Конец 80-х годов прошлого столетия открыл для советских людей новые возможности. И не только для них, но и для криминала. Помимо рэкета и наркоторговли, советские граждане стотолкнулись с таким неведомым ранее явлением, как игра в наперстки. Суть ее была проста. В людном месте — у вокзала, на рынке, у входа в большой магазин — молодой парень клал картонку, на которой крутил наперстки или небольшие стаканчики. Под ними катался маленький шарик, место расположения которого и предлагалось угадать. «Хорошее зрение, большая премия!» — кричал наперсточник.
Добавить в моё избранное
5 мин, 37 сек 1441
Премия за правильный ответ действительно впечатляла — пять, десять или двадцать пять советских рублей. Приличная сумма по тем временам. По желанию ставку можно было легко повысить до заоблачных высот. Причем сам наперсточник недвусмысленно показывал свою состоятельность купюрами, торчащими из кармана рубашки.
Наивного советского человека эта игра привлекала возможностью быстро «срубить бабок». Ведь он видел, что у наперсточника уже выиграли двое случайных прохожих, да и девица тоже могла выиграть, но боялась дать в руки наперсточнику свою десятирублевку. Когда же он поднимал стаканчик, шарик был там, куда она и показывала. В итоге доверчивый клиент, протянув десятку, уверенно тыкал в тот наперсток, где должен был быть шарик. Но водящий поднимал наперсток, а шарика там не было… Десятка исчезала в кармане наперсточника.
В те времена мало кто знал, что специфика этой игры такова, что выигрывает в ней всегда водящий. Или правильнее будет сказать — «разводящий». Да и работал он не один, как могло показаться, а в связке с пятью—шестью подельниками. Схема была такой: «низовой» крутит«колпачки»(наперстки), двое подставных разыгрывают спектакль чудо-везения. Ну, а неподалеку стояли«маяки» — двое крепких парней, наблюдающих за прилегающей местностью. В случае конфликтной ситуации с проигравшим они доходчиво объясняли ему, что он может потерять сейчас не только деньги, но и пару передних зубов.
Обычно дело обходилось без рукоприкладства. Но и эксцессы тоже случались. Один из них навсегда вошел в историю советского криминала. Речь идет о громкой разборке в 1988 году главы самой известной московской банды, «Ореховской» ОПГ, Сергея Тимофеева и лидера московских азербайджанцев Али Новрузова.
К 1988 году Тимофеев уже обзавелся авторитетом и кличкой Сильвестр, имея под началом пару десятков крепких парней. Но такой власти, как в 1990-е годы, он еще не имел. Тем не менее его парни уже контролировали на юге Москвы фарцовщиков, таксистов и проституток. Помимо этого, солидный доход бандитам приносили бригады наперсточников. Эти парни группами по 3-5 человек массово окучивали зевак, мечтавших выиграть на халяву. Мастерски разыгранные шоу не давали сбоев, и деньги текли рекой.
В 1988 году «ореховские» наперсточники постоянно тусовались на пятачке у универмага«Белград» на Домодедовской улице. Их«шоу» сумело разжечь азарт у азербайджанских торговцев, прибывших продавать овощи. Дав им немного выиграть, шулера взвинтили ставки, и в конце концов кавказцы оказались должны 5 тысяч рублей — баснословная сумма по советским временам. Вот только лидер азербайджанцев Новрузов платить отказался. С ближайшего телефона-автомата наперсточники позвонили Сильвестру, и тот приехал на разборку.
Разговор с кавказцами с самого начала не заладился. Новрузов, дабы не быть опозоренным перед земляками, стал кричать на криминального авторитета. Тому надо было либо отвечать, либо прощаться с авторитетом в глазах своих парней. Сильвестр выбрал первое и пистолетом проломил голову азербайджанцу, после чего его спутникам пришлось уносить ноги. Однако то была лишь первая часть битвы. Уже к пяти часам вечера к магазину, где продолжали «работать» наперсточники, приехали около сотни мстителей. Сильвестру не оставалось ничего другого, как запрыгнуть в тонированную«восьмерку» и дать по газам.
Азербайджанцы кинулись в погоню. Водитель Тимофеева свернул во двор местного ощеления милиции, решив, что преследователи не решатся туда сунуться. Однако даже под окнами милиции азербайджанцы едва не линчевали Сильвестра, того спасли быстрые ноги. А вот «восьмерку» преследователи разнесли в клочья.
К вечеру в квартиру к Тимофееву пожаловал ОМОН. Впрочем, он и 12 его парней ждали совсем других гостей, и милиции сопротивления они не оказали. Так как Новрузов отказался писать заявление, сказав, что сам упал и проломил голову, через три дня Сильвестра отпустили. Говорят, напоследок мафиози предложил руководству отделения сделку: «Вы не тро— гаете моих парней у магазина, а я обеспечиваю там полный порядок — ни краж, ни драк, ни хулиганства». Вероятно, на сотрудничество с Тимофеевым все-таки пошли, ибо долгое время у «Белграда» кроме наперсточников, не было ни карманников, ни наркоманов, ни грабителей.
Впрочем, своих наперсточников тогда имела любая крупная банда в' каждом городе СССР. Зачастую в толпе зевак, окруживших наперсточника, работали профессиональные щипачи, что идеально укладывалось в первоначальную канву этой игры.
