Это ранее утро 21 января 1998 года в доме семьи Кроу начиналось как-то неправильно. 57-летняя Джудит Кеннеди, которая проживала с 33-летней дочерью Шерилин, ее мужем Стивом и тремя внуками в доме в Эскондидо (штат Калифорния, округ Сан-Диего) уже не первую минуту сквозь сон слышала, как в комнате ее внучки Стефани раз за разом настойчиво срабатывает будильник.
Добавить в моё избранное
79 мин, 48 сек 18245
Между тем, первые девять часов криминалисты обследовали тело Стефани на месте, не позволяя его передвигать и желая собрать максимальное количество материала и улик для проведения последующей экспертизы.
Изначально было выяснено, что нападение на Стефани, вероятнее всего, произошло, когда она лежала/сидела на постели. Об этом свидетельствовали огромные кровавые пятна оставшиеся на постельном белье. Но, странным было то, что по какой-то неведомой причине во время атаки девочка практически никак не пыталась обороняться. На ее теле отсутствовали защитные раны, и единственным фактом, указывающим на попытку спастись от убийцы, стало нахождение в ее зажатой правой руке несколько вырванных волосков, которые на первый взгляд были похожи на рыжие волосы Майкла. По мнению криминологов, получив 9 тяжелых ножевых ранений, некоторое время она, видимо, оставалась в сознании, и может быть, пыталась доползти до двери, находящейся в пару метрах. И хотя кровь хлестала из ее шеи, у нее не были повреждены голосовые связки, так что, вполне вероятно, она могла звать на помощь. Однако, почему никто из членов семьи так и не услышал ее криков, оставалось непонятным.
Сейчас она лежала на правом боку с поникшей вниз головою. При этом сама ее голова немного выступала за дверной проем, который находился в нише глубиною примерно 60 см от коридора. Правая нога лежала на одной из ее книг под названием «The Twisted Window» но из-за такого расположения тела дверь в комнату однозначно не могла закрываться — ей мешала выступающая голова.
А это значило, что Майкл Кроу, выходя ранним утром из своей спальни, дабы выпить на кухне таблетку тайленола, должен был буквально ослепнуть, чтобы не увидеть приотворенную дверь в комнату Стефани. Однако, мальчик стоял на своем и утверждал, что спросонья даже не взглянул в ее сторону, и, разумеется, так оно могло и быть.
В самой комнате был зачем-то вынут и поставлен на пол верхний ящик одежного комода девочки. Подушка и изголовье кровати было залито кровью, здесь же лежало отброшенное одеяло, на котором виднелись порезы, от ножа, а на подоконнике кем-то выцарапано два слова кill кill (убить убить). В остальном же комната выглядела обычно, и, глядя на нее, не создавалось ощущения, что здесь разыгралась битва не на жизнь, а на смерть.
Между тем, пока криминалисты корпели над уликами, пострадавшую семью Кроу в полном составе доставили в полицейское управление Эскондидо для дальнейших допросов и выяснения обстоятельств убийства.
Неспешно ведя разговор, Клейтор вскоре выяснит, что Кроу являются яркими представителями рабочего класса, у которых нет ни денег, ни материальной заинтересованности, дабы убивать собственного ребенка. Дом они снимали, машины брали в кредит, но, по словам Стивена, для выплаты всех ежемесячных платежей его заработка механика по ремонту автомобилей семье вполне хватало.
Стив и Шерил Кроу начали встречаться еще в средней школе Orange Glen. Той самой, в которую сейчас ходил их сын. Юношеские отношения двух подростков переросли в любовь, в августе 1982 года они поженились, а через год родился их первенец — рыжеволосый Майкл.
Шерил с самого рождения жила в Эскондидо и никогда толком не работала, Стивен переехал в город, будучи еще ребенком. Оба не покидали родные места надолго, вели простую и незатейливую жизнь синих воротничков, особо не выпячиваясь, и не наживая врагов. Ходили в церковь, жарили рождественскую индейку, общались с соседями, были приветливыми и гостеприимными людьми. Одним словом, Кроу являлись самой что ни на есть типичной «штатовской» семьей. Не американской мечтой, но и без криминальных предысторий и надежд на большие наследства.
Однако, кто-то из них максимум был убийцей, а минимум — свидетелем, и Клейтору во чтобы то ни стало хотелось их вывести на чистую воду. Он намеревался раскрыть это резонансное преступление, и считал, что любые методы, которые сумеют этому помочь, будут хороши.
В полицейском участке членов семьи Кроу разделили, разведя по разным комнатам. Им не давали встретиться и поговорить друг с другом, чтобы у каждого в душе и голове была только ЕГО история, правдивая или нет, фальшивая или не очень, но только его. Никем не навеянная, не испорченная чужими мотивами и желаниями.
У всех Кроу взяли анализ крови, а затем заставили раздеться, изъяв одежду на экспертизу и попросив осмотреть их тела на наличие ранений, следов и порезов. Каждый из этих этапов фиксировался полицией на фотопленку, что в последующем очень поможет некоторым ее работникам отстоять собственный имидж в суде. Ведь, невзирая на то, что данная процедура является стандартной и абсолютно оправданной, через несколько лет взрослые члены семьи Кроу попытаются обвинить полицию в разных злодеяниях над собою.
