После кровавой резни, которую устроили «цапки» в 2010 году, казалось, что ни одному другому преступлению не сравниться по жестокости с этим. Но Краснодарский край сумел превзойти сам себя: детали убийства многодетной матери в Псебае оказались еще более шокирующими.
Добавить в моё избранное
20 мин, 9 сек 8944
Поэтому хотели из детского дома ребеночка взять, — делится рухнувшими планами вдовец.
Вспоминать тот самый день Алексей не любит. Но ради того, чтобы справедливость восторжествовала, рассказывает:
— Наташа вечером в кафе попросилась, я ее отпускал всегда спокойно. А то она с детьми постоянно, надо ж отвлечься. Часов в 10 вечера я ей позвонил, предложил продолжить ей и Вере у нас дома, но она отказалась. Я тогда детей искупал и спать уложил. Да и сам лег. В два часа ночи телефон, поднимаю — там мужской голос. Мы, говорит, телефончик нашли, заберете за вознаграждение?
А через полчаса в дом Алексея постучали полицейские, попросили его одеться и пройти с ними. Он уже тогда почувствовал что-то неладное. А потом, когда у пригорка увидел Наташины туфли, вообще все перед глазами поплыло.
— Что случилось, спрашиваю. А они мне: «А ты что, не знаешь? Заревновал, небось, да убил ее!». Представляете, меня во всем хотели обвинить. А опознания не было, потом просто тело нам отдали и просили гроб не открывать. Но мы не послушали, — вспоминает Алексей Дмитриев.
На то, что пишут в интернете про его супругу, Алексей внимания не обращает. Главное он знает, что Наташа была верная, заботливая и любящая, а никакая не алкоголичка. Младшие дети пока не понимают всей трагедии, хотя маленькая Иришка стала спать беспокойно и слово «мама» больше не произносит. Но Алексей держится, он теперь детям и за маму, и за папу.
— Это что ж теперь всем женщинам сидеть по домам да носа не казать, — возмущается родня погибшей.
— Ходить и шарахаться от каждого встречного? Как ей было увидеть в Максиме угрозу для своей жизни? Он же с ее сыном в одном классе учился. Она его с детства знает, для нее он — мальчишка. А она в людях только хорошее видела. Вот и не заподозрила неладного…
Псебай — чистенький маленький поселок в окружении гор. Тут раз в год проходят соревнования по маунтинбайку, вокруг — несколько турбаз, летом — много отдыхающих.
Проезжая по центру поселка, видим закрытое ателье. Наш попутчик Дмитрий говорит, что оно принадлежит матери Максима, вход в мастерскую закрыт рольставнями. Соседка по помещению торгует цветами и владелицу пошивочной уже несколько дней не видела.
— Отец Максима, человек уважаемый, бизнесмен — лесом торгует. У них еще двое младших детей есть. Но старший неблагополучный, в полицию, говорят, попадал часто, но тут же из нее выходил. Папа отмазывал, — говорит один из местных жителей Дмитрий.
Возможно, по местным меркам, у Максима отец крутой. Но по факту же он простой трудяга — начальник производственного отдела на местном деревообрабатывающем предприятии. Семья тоже многодетная — у Максима есть младшие брат и сестра. Мать держит то самое ателье. Точнее, держала. Соседи говорят, что семья уехала куда-то на Север. Младших детей они сразу из садика и школы забрали, причем вместе с документами. Мол, испугались мести.
Почему он такое сделал? Псебайцы пожимают плечами. Пьяные, говорят, были. А тут еще этот дружок Савелий, который приехал сюда на лето издалека, сбил с пути истинного. Про него известно немного, он недавно приехал из Краснодара отдыхать в предгорье. Прибился к компании парней лет на 5 моложе. А со старшими не особо общался, потому местные толком ничего не могут про него рассказать. Максим же хоть и хулиганистым рос, и в школе были проблемы и с поведением, и с успеваемостью, но не убийца, «так говорит Псебай».
Сам же Максим в признательных показаниях сказал, что вместе с дружком пошел за ней следом специально, чтобы изнасиловать. Но Наталья отказала…
Сейчас поселок продолжает гудеть. Телевизионщики, силовики при погонах, чиновники всех уровней — кого тут только не встретишь. «Ивушка» закрыта — не поверите — из-за нарушений пожарной безопасности. Родители других подростков, которые пили там в ту ночь, будут оштрафованы. Глава поселка Павел Жарков, который 9 лет возглавлял Псебай, подал в отставку, хотя к нему у местных жителей-то вопросов и не было.
Словом, жизнь продолжается. Люди ходят на работу, в магазины, а на месте, где нашли тело, играют дети, у них там поле для игры в казаки-разбойники. О трагедии напоминают лишь живые цветы и перчатка судмедэксперта, забытая на пригорке.
Как выяснилось, трагедию вполне можно было предотвратить: для этого и полицейским, и представителям судебной системы нужно было лишь нормально исполнять свои обязанности. Ведь оба садиста, измывавшиеся над Натальей Дмитриевой, уже попадали в поле зрения силовиков, причем не один раз. 16-летнего Максима Бондаренко псебайские полицейские задерживали многократно, но потом отпускали, поскольку не смогли противостоять влиятельным родителям малолетнего преступника.