Несмотря на то что в СССР наперстки появились на улице лишь в 1980-е годы, эта игра была известна в Англии еще в 1790-е годы. Но тогда с людьми не играли на деньги в попытке угадать «где шарик» а просто развлекали фокусники. А воры тем временем чистили карманы зевак.
В 1990-е годы популярность игры в наперстки только возросла. Теперь заработать на лохах старались все, кто имел на это смелость и разрешение от бандитов.
Наивного советского человека эта игра привлекала возможностью быстро «срубить бабок». Ведь он видел, что у наперсточника уже выиграли двое случайных прохожих, да и девица тоже могла выиграть, но боялась дать в руки наперсточнику свою десятирублевку. Когда же он поднимал стаканчик, шарик был там, куда она и показывала. В итоге доверчивый клиент, протянув десятку, уверенно тыкал в тот наперсток, где должен был быть шарик. Но водящий поднимал наперсток, а шарика там не было… Десятка исчезала в кармане наперсточника.
В те времена мало кто знал, что специфика этой игры такова, что выигрывает в ней всегда водящий. Или правильнее будет сказать — «разводящий». Да и работал он не один, как могло показаться, а в связке с пятью—шестью подельниками. Схема была такой: «низовой» крутит«колпачки»(наперстки), двое подставных разыгрывают спектакль чудо-везения. Ну, а неподалеку стояли«маяки» — двое крепких парней, наблюдающих за прилегающей местностью. В случае конфликтной ситуации с проигравшим они доходчиво объясняли ему, что он может потерять сейчас не только деньги, но и пару передних зубов.
Обычно дело обходилось без рукоприкладства. Но и эксцессы тоже случались. Один из них навсегда вошел в историю советского криминала. Речь идет о громкой разборке в 1988 году главы самой известной московской банды, «Ореховской» ОПГ, Сергея Тимофеева и лидера московских азербайджанцев Али Новрузова.
К 1988 году Тимофеев уже обзавелся авторитетом и кличкой Сильвестр, имея под началом пару десятков крепких парней. Но такой власти, как в 1990-е годы, он еще не имел. Тем не менее его парни уже контролировали на юге Москвы фарцовщиков, таксистов и проституток. Помимо этого, солидный доход бандитам приносили бригады наперсточников. Эти парни группами по 3-5 человек массово окучивали зевак, мечтавших выиграть на халяву. Мастерски разыгранные шоу не давали сбоев, и деньги текли рекой.
В 1988 году «ореховские» наперсточники постоянно тусовались на пятачке у универмага«Белград» на Домодедовской улице. Их«шоу» сумело разжечь азарт у азербайджанских торговцев, прибывших продавать овощи. Дав им немного выиграть, шулера взвинтили ставки, и в конце концов кавказцы оказались должны 5 тысяч рублей — баснословная сумма по советским временам. Вот только лидер азербайджанцев Новрузов платить отказался. С ближайшего телефона-автомата наперсточники позвонили Сильвестру, и тот приехал на разборку.
Разговор с кавказцами с самого начала не заладился. Новрузов, дабы не быть опозоренным перед земляками, стал кричать на криминального авторитета. Тому надо было либо отвечать, либо прощаться с авторитетом в глазах своих парней. Сильвестр выбрал первое и пистолетом проломил голову азербайджанцу, после чего его спутникам пришлось уносить ноги. Однако то была лишь первая часть битвы. Уже к пяти часам вечера к магазину, где продолжали «работать» наперсточники, приехали около сотни мстителей. Сильвестру не оставалось ничего другого, как запрыгнуть в тонированную«восьмерку» и дать по газам.
Азербайджанцы кинулись в погоню. Водитель Тимофеева свернул во двор местного ощеления милиции, решив, что преследователи не решатся туда сунуться. Однако даже под окнами милиции азербайджанцы едва не линчевали Сильвестра, того спасли быстрые ноги. А вот «восьмерку» преследователи разнесли в клочья.
К вечеру в квартиру к Тимофееву пожаловал ОМОН. Впрочем, он и 12 его парней ждали совсем других гостей, и милиции сопротивления они не оказали. Так как Новрузов отказался писать заявление, сказав, что сам упал и проломил голову, через три дня Сильвестра отпустили. Говорят, напоследок мафиози предложил руководству отделения сделку: «Вы не тро— гаете моих парней у магазина, а я обеспечиваю там полный порядок — ни краж, ни драк, ни хулиганства». Вероятно, на сотрудничество с Тимофеевым все-таки пошли, ибо долгое время у «Белграда» кроме наперсточников, не было ни карманников, ни наркоманов, ни грабителей.
Впрочем, своих наперсточников тогда имела любая крупная банда в' каждом городе СССР. Зачастую в толпе зевак, окруживших наперсточника, работали профессиональные щипачи, что идеально укладывалось в первоначальную канву этой игры.
Несмотря на то что в СССР наперстки появились на улице лишь в 1980-е годы, эта игра была известна в Англии еще в 1790-е годы. Но тогда с людьми не играли на деньги в попытке угадать «где шарик» а просто развлекали фокусники. А воры тем временем чистили карманы зевак.
В 1990-е годы популярность игры в наперстки только возросла. Теперь заработать на лохах старались все, кто имел на это смелость и разрешение от бандитов.
Страница 1 из 2
