откровенного допроса, она, не придумав ничего лучшего, покинула беседу. Это было 6 декабря» — написали в сообществе.
— Она занималась мошенничеством, — утверждает интернет-знакомая Владиславы Екатерина Калашникова.
— Специально морила своих детей голодом, чтобы они выглядели хилыми, безжизненными и худыми, выдавала их за тяжелобольных и клянчила у людей деньги на их лечение. Влада состояла вместе со мной в группе молодых мамочек в соцсети. Написала всем нам, что у дочки Анечки диагностировали гидроцефалию головного мозга. «Чтобы спасти малышку, ей делают уколы в голову, и каждый стоит 750 гривен. Помогите!» Девчонки переполошились, начали пересылать деньги, но потом напряглись: никаких подтверждающих документов Влада не предоставила. На вопросы отвечала туманно, мол, выговорить подробный диагноз не может, историю болезни и назначение ей врач не дает. Когда же мы высказали ей недоверие, она выслала фотографию дочки — бледной, плачущей, с пересохшими губами. Подписала:«Так мы сейчас выглядим». Теперь я понимаю, что она специально морила дочку чтобы та своим видом подтвердила чудовищную ложь.
На 6 декабря Влада неожиданно пригласила нас в гости. Написала, что мы сами убедимся, в каком состоянии ее дети. Видимо, надеялась, что за те девять дней, что малыши были закрыты, они будут достаточно истощены, чтобы разжалобить и убедить гостей в своих болезнях безо всяких справок. Только вот срок не рассчитала: вернулась в квартиру, чтобы подготовиться к встрече гостей, а там Даня, уже мертвый. Преступление было спланированным и продуманным.
— Мы с Владой общались практически каждый день, — рассказывала ее старшая сестра Светлана Новикова.
— Она говорила, что они с Анечкой в больнице, что у малышки подозрение на гидроцефалию, что она теряет в весе. Плакала два часа в трубку, жаловалась. Говорила, что денег нет. Я старше на 16 лет, знаю Владу с рождения, и у меня — верите? — не закралось даже подозрение, что она говорит неправду. Актриса так не сыграла бы. Стыд и срам.
Поинтересовались и у Антона Подчапко, знал ли он о том, что Влада выпрашивала у людей деньги на якобы больных детей.
— Нет, не знал, — ответил тот.
— У меня хорошая работа (по некоторым данным, Антон работает видео— и фотооператором на свадьбах и корпоративах, а также на момент совместной жизни с Владиславой владел парикмахерской). Я обеспечивал Владу всем необходимым — одеждой, вкусной едой, оплачивал коммуналку. Зачем ей нужно было еще у кого-то просить денег, не понимаю.
— Мы с Антоном познакомились через общих друзей, — рассказывает Михаил Горовой, собственник квартиры в которой произошла трагедия — Сдали ему нашу квартиру на улице Бубнова. «Сдали» — это громко сказано: просто позволили там жить, платить коммуналку и делать ремонт из расчета две тысячи гривен в месяц. Для центра Киева это, согласитесь, просто копейки. Жильцы оказались проблемными. Ремонта за все эти месяцы никакого не сделали, с проплатой коммуналки постоянно опаздывали.
За последний месяц Антон тоже ничего не проплатил, в квартире не убрал — там до сих пор все перевернуто вверх дном. Шестого декабря 2016 года мне позвонили из полиции и сообщили, что в моей квартире заморили голодом ребенка. Я сначала не поверил. Несколько раз переспрашивал адрес, чтобы убедиться, что меня ни с кем не перепутали. Потом набрал Антона — узнать, что произошло. «Я ничего не знал, позже перезвоню» — сказал он и отсоединился.
Позже я выяснил, что он все знал. Деньги, которые Владислава клянчила на детей, поступали не куда-нибудь, а на карточку некоего Вячеслава — брата Антона. Так что-то, где были дети в те девять дней, зачем Влада их заперла и у кого она выклянчивала деньги, было ему отлично известно. Более того, я убежден, что она не раз и не два оставляла детей самих. Дело в том, что я занимаюсь звуковым обеспечением разных акций, митингов. И Антон тоже связан с аппаратурой, техникой — иногда мы пересекаемся на событиях. Влада, уже будучи беременной, по целым дням бывала с нами на улице, даже в сильный мороз. Детей с ней не было ни разу.
Страница 2 из 3
