Южная Австралия является единственным штатом страны, заселенным изначально не каторжанами, а свободными поселенцами. Его большую часть занимают засушливые, полупустынные равнины и горы, где самой большой проблемой является отсутствие питьевой воды и довольно резкий климат. Имеющиеся водоемы слишком солены, и основной источник пресной воды в штате — это река Муррей.
Добавить в моё избранное
106 мин, 44 сек 14175
Однако, в кругу полицейских, расследующих историю погибшего незнакомца, найденный клочок бумаги со словами, означающими «Конец» стали воспринимать как некую предсмертную записку.
Тем временем, состояние тела найденного мужчины ухудшалось изо дня в день, его осмотр с возможным опознанием становился уже некорректным. Полиции следовало подумать о проведении захоронения трупа и вероятных методах, с помощью которых будет возможна последующая идентификация. Решением станет фотографирование и создание гипсового слепка с верхней части его тела. Обратившись в музей Южной Австралии, полиция получит согласие на производство такого «макета» от таксидермиста Пола Лоусона, которого уже 2 июня доставят в полицейский морг для проведения осмотра тела.
Во вторник, 7 июня 1949 года, при содействии детектива Брауна и других полицейских, Пол Лоусон вынул тело Сомертонца из морозильной камеры и приступил к созданию глиняного слепка. Процесс этот был нелегким: тело размораживалось, его постоянно приходилось вытирать насухо, но, в конце концов, к 14 июня работа была полностью завершена. Осмотрев получившийся слепок, детектив Браун и Ноблет, а также профессор Клиланд одобрят его, подтвердив схожесть с «оригиналом». Впрочем, сам Лоусон несколько иначе охарактеризует результат своей работы, предоставив в наше распоряжение и несколько любопытных личных комментариев.
«Мне следовало создать идеальное воспроизведение покойного. Но, разумеется, оно отличалось от его вида при жизни, ибо с момента смерти мужчины прошло несколько месяцев. Естественно, мясистые части его лица в результате воздействия формалина уменьшились и осели. Хочется отметить, что данные изменения по большей части были вызваны именно действием бальзамирующих веществ, чем самой смертью. При осмотре тела умершего, я отметил, что его икроножные мышцы были хорошо развиты и высоко подняты. Так, как это происходит у женщин, постоянно носящих высокие каблуки… или мужчин, склонных часто заниматься верховой ездой, облачаясь в специальные жокейские сапоги на каблуке».
Если верить Лоусону, знатоку человеческого тела и посмертным манипуляциям с ним, становится ясно, что, во-первых, все же икры Сомертонца были довольно необычной частью его тела, выдавая в нем человека, привыкшего носить обувь на каблуке. А, во-вторых, гипсовый бюст неизвестного не очень похож на его посмертные фото по вполне объяснимым причинам.
Некоторые любители конспирологических версий в этом факте ищут подтверждения своих теорий, придумывая объяснения о подмене тела Сомертонца. На деле же, труп, пролежавший более полугода в морозильной камере, подвергавшийся воздействию различных бальзамирующих веществ (вполне вероятно, не самого лучшего «качества»), просто физически не может оставаться неизменным. Именно этим и объясняется некоторая разница между обликом Сомертон мэна на известных нам фото и его гипсовым слепком.
В те годы в Аделаиде на углу West Terrace и Gilbert Street находился весьма популярный среди местных жителей отель и бар под звучным названием «Elephant and Castle» («Слон и замок»). Хозяином отеля был Лео Кенни, австралиец родом с западного побережья Южной Австралии, член большого и известного клана Кенни. По вечерам в баре отеля собиралась колоритная публика, за кружкой пива или чего-нибудь покрепче любящая посудачить о новостях города и страны. Среди завсегдатаев этого учреждения попадались и служители местного кладбища, городские чиновники и клерки похоронных бюро. Уже пол — года как самой популярной темой для обсуждения в «Elephant and Castle» была загадка Сомертон мэна, иногда заслоняя своей«интересностью» даже любимые мужские разговоры о лошадиных бегах, футболе и политике. Именно этот живой, неподдельный интерес местной влиятельной публики и предрешил судьбу похорон неизвестного мужчины. Когда наступил момент его погребения, нашлись люди, сумевшие помочь полиции в решении этой проблемы, устроив для усопшего достойные похороны. Этими меценатами стали члены Ассоциации букмекеров Южной Аделаиды, вызвавшиеся оплатить все расходы по захоронению Сомертонца.
Его похоронили утром во вторник 14 июня 1949 года на западной террасе кладбища Аделаиды. Для внесения гроба полицейскому управлению пришлось прибегнуть к помощи местного репортера и трактирщика, а речь на похоронах произнес капитан Вебб, служащий в Армии Спасения.
Сказав: «Да, этого человека кто-то любил. Но об этом знает только Бог» гроб с Сомертон мэном опустили, водрузив на могиле небольшой деревянный крест с надписью«Неизвестный из Сомертона».
