Сложно найти много сведений о биографии Масуми Хаяши. Это замкнутая, скрытная женщина.
Добавить в моё избранное
22 мин, 42 сек 10208
Давление на полицию все растёт, и в конце концов, ранним октябрем 1998 года детективы арестовали Масуми и Кенжи Хаяши, предъявив им обвинения в мошенничествах со страховыми выплатами. Они также объявляют о том, что ответственность за четырёх убитых на фестивале, лежит на Масуми.
Суд находит, что пара виновна в многочисленных мошенничествах, четыре из которых известны, но подразумевается, что преступления их на этой почве не исчерпывались этими четырьмя случаями. Кенжи Хаяши отправляют в тюрьму на 6 лет за участие в мошенничествах.
Надо сказать, что случай Масуми Хаяши породил в Японии волну критики по отношению к существующей на тот момент системе страхования. Стали обнаружены такие пробелы в системе, как отсутствие серьёзных проверок со стороны компании, что на самом деле послужило причиной болезни/ранения, и относительно лёгкий процесс получения выплат.
Однако, ясное дело, вовсе не махинации со страховками интересовали публику больше всего. И в мае 1999-го начинается процесс по делу о Вакаямском отравлении карри.
И расследование преступления, и сам судебный процесс над Масуми Хаяши были причудливыми, запутанными, — отчасти от того, что всё основывалось лишь на косвенных уликах. Масуми воспользовалась своим правом на молчание, и за все время допросов и судебных слушаний не проронила ни слова.
По словам ее мужа, однажды во время допросов, когда в очередной раз из Масуми пытались выбить признание, она ударила полицейского, что снова сработало только против нее. В стране, где от женщины ожидается, что она будет вести себя покорно перед мужчинами, такое поведение считается неприличным, бесстыдным. Этим она только раззадорила ярость властей, не оставляя никакого шанса на какое бы то ни было сочувствие к себе. Как знать, веди она себя по меркам Японии скромнее и покорнее, возможно, ее участь была бы немного другой.
Сторона обвинения рассказала суду о том, что мышьяк, найденный дома у Хаяши, идеально совпадал с использованным в карри, были приглашены свидетели, видевшие Масуми у котлов с блюдом в день фестиваля. Также обвинители напомнили присутствующим о ее длинной истории страховых мошенничеств. В свою очередь, защита оспаривала эти факты, аргументируя, что мышьяк широко применялся по всей Японии, и бренд, найденный в карри, свободно продавался во всех магазинах. Кто угодно мог его приобрести и подсыпать в карри, ведь, помимо Масуми, многие другие принимали участие в процессе приготовления еды. И хотя адвокаты признавали, что женщина была вовлечена в нелегальные махинации с выплатами по страховкам, это не значило автоматически, что она вдруг решила бы отравить невинных гостей фестиваля. А мышьяк, обнаруженный в ее волосах, был подсыпан кем-то другим и мог попасть на волосы через паровые выделения от карри, перенесённые дуновениями ветра.
Адвокаты Масуми указывали на то, что все улики, направленные против нее, только косвенные. Само ее присутствие на празднике ничего не доказывает, поскольку там были тысячи других людей. И главное — у нее не было мотива для совершения преступления.
Но сторона обвинения утверждала, что, поскольку Масуми недолюбливали местные, и, особенно, женщины, и она была исключена из общества, у нее развилась ответная ненависть к ним, и росло желание улучить момент, чтобы им отомстить.
Вся страна напряжённо следила за судебными слушаниями, которые продолжались 3 года. Наконец, Суд Вакаямы признал Масуми Хаяши виновной в отравлении карри и убийстве 4х человек, а также в попытках убийства. Ей назначают высшую меру наказания — смертную казнь.
Это был первый случай, когда человека признавали виновным в убийствах и приговаривали к такому наказанию, основываясь лишь на косвенных доказательствах. В обществе Японии впервые с момента создания системы правосудия начались дебаты по поводу уместности такого наказания при отсутствии материальных улик.
Масуми же через своих адвокатов утверждала о том, что невиновна, и продолжала подавать апелляции — сначала в суд Осаки, затем в Верховный суд Японии. Однако каждый суд, несмотря на утверждения адвокатов о том, что множество людей готовили карри, нет прямых улик, нет мотива, поддержал ранее принятое решение, и оставался непреклонен: только у нее была возможность подсыпать яд в карри.
В 2012 году у адвокатов Масуми появилась надежда: они заручились поддержкой профессора из университета Киото. По мнению профессора, радиационная установка Spring — 8, которая в 1998 году была передовой технологией, и на основе анализа которой заключили, что следы мышьяка с места преступления идентичны мышьяку из дома Хаяши, имела бессистемную, «кривую» методологию, и потому правдоподобность того тестирования под вопросом.