Поэтому Максим все больше убеждался — ему сойдет с рук все что угодно. «Сидел, ноги на столе, улыбался и говорил, что папа приедет и покажет всем, кто есть кто.
Вспоминать тот самый день Алексей не любит. Но ради того, чтобы справедливость восторжествовала, рассказывает:
— Наташа вечером в кафе попросилась, я ее отпускал всегда спокойно. А то она с детьми постоянно, надо ж отвлечься. Часов в 10 вечера я ей позвонил, предложил продолжить ей и Вере у нас дома, но она отказалась. Я тогда детей искупал и спать уложил. Да и сам лег. В два часа ночи телефон, поднимаю — там мужской голос. Мы, говорит, телефончик нашли, заберете за вознаграждение?
А через полчаса в дом Алексея постучали полицейские, попросили его одеться и пройти с ними. Он уже тогда почувствовал что-то неладное. А потом, когда у пригорка увидел Наташины туфли, вообще все перед глазами поплыло.
— Что случилось, спрашиваю. А они мне: «А ты что, не знаешь? Заревновал, небось, да убил ее!». Представляете, меня во всем хотели обвинить. А опознания не было, потом просто тело нам отдали и просили гроб не открывать. Но мы не послушали, — вспоминает Алексей Дмитриев.
На то, что пишут в интернете про его супругу, Алексей внимания не обращает. Главное он знает, что Наташа была верная, заботливая и любящая, а никакая не алкоголичка. Младшие дети пока не понимают всей трагедии, хотя маленькая Иришка стала спать беспокойно и слово «мама» больше не произносит. Но Алексей держится, он теперь детям и за маму, и за папу.
— Это что ж теперь всем женщинам сидеть по домам да носа не казать, — возмущается родня погибшей.
— Ходить и шарахаться от каждого встречного? Как ей было увидеть в Максиме угрозу для своей жизни? Он же с ее сыном в одном классе учился. Она его с детства знает, для нее он — мальчишка. А она в людях только хорошее видела. Вот и не заподозрила неладного…
Псебай — чистенький маленький поселок в окружении гор. Тут раз в год проходят соревнования по маунтинбайку, вокруг — несколько турбаз, летом — много отдыхающих.
Проезжая по центру поселка, видим закрытое ателье. Наш попутчик Дмитрий говорит, что оно принадлежит матери Максима, вход в мастерскую закрыт рольставнями. Соседка по помещению торгует цветами и владелицу пошивочной уже несколько дней не видела.
— Отец Максима, человек уважаемый, бизнесмен — лесом торгует. У них еще двое младших детей есть. Но старший неблагополучный, в полицию, говорят, попадал часто, но тут же из нее выходил. Папа отмазывал, — говорит один из местных жителей Дмитрий.
Возможно, по местным меркам, у Максима отец крутой. Но по факту же он простой трудяга — начальник производственного отдела на местном деревообрабатывающем предприятии. Семья тоже многодетная — у Максима есть младшие брат и сестра. Мать держит то самое ателье. Точнее, держала. Соседи говорят, что семья уехала куда-то на Север. Младших детей они сразу из садика и школы забрали, причем вместе с документами. Мол, испугались мести.
Почему он такое сделал? Псебайцы пожимают плечами. Пьяные, говорят, были. А тут еще этот дружок Савелий, который приехал сюда на лето издалека, сбил с пути истинного. Про него известно немного, он недавно приехал из Краснодара отдыхать в предгорье. Прибился к компании парней лет на 5 моложе. А со старшими не особо общался, потому местные толком ничего не могут про него рассказать. Максим же хоть и хулиганистым рос, и в школе были проблемы и с поведением, и с успеваемостью, но не убийца, «так говорит Псебай».
Сам же Максим в признательных показаниях сказал, что вместе с дружком пошел за ней следом специально, чтобы изнасиловать. Но Наталья отказала…
Сейчас поселок продолжает гудеть. Телевизионщики, силовики при погонах, чиновники всех уровней — кого тут только не встретишь. «Ивушка» закрыта — не поверите — из-за нарушений пожарной безопасности. Родители других подростков, которые пили там в ту ночь, будут оштрафованы. Глава поселка Павел Жарков, который 9 лет возглавлял Псебай, подал в отставку, хотя к нему у местных жителей-то вопросов и не было.
Словом, жизнь продолжается. Люди ходят на работу, в магазины, а на месте, где нашли тело, играют дети, у них там поле для игры в казаки-разбойники. О трагедии напоминают лишь живые цветы и перчатка судмедэксперта, забытая на пригорке.
Как выяснилось, трагедию вполне можно было предотвратить: для этого и полицейским, и представителям судебной системы нужно было лишь нормально исполнять свои обязанности. Ведь оба садиста, измывавшиеся над Натальей Дмитриевой, уже попадали в поле зрения силовиков, причем не один раз. 16-летнего Максима Бондаренко псебайские полицейские задерживали многократно, но потом отпускали, поскольку не смогли противостоять влиятельным родителям малолетнего преступника.
Поэтому Максим все больше убеждался — ему сойдет с рук все что угодно. «Сидел, ноги на столе, улыбался и говорил, что папа приедет и покажет всем, кто есть кто.
Страница 4 из 6
