Это ранее утро 21 января 1998 года в доме семьи Кроу начиналось как-то неправильно. 57-летняя Джудит Кеннеди, которая проживала с 33-летней дочерью Шерилин, ее мужем Стивом и тремя внуками в доме в Эскондидо (штат Калифорния, округ Сан-Диего) уже не первую минуту сквозь сон слышала, как в комнате ее внучки Стефани раз за разом настойчиво срабатывает будильник.
Добавить в моё избранное
79 мин, 48 сек 18244
Дело об убийстве Стефани Кроу спустя несколько лет действительно поставит позорное клеймо на нем и его безупречной репутации хорошего детектива, фактически разрушив все то, что он так трепетно выстраивал многие годы.
Поначалу опросив Шерил и Стива, Клейтор выяснит, что среди ночи к ним в дом кто-то стучался, однако семья никого не ждала и открывать не стала. На тот момент данное заявление родителей Стефани будет услышано, но не станет чем-то существенным для полиции, ведь на самом деле ночной стук неизвестного мог ровным счетом ничего не значить. В остальном, как оказалось со слов семейства Кроу, эта ночь не была чем-то примечательной и прошла абсолютно спокойно. То есть никто из пяти человек, которые на тот момент находились в доме, не слышал, как в нескольких метрах от него совершалось зверское убийство. При этом, что любопытно, комната 14-летнего брата Стефани, Майкла Кроу, находилась как раз напротив комнаты сестры, но и он утверждал, что ровным счетом ничего необычного этой ночью не произошло.
Глядя в заплаканные лица убитых горем родителей, Клейтор все больше приходил к выводу, что кто-то из них причастен к этому преступлению, и был начеку, внимательно слушая их показания и наблюдая за реакцией.
Позже, озвучив свою теорию причастности родных к убийству, он найдет у своих коллег поддержку. Многие из них ежедневно сталкиваясь с самыми мерзкими проявлениями человеческой натуры, уже давно смирились с фактом, что большинство страшных преступлений совершаются вовсе не незнакомцами, а родными жертв. Даже специалисты ФБР, периодически консультирующие и обучающие рядовых работников полиции, всегда повторяют вызубренную ими истину:если ребенок был убит в доме, его родители должны стать самыми первыми подозреваемыми. Если вам удалось исключить родителей, смотрите на сестер, братьев и иных родственников, проживающих в том же доме. После принимайтесь за работников, нянь и деловых партнеров, посещающих родителей жертвы. И лишь после исключения всех этих людей, переходите к «разработке» незнакомцев.
Так что, озвучив свои подозрения коллегам, Клейтор никого не удивил, а наоборот, нашел у них активную поддержку. И первыми подозреваемыми, отвечающими данной теории, разумеется, стал отец убитой девочки, Стив Кроу и ее брат, Майкл.
Предположив, что отец мог заниматься растлением дочери, детектив стал искать мотивы для его участия в убийстве. Начав допрашивать всех членов семьи, Клейтор запретил им общаться друг с другом, и по очереди задавал необходимые вопросы, внимательно вглядываясь в их лица и пытаясь отыскать ложь в словах. Но, отец, мать и младшая сестренка Стефани демонстрировали неподдельные чувства.
Они настолько были ошеломлены и сломлены навалившимся на них горем, что сомневаться в этом не приходилось. Да и показания их совпадали, не оставляя и тени сомнений в правдивости слов. Единственным человеком, кто сразу же начал «напрягать» опытного детектива, стал 14-летний мальчишка, Майкл Кроу, как-то бесстрастно взирающий на все потуги полиции выяснить причину смерти его родной сестры.
В то время, когда отец, мать и сестра погибшей девочки сидели на диване, тесно прижавшись друг к другу и держась за руки, Майкл, уткнувшись в карманную приставку, играл в какую-то игру, лишь изредка поднимая на детектива ничего не выражающие темные глаза.
Казалось, он не вполне понимает, что происходит вокруг, погруженный в некий нереальный мир. И на тот момент понять, является ли подобное поведение реакцией его психики на стрессовую ситуацию или просто парень всегда так себя ведет, было затруднительно. Однако, опыт бывалого следователя подсказывал Клейтору, что ему стоит к этому молодому человеку внимательнее присмотреться.
Еще больше детектива напряг рассказ Майкла, который заявил, что он проснулся на рассвете, примерно в 4.30 утра от ужасной головной боли, и выходил на кухню, дабы принять болеутоляющую таблетку. Накануне, по причине простуды он пропустил школу, и плохо спал этой ночью. При этом, проходя мимо комнаты сестры, которая на тот момент уже была точно мертва, он не увидел ни приоткрытой двери комнаты Стефани, ни ее саму, лежащую в луже крови на полу. И как это было возможно, оставалось для Клейтора загадкой.
К полудню детектив получил ордер на обыск дома Кроу, и покинул его, предоставив возможность искать улики профессионалам — судебным криминалистам. На протяжении нескольких дней, иногда работая по 15 часов в сутки, сантиметр за сантиметром, они «прочешут» все 167 квадратных метров жилой площади, на которой обитала семья Кроу. Были отсняты многие часы видеопленки и сотни фотографий, проверена одежда детей и взрослых, составлены рисунки и диаграммы. И конечно, были сняты все отпечатки пальцев, найденных на предметах интерьера и стенах жилья. В общей сложности, в этом помещении найдут следы, которые оставили 90 человек. Позже все эти отпечатки будут подвергнуты тщательной экспертизе, но они дадут весьма противоречивый результат.