Вооружившись этим новым знанием, адвокаты подали коллективную петицию, запрашивая повторное слушание дела.
Суд находит, что пара виновна в многочисленных мошенничествах, четыре из которых известны, но подразумевается, что преступления их на этой почве не исчерпывались этими четырьмя случаями. Кенжи Хаяши отправляют в тюрьму на 6 лет за участие в мошенничествах.
Надо сказать, что случай Масуми Хаяши породил в Японии волну критики по отношению к существующей на тот момент системе страхования. Стали обнаружены такие пробелы в системе, как отсутствие серьёзных проверок со стороны компании, что на самом деле послужило причиной болезни/ранения, и относительно лёгкий процесс получения выплат.
Однако, ясное дело, вовсе не махинации со страховками интересовали публику больше всего. И в мае 1999-го начинается процесс по делу о Вакаямском отравлении карри.
И расследование преступления, и сам судебный процесс над Масуми Хаяши были причудливыми, запутанными, — отчасти от того, что всё основывалось лишь на косвенных уликах. Масуми воспользовалась своим правом на молчание, и за все время допросов и судебных слушаний не проронила ни слова.
По словам ее мужа, однажды во время допросов, когда в очередной раз из Масуми пытались выбить признание, она ударила полицейского, что снова сработало только против нее. В стране, где от женщины ожидается, что она будет вести себя покорно перед мужчинами, такое поведение считается неприличным, бесстыдным. Этим она только раззадорила ярость властей, не оставляя никакого шанса на какое бы то ни было сочувствие к себе. Как знать, веди она себя по меркам Японии скромнее и покорнее, возможно, ее участь была бы немного другой.
Сторона обвинения рассказала суду о том, что мышьяк, найденный дома у Хаяши, идеально совпадал с использованным в карри, были приглашены свидетели, видевшие Масуми у котлов с блюдом в день фестиваля. Также обвинители напомнили присутствующим о ее длинной истории страховых мошенничеств. В свою очередь, защита оспаривала эти факты, аргументируя, что мышьяк широко применялся по всей Японии, и бренд, найденный в карри, свободно продавался во всех магазинах. Кто угодно мог его приобрести и подсыпать в карри, ведь, помимо Масуми, многие другие принимали участие в процессе приготовления еды. И хотя адвокаты признавали, что женщина была вовлечена в нелегальные махинации с выплатами по страховкам, это не значило автоматически, что она вдруг решила бы отравить невинных гостей фестиваля. А мышьяк, обнаруженный в ее волосах, был подсыпан кем-то другим и мог попасть на волосы через паровые выделения от карри, перенесённые дуновениями ветра.
Адвокаты Масуми указывали на то, что все улики, направленные против нее, только косвенные. Само ее присутствие на празднике ничего не доказывает, поскольку там были тысячи других людей. И главное — у нее не было мотива для совершения преступления.
Но сторона обвинения утверждала, что, поскольку Масуми недолюбливали местные, и, особенно, женщины, и она была исключена из общества, у нее развилась ответная ненависть к ним, и росло желание улучить момент, чтобы им отомстить.
Вся страна напряжённо следила за судебными слушаниями, которые продолжались 3 года. Наконец, Суд Вакаямы признал Масуми Хаяши виновной в отравлении карри и убийстве 4х человек, а также в попытках убийства. Ей назначают высшую меру наказания — смертную казнь.
Это был первый случай, когда человека признавали виновным в убийствах и приговаривали к такому наказанию, основываясь лишь на косвенных доказательствах. В обществе Японии впервые с момента создания системы правосудия начались дебаты по поводу уместности такого наказания при отсутствии материальных улик.
Масуми же через своих адвокатов утверждала о том, что невиновна, и продолжала подавать апелляции — сначала в суд Осаки, затем в Верховный суд Японии. Однако каждый суд, несмотря на утверждения адвокатов о том, что множество людей готовили карри, нет прямых улик, нет мотива, поддержал ранее принятое решение, и оставался непреклонен: только у нее была возможность подсыпать яд в карри.
В 2012 году у адвокатов Масуми появилась надежда: они заручились поддержкой профессора из университета Киото. По мнению профессора, радиационная установка Spring — 8, которая в 1998 году была передовой технологией, и на основе анализа которой заключили, что следы мышьяка с места преступления идентичны мышьяку из дома Хаяши, имела бессистемную, «кривую» методологию, и потому правдоподобность того тестирования под вопросом.
Вооружившись этим новым знанием, адвокаты подали коллективную петицию, запрашивая повторное слушание дела.
Страница 4 из 7
