Это ранее утро 21 января 1998 года в доме семьи Кроу начиналось как-то неправильно. 57-летняя Джудит Кеннеди, которая проживала с 33-летней дочерью Шерилин, ее мужем Стивом и тремя внуками в доме в Эскондидо (штат Калифорния, округ Сан-Диего) уже не первую минуту сквозь сон слышала, как в комнате ее внучки Стефани раз за разом настойчиво срабатывает будильник.
Добавить в моё избранное
79 мин, 48 сек 18255
Но этот рассказ не удовлетворял МакДон, ибо казался ему неполным. Проникновенным голосом «чуткого психолога» он рассказал Джошуа о параллельных допросах Майкла и Аарона в соседних комнатах. И добавил — «именно в этот момент они сдают тебя. Они свалят на тебя всю вину, если ты не будешь первым». На самом деле никаких параллельных допросов друзей Джошуа в то время не проводилось, и это была очередная уловка, с помощью которой из него, словно жилы, тянули признание.
Причем, что удивительно, большую часть времени беседы с ним, за допросом в полицейском участке Эскондидо будет наблюдать никто иной, как… заместитель окружного прокурора. И почему-то тогда он тоже посчитает, что в подобных методах выбивания признаний из подростка нет ничего предосудительного. Он даже не остановит разговор, когда мальчишке не зачтут его права. Ведь именно из них Джошуа и мог бы почерпнуть знания, что он «имеет право на адвоката» и«может не свидетельствовать против себя». В последующем, решение помощника прокурора не останавливать допрос без зачитывания подозреваемому «правила Миранды» будет иметь тяжелые последствия как для самого прокурора, так и дела в целом.
После нескольких часов тяжелого разговора, у Джошуа начнется весьма заметный тик и появится странное выражение лица, при этом он с каким-то ненормальным воодушевлением начнет рассказывать странную историю о заговоре и убийстве. Дескать, через 4 дня после нападения на Стефани, Аарон Хаузер отдал ему нож, попросил от него избавиться и рассказал о преступлении, но ничего в подробностях не пояснял. МакДоно не верил допрашиваемому, и вкрадчиво уговаривал его рассказать, не присутствовал ли он сам на месте преступления. Мальчишка долго отпирался, а затем решил поведать, что «стоял на стреме» но не заходил в дом и никого не убивал.
МакДоно:где ты ждал, снаружи?
Джошуа:да, я стоял на подъездной дорожке.
Подросток объяснил, что Майкл Кроу позвонил ему около 21.00–21.30 вечером 20 января, сказав, что эта ночь станет ночью расправы. Затем позвонил Аарон Хаузер, и рассказал ему о деталях преступления. Около 23.00 Джошуа, прокравшись мимо спальни родителей, покинул дом, пройдя 4 с лишним километра, после чего очутился возле дома Хаузера (по его словам, в 0.30). Оставшихся 3 километра до жилища семьи Кроу они уже шли вместе, и на это им понадобился примерно час. Зная, что за дело им предстоит, Джошуа, якобы находился в состоянии оцепенения, руководимый лишь страхом перед Хаузером.
После Майкл впустил Хаузера в дом, и их не было примерно 30 минут, а Джошуа все это время провел снаружи. Затем друзья попрощались друг с другом, и он отправился домой уже в одиночку.
Этот странный рассказ испуганного подростка, в котором не клеилось ровным счетом ничего, закономерно, не удовлетворил обоих детективов. Если все было именно так, становилось неясно, зачем Аарону и Майклу вообще понадобилось тащить с собой Джошуа? Чтобы он постоял снаружи дома? Абсурд, который не имел ни единого логического объяснения. Глупым было и то, что они не выбросили нож в какой-нибудь лесной посадке по дороге, а с неизвестной целью отдали его Джошуа. Избавиться от ножа можно было, выкинув его в зарослях апельсиновых деревьев или в водах протекающего неподалеку канала. Но нет, по расскажу Тредвэя выходило, что им на это не хватило мозгов? И потому, когда он закончил свое повествование, его попытались уличить во лжи. Спустя несколько минут Тредвэй признался, что на самом деле вошел в дом и все время убийства провел, находясь в темной кухне. Он ничего не видел и не слышал, но стал свидетелем того, как Майкл Кроу смывал кровь с ножа в кухонной раковине. И этим ножом была «Лучшая защита».
На данном моменте стоит заострить внимание, ведь, как вы помните, кухонную раковину криминалисты тщательно осмотрели и подвергли тестам — следов крови в ней обнаружено не было.
«А если бы кто-то из семьи Кроу спустился ночью на кухню и застал тебя там? Разве Майкл и Аарон не могли бы справиться без тебя?» — допытывались детективы.
«Я не думал об этом» — ответил Тредвэй с какой-то детской непосредственностью, и вскоре его допрос пришлось прекратить.
В 19.25 10 февраля, почти через 9 с половиной часов допроса Джошуа Тредвэя официально возьмут под арест за участие в убийстве Стефани Кроу. И только в этот момент зачитают его права. Допрос продолжат, но на смену Клейтору и МакДоно придет иной полицейский — Марк Рисли, который в рассказе подростка найдет еще очень много несовпадений.