Поначалу опросив Шерил и Стива, Клейтор выяснит, что среди ночи к ним в дом кто-то стучался, однако семья никого не ждала и открывать не стала. На тот момент данное заявление родителей Стефани будет услышано, но не станет чем-то существенным для полиции, ведь на самом деле ночной стук неизвестного мог ровным счетом ничего не значить. В остальном, как оказалось со слов семейства Кроу, эта ночь не была чем-то примечательной и прошла абсолютно спокойно. То есть никто из пяти человек, которые на тот момент находились в доме, не слышал, как в нескольких метрах от него совершалось зверское убийство. При этом, что любопытно, комната 14-летнего брата Стефани, Майкла Кроу, находилась как раз напротив комнаты сестры, но и он утверждал, что ровным счетом ничего необычного этой ночью не произошло.
Глядя в заплаканные лица убитых горем родителей, Клейтор все больше приходил к выводу, что кто-то из них причастен к этому преступлению, и был начеку, внимательно слушая их показания и наблюдая за реакцией.
Позже, озвучив свою теорию причастности родных к убийству, он найдет у своих коллег поддержку. Многие из них ежедневно сталкиваясь с самыми мерзкими проявлениями человеческой натуры, уже давно смирились с фактом, что большинство страшных преступлений совершаются вовсе не незнакомцами, а родными жертв. Даже специалисты ФБР, периодически консультирующие и обучающие рядовых работников полиции, всегда повторяют вызубренную ими истину:если ребенок был убит в доме, его родители должны стать самыми первыми подозреваемыми. Если вам удалось исключить родителей, смотрите на сестер, братьев и иных родственников, проживающих в том же доме. После принимайтесь за работников, нянь и деловых партнеров, посещающих родителей жертвы. И лишь после исключения всех этих людей, переходите к «разработке» незнакомцев.
Так что, озвучив свои подозрения коллегам, Клейтор никого не удивил, а наоборот, нашел у них активную поддержку. И первыми подозреваемыми, отвечающими данной теории, разумеется, стал отец убитой девочки, Стив Кроу и ее брат, Майкл.
Предположив, что отец мог заниматься растлением дочери, детектив стал искать мотивы для его участия в убийстве. Начав допрашивать всех членов семьи, Клейтор запретил им общаться друг с другом, и по очереди задавал необходимые вопросы, внимательно вглядываясь в их лица и пытаясь отыскать ложь в словах. Но, отец, мать и младшая сестренка Стефани демонстрировали неподдельные чувства.
Они настолько были ошеломлены и сломлены навалившимся на них горем, что сомневаться в этом не приходилось. Да и показания их совпадали, не оставляя и тени сомнений в правдивости слов. Единственным человеком, кто сразу же начал «напрягать» опытного детектива, стал 14-летний мальчишка, Майкл Кроу, как-то бесстрастно взирающий на все потуги полиции выяснить причину смерти его родной сестры.
В то время, когда отец, мать и сестра погибшей девочки сидели на диване, тесно прижавшись друг к другу и держась за руки, Майкл, уткнувшись в карманную приставку, играл в какую-то игру, лишь изредка поднимая на детектива ничего не выражающие темные глаза.
Казалось, он не вполне понимает, что происходит вокруг, погруженный в некий нереальный мир. И на тот момент понять, является ли подобное поведение реакцией его психики на стрессовую ситуацию или просто парень всегда так себя ведет, было затруднительно. Однако, опыт бывалого следователя подсказывал Клейтору, что ему стоит к этому молодому человеку внимательнее присмотреться.
Еще больше детектива напряг рассказ Майкла, который заявил, что он проснулся на рассвете, примерно в 4.30 утра от ужасной головной боли, и выходил на кухню, дабы принять болеутоляющую таблетку. Накануне, по причине простуды он пропустил школу, и плохо спал этой ночью. При этом, проходя мимо комнаты сестры, которая на тот момент уже была точно мертва, он не увидел ни приоткрытой двери комнаты Стефани, ни ее саму, лежащую в луже крови на полу. И как это было возможно, оставалось для Клейтора загадкой.
К полудню детектив получил ордер на обыск дома Кроу, и покинул его, предоставив возможность искать улики профессионалам — судебным криминалистам. На протяжении нескольких дней, иногда работая по 15 часов в сутки, сантиметр за сантиметром, они «прочешут» все 167 квадратных метров жилой площади, на которой обитала семья Кроу. Были отсняты многие часы видеопленки и сотни фотографий, проверена одежда детей и взрослых, составлены рисунки и диаграммы. И конечно, были сняты все отпечатки пальцев, найденных на предметах интерьера и стенах жилья. В общей сложности, в этом помещении найдут следы, которые оставили 90 человек. Позже все эти отпечатки будут подвергнуты тщательной экспертизе, но они дадут весьма противоречивый результат.
Страница 2 из 23