Стив Кроу поначалу будет противиться осмотру своего тела, отказавшись делать это добровольно. Но ему пригрозят получением ордера на принудительную процедуру, и, в конце концов, опустив голову и скрежеща зубами от злости, он согласится.
Изначально было выяснено, что нападение на Стефани, вероятнее всего, произошло, когда она лежала/сидела на постели. Об этом свидетельствовали огромные кровавые пятна оставшиеся на постельном белье. Но, странным было то, что по какой-то неведомой причине во время атаки девочка практически никак не пыталась обороняться. На ее теле отсутствовали защитные раны, и единственным фактом, указывающим на попытку спастись от убийцы, стало нахождение в ее зажатой правой руке несколько вырванных волосков, которые на первый взгляд были похожи на рыжие волосы Майкла. По мнению криминологов, получив 9 тяжелых ножевых ранений, некоторое время она, видимо, оставалась в сознании, и может быть, пыталась доползти до двери, находящейся в пару метрах. И хотя кровь хлестала из ее шеи, у нее не были повреждены голосовые связки, так что, вполне вероятно, она могла звать на помощь. Однако, почему никто из членов семьи так и не услышал ее криков, оставалось непонятным.
Сейчас она лежала на правом боку с поникшей вниз головою. При этом сама ее голова немного выступала за дверной проем, который находился в нише глубиною примерно 60 см от коридора. Правая нога лежала на одной из ее книг под названием «The Twisted Window» но из-за такого расположения тела дверь в комнату однозначно не могла закрываться — ей мешала выступающая голова.
А это значило, что Майкл Кроу, выходя ранним утром из своей спальни, дабы выпить на кухне таблетку тайленола, должен был буквально ослепнуть, чтобы не увидеть приотворенную дверь в комнату Стефани. Однако, мальчик стоял на своем и утверждал, что спросонья даже не взглянул в ее сторону, и, разумеется, так оно могло и быть.
В самой комнате был зачем-то вынут и поставлен на пол верхний ящик одежного комода девочки. Подушка и изголовье кровати было залито кровью, здесь же лежало отброшенное одеяло, на котором виднелись порезы, от ножа, а на подоконнике кем-то выцарапано два слова кill кill (убить убить). В остальном же комната выглядела обычно, и, глядя на нее, не создавалось ощущения, что здесь разыгралась битва не на жизнь, а на смерть.
Между тем, пока криминалисты корпели над уликами, пострадавшую семью Кроу в полном составе доставили в полицейское управление Эскондидо для дальнейших допросов и выяснения обстоятельств убийства.
Неспешно ведя разговор, Клейтор вскоре выяснит, что Кроу являются яркими представителями рабочего класса, у которых нет ни денег, ни материальной заинтересованности, дабы убивать собственного ребенка. Дом они снимали, машины брали в кредит, но, по словам Стивена, для выплаты всех ежемесячных платежей его заработка механика по ремонту автомобилей семье вполне хватало.
Стив и Шерил Кроу начали встречаться еще в средней школе Orange Glen. Той самой, в которую сейчас ходил их сын. Юношеские отношения двух подростков переросли в любовь, в августе 1982 года они поженились, а через год родился их первенец — рыжеволосый Майкл.
Шерил с самого рождения жила в Эскондидо и никогда толком не работала, Стивен переехал в город, будучи еще ребенком. Оба не покидали родные места надолго, вели простую и незатейливую жизнь синих воротничков, особо не выпячиваясь, и не наживая врагов. Ходили в церковь, жарили рождественскую индейку, общались с соседями, были приветливыми и гостеприимными людьми. Одним словом, Кроу являлись самой что ни на есть типичной «штатовской» семьей. Не американской мечтой, но и без криминальных предысторий и надежд на большие наследства.
Однако, кто-то из них максимум был убийцей, а минимум — свидетелем, и Клейтору во чтобы то ни стало хотелось их вывести на чистую воду. Он намеревался раскрыть это резонансное преступление, и считал, что любые методы, которые сумеют этому помочь, будут хороши.
В полицейском участке членов семьи Кроу разделили, разведя по разным комнатам. Им не давали встретиться и поговорить друг с другом, чтобы у каждого в душе и голове была только ЕГО история, правдивая или нет, фальшивая или не очень, но только его. Никем не навеянная, не испорченная чужими мотивами и желаниями.
У всех Кроу взяли анализ крови, а затем заставили раздеться, изъяв одежду на экспертизу и попросив осмотреть их тела на наличие ранений, следов и порезов. Каждый из этих этапов фиксировался полицией на фотопленку, что в последующем очень поможет некоторым ее работникам отстоять собственный имидж в суде. Ведь, невзирая на то, что данная процедура является стандартной и абсолютно оправданной, через несколько лет взрослые члены семьи Кроу попытаются обвинить полицию в разных злодеяниях над собою.
Стив Кроу поначалу будет противиться осмотру своего тела, отказавшись делать это добровольно. Но ему пригрозят получением ордера на принудительную процедуру, и, в конце концов, опустив голову и скрежеща зубами от злости, он согласится.
Страница 3 из 23