Помимо того, что была неясна цель привлечения Джошуя к преступлению, не вязались временные рамки, которые он озвучивал. К тому же была непонятна и мотивация Аарона для участия в убийстве Стефани. Если Майклом Кроу могла двигать ненависть, то чем руководствовался Хаузер? Но, по мнению допрашиваемого, оказывалось, что Хаузер является невероятно больной личностью, умным манипулятором, любящим агрессию и насилие, к тому же физически сильным молодым человеком.
Причем, что удивительно, большую часть времени беседы с ним, за допросом в полицейском участке Эскондидо будет наблюдать никто иной, как… заместитель окружного прокурора. И почему-то тогда он тоже посчитает, что в подобных методах выбивания признаний из подростка нет ничего предосудительного. Он даже не остановит разговор, когда мальчишке не зачтут его права. Ведь именно из них Джошуа и мог бы почерпнуть знания, что он «имеет право на адвоката» и«может не свидетельствовать против себя». В последующем, решение помощника прокурора не останавливать допрос без зачитывания подозреваемому «правила Миранды» будет иметь тяжелые последствия как для самого прокурора, так и дела в целом.
После нескольких часов тяжелого разговора, у Джошуа начнется весьма заметный тик и появится странное выражение лица, при этом он с каким-то ненормальным воодушевлением начнет рассказывать странную историю о заговоре и убийстве. Дескать, через 4 дня после нападения на Стефани, Аарон Хаузер отдал ему нож, попросил от него избавиться и рассказал о преступлении, но ничего в подробностях не пояснял. МакДоно не верил допрашиваемому, и вкрадчиво уговаривал его рассказать, не присутствовал ли он сам на месте преступления. Мальчишка долго отпирался, а затем решил поведать, что «стоял на стреме» но не заходил в дом и никого не убивал.
МакДоно:где ты ждал, снаружи?
Джошуа:да, я стоял на подъездной дорожке.
Подросток объяснил, что Майкл Кроу позвонил ему около 21.00–21.30 вечером 20 января, сказав, что эта ночь станет ночью расправы. Затем позвонил Аарон Хаузер, и рассказал ему о деталях преступления. Около 23.00 Джошуа, прокравшись мимо спальни родителей, покинул дом, пройдя 4 с лишним километра, после чего очутился возле дома Хаузера (по его словам, в 0.30). Оставшихся 3 километра до жилища семьи Кроу они уже шли вместе, и на это им понадобился примерно час. Зная, что за дело им предстоит, Джошуа, якобы находился в состоянии оцепенения, руководимый лишь страхом перед Хаузером.
После Майкл впустил Хаузера в дом, и их не было примерно 30 минут, а Джошуа все это время провел снаружи. Затем друзья попрощались друг с другом, и он отправился домой уже в одиночку.
Этот странный рассказ испуганного подростка, в котором не клеилось ровным счетом ничего, закономерно, не удовлетворил обоих детективов. Если все было именно так, становилось неясно, зачем Аарону и Майклу вообще понадобилось тащить с собой Джошуа? Чтобы он постоял снаружи дома? Абсурд, который не имел ни единого логического объяснения. Глупым было и то, что они не выбросили нож в какой-нибудь лесной посадке по дороге, а с неизвестной целью отдали его Джошуа. Избавиться от ножа можно было, выкинув его в зарослях апельсиновых деревьев или в водах протекающего неподалеку канала. Но нет, по расскажу Тредвэя выходило, что им на это не хватило мозгов? И потому, когда он закончил свое повествование, его попытались уличить во лжи. Спустя несколько минут Тредвэй признался, что на самом деле вошел в дом и все время убийства провел, находясь в темной кухне. Он ничего не видел и не слышал, но стал свидетелем того, как Майкл Кроу смывал кровь с ножа в кухонной раковине. И этим ножом была «Лучшая защита».
На данном моменте стоит заострить внимание, ведь, как вы помните, кухонную раковину криминалисты тщательно осмотрели и подвергли тестам — следов крови в ней обнаружено не было.
«А если бы кто-то из семьи Кроу спустился ночью на кухню и застал тебя там? Разве Майкл и Аарон не могли бы справиться без тебя?» — допытывались детективы.
«Я не думал об этом» — ответил Тредвэй с какой-то детской непосредственностью, и вскоре его допрос пришлось прекратить.
В 19.25 10 февраля, почти через 9 с половиной часов допроса Джошуа Тредвэя официально возьмут под арест за участие в убийстве Стефани Кроу. И только в этот момент зачитают его права. Допрос продолжат, но на смену Клейтору и МакДоно придет иной полицейский — Марк Рисли, который в рассказе подростка найдет еще очень много несовпадений.
Помимо того, что была неясна цель привлечения Джошуя к преступлению, не вязались временные рамки, которые он озвучивал. К тому же была непонятна и мотивация Аарона для участия в убийстве Стефани. Если Майклом Кроу могла двигать ненависть, то чем руководствовался Хаузер? Но, по мнению допрашиваемого, оказывалось, что Хаузер является невероятно больной личностью, умным манипулятором, любящим агрессию и насилие, к тому же физически сильным молодым человеком.
Страница 13 из 23