Время и место похорон, во избежание ненужной ажитации публики, держалось в полном секрете. Так что могила Сомертонца осталась даже без похоронных венков. Буквально через несколько дней на месте деревянного креста было установлено каменное надгробие, сделанное в подарок местным мастером.
Через три дня, 17 июня 1949 года следствие начнет коронерское доследование, на которое привлекут множество свидетелей и участников.
Тем временем, состояние тела найденного мужчины ухудшалось изо дня в день, его осмотр с возможным опознанием становился уже некорректным. Полиции следовало подумать о проведении захоронения трупа и вероятных методах, с помощью которых будет возможна последующая идентификация. Решением станет фотографирование и создание гипсового слепка с верхней части его тела. Обратившись в музей Южной Австралии, полиция получит согласие на производство такого «макета» от таксидермиста Пола Лоусона, которого уже 2 июня доставят в полицейский морг для проведения осмотра тела.
Во вторник, 7 июня 1949 года, при содействии детектива Брауна и других полицейских, Пол Лоусон вынул тело Сомертонца из морозильной камеры и приступил к созданию глиняного слепка. Процесс этот был нелегким: тело размораживалось, его постоянно приходилось вытирать насухо, но, в конце концов, к 14 июня работа была полностью завершена. Осмотрев получившийся слепок, детектив Браун и Ноблет, а также профессор Клиланд одобрят его, подтвердив схожесть с «оригиналом». Впрочем, сам Лоусон несколько иначе охарактеризует результат своей работы, предоставив в наше распоряжение и несколько любопытных личных комментариев.
«Мне следовало создать идеальное воспроизведение покойного. Но, разумеется, оно отличалось от его вида при жизни, ибо с момента смерти мужчины прошло несколько месяцев. Естественно, мясистые части его лица в результате воздействия формалина уменьшились и осели. Хочется отметить, что данные изменения по большей части были вызваны именно действием бальзамирующих веществ, чем самой смертью. При осмотре тела умершего, я отметил, что его икроножные мышцы были хорошо развиты и высоко подняты. Так, как это происходит у женщин, постоянно носящих высокие каблуки… или мужчин, склонных часто заниматься верховой ездой, облачаясь в специальные жокейские сапоги на каблуке».
Если верить Лоусону, знатоку человеческого тела и посмертным манипуляциям с ним, становится ясно, что, во-первых, все же икры Сомертонца были довольно необычной частью его тела, выдавая в нем человека, привыкшего носить обувь на каблуке. А, во-вторых, гипсовый бюст неизвестного не очень похож на его посмертные фото по вполне объяснимым причинам.
Некоторые любители конспирологических версий в этом факте ищут подтверждения своих теорий, придумывая объяснения о подмене тела Сомертонца. На деле же, труп, пролежавший более полугода в морозильной камере, подвергавшийся воздействию различных бальзамирующих веществ (вполне вероятно, не самого лучшего «качества»), просто физически не может оставаться неизменным. Именно этим и объясняется некоторая разница между обликом Сомертон мэна на известных нам фото и его гипсовым слепком.
В те годы в Аделаиде на углу West Terrace и Gilbert Street находился весьма популярный среди местных жителей отель и бар под звучным названием «Elephant and Castle» («Слон и замок»). Хозяином отеля был Лео Кенни, австралиец родом с западного побережья Южной Австралии, член большого и известного клана Кенни. По вечерам в баре отеля собиралась колоритная публика, за кружкой пива или чего-нибудь покрепче любящая посудачить о новостях города и страны. Среди завсегдатаев этого учреждения попадались и служители местного кладбища, городские чиновники и клерки похоронных бюро. Уже пол — года как самой популярной темой для обсуждения в «Elephant and Castle» была загадка Сомертон мэна, иногда заслоняя своей«интересностью» даже любимые мужские разговоры о лошадиных бегах, футболе и политике. Именно этот живой, неподдельный интерес местной влиятельной публики и предрешил судьбу похорон неизвестного мужчины. Когда наступил момент его погребения, нашлись люди, сумевшие помочь полиции в решении этой проблемы, устроив для усопшего достойные похороны. Этими меценатами стали члены Ассоциации букмекеров Южной Аделаиды, вызвавшиеся оплатить все расходы по захоронению Сомертонца.
Его похоронили утром во вторник 14 июня 1949 года на западной террасе кладбища Аделаиды. Для внесения гроба полицейскому управлению пришлось прибегнуть к помощи местного репортера и трактирщика, а речь на похоронах произнес капитан Вебб, служащий в Армии Спасения.
Сказав: «Да, этого человека кто-то любил. Но об этом знает только Бог» гроб с Сомертон мэном опустили, водрузив на могиле небольшой деревянный крест с надписью«Неизвестный из Сомертона».
Время и место похорон, во избежание ненужной ажитации публики, держалось в полном секрете. Так что могила Сомертонца осталась даже без похоронных венков. Буквально через несколько дней на месте деревянного креста было установлено каменное надгробие, сделанное в подарок местным мастером.
Через три дня, 17 июня 1949 года следствие начнет коронерское доследование, на которое привлекут множество свидетелей и участников.
Страница 26 из 31
