В последние десятилетия существования СССР случилось несколько десятков попыток угонов самолетов. Обычно захватчики угрожали взрывчаткой или оружием, при попытках освобождения гибли заложники и сами преступники. Но 17 августа 1988 года могло стать датой, когда чуть не погибли 168 пассажиров и восемь членов экипажа рейса Киев — Куйбышев.
Добавить в моё избранное
11 мин, 7 сек 11699
Пару лет они прожили в квартире женщины как муж и жена. Офицер помогал Галаниной воспитывать двоих сыновей от предыдущего брака, но не забывал и о киевской семье.
Уволившись в запас в 1987-м, Василий приехал в Киев. Галаниной он пообещал, что добьется развода и вернется к ней. Дома постоянно вспыхивали скандалы. Брак зашатался еще сильнее, когда Лариса узнала, что «друг из Игарки» с которым муж постоянно говорит по телефону, — на самом деле женщина. Никто из супругов не решался на развод — в первую очередь из-за детей. Старшая дочь уже жила отдельно, а младшая при выяснении отношений занимала сторону матери. Василий Гриб был уверен, что она его ненавидит. С другой стороны Галанина в ультимативной форме требовала выбирать: или семья, или она. Женщина пообещала любовнику, что будет ждать его ровно год.
Срок вышел в июле 1988-го, незадолго до того самого полета. Галина после этого сказала Грибу, что теперь ее ничего не держит. Но бывший офицер не сдавался — у него уже был готов план.
К убийству мужчина готовился несколько месяцев.
Следствие пришло к выводу, что к решению мужчину подтолкнула не только любовь, но и более низменные чувства: в случае гибели жены и дочки не будет нужды делить с ними имущество — в том числе киевскую квартиру — и платить алименты. Агенту «Степанчуку» Василий признался, что собирался после убийства примерно год пожить в одиночестве и лишь потом официально жениться на Галаниной — чтобы не возникало подозрений. Жить с новой супругой он планировал в Киеве.
Сначала Гриб намеревался отравить родных. У знакомого, работающего в аптеке, интересовался, как достать мышьяк или крысиный яд, — якобы для борьбы с крысами. Но оказалось, что именно эти товары в Киеве — дефицит, достать невозможно. И тогда мужчина вспомнил, как взрывчаткой глушил рыбу на водоемах.
Сделать бомбу с таймером сложнее, чем взрывпакет для рыбалки. Грибу помогли образование радиофизика-электронщика и литература по взрывному делу из библиотеки Дома офицеров. Листочки с названиями книг, библиотечными шифрами и выписками нашли у него дома во время обыска и приобщили к делу.
Порох отставной офицер купил у приятеля-охотника. Чтобы заплатить, Грибу пришлось снять со сберкнижки 25 рублей. Вскоре Лариса увидела эту запись и устроила очередной скандал. По словам мужчины, тот разговор стал «последней каплей» — он окончательно решил осуществить задуманное.
Элементы бомбы преступник смастерил прямо на работе, в заводской лаборатории. Для эксперимента он собрал еще одно такое же устройство, но с маленьким зарядом, и успешно взорвал его в подвале гаража.
Для усиления взрывчатки к пороху Василий добавил несколько компонентов, доступных в хозяйственных магазинах. Общий вес заряда составил 1840 граммов. В комплекте со взрывным устройством шли три литра бензина, залитые в полиэтиленовые пакеты, — чтобы сразу после взрыва в багажном отсеке самолета начался сильный пожар. Как пояснил следствию сам Гриб, «для большей надежности».
Мужчина рассчитывал, что авиакатастрофа поможет замести следы: никто не поймет, чьи вещи взорвались. В те годы багаж пассажиров не проверяли, и можно было не опасаться, что сотрудники аэропорта найдут бомбу.
«Об остальных пассажирах я не думал, мне было все равно» — признался«Иуда» на допросе.
Василий Гриб купил две одинаковые картонные коробки. В день вылета в одну из них он упаковал ящик со взрывчаткой, в другую — припасенные супругой продукты. Поменять коробки в багажнике машины было минутным делом.
Рейс 5402 отправлялся в 20:45 и приземлялся в 23:00. Стрелку будильника-таймера Гриб выставил на 22 часа. Взрыв должен был случиться неподалеку от Пензы. Последующая авиакатастрофа, по заключению экспертов, была вполне вероятным сценарием. Осколки взрывчатки на открытой местности разлетелись бы примерно на 1200 метров, а в самолете наверняка пробили бы листы силовой обшивки и фюзеляжа, могли повредить элементы каркаса и системы управления. Немалую угрозу представлял бы и пожар, усиленный бензином.
Почти две сотни жизней спас нарушенный контакт будильника с батарейкой, благодаря чему электрическая цепь разомкнулась. По словам экспертов, это могло быть последствием удара по коробке или сильной тряски — например, если грузчики слишком грубо швырнули багаж.
Судили Гриба за покушение на двойное убийство из корыстных мотивов способом, опасным для жизни многих лиц, покушение на разрушение воздушного судна и незаконное обращение с боеприпасами и взрывчаткой. Максимальное наказание по законодательству того времени — расстрел.
О процессе писали газеты — и киевские, и всесоюзные. Судя по репортажам, подсудимый вел себя уверенно, а иногда даже дерзко: спорил с конвоирами, грубил журналистам. В какой-то момент он снова стал лихорадочно хвататься за соломинку — заговорил о том, что не хотел убивать, признавая вину лишь в обращении со взрывчаткой.
Уволившись в запас в 1987-м, Василий приехал в Киев. Галаниной он пообещал, что добьется развода и вернется к ней. Дома постоянно вспыхивали скандалы. Брак зашатался еще сильнее, когда Лариса узнала, что «друг из Игарки» с которым муж постоянно говорит по телефону, — на самом деле женщина. Никто из супругов не решался на развод — в первую очередь из-за детей. Старшая дочь уже жила отдельно, а младшая при выяснении отношений занимала сторону матери. Василий Гриб был уверен, что она его ненавидит. С другой стороны Галанина в ультимативной форме требовала выбирать: или семья, или она. Женщина пообещала любовнику, что будет ждать его ровно год.
Срок вышел в июле 1988-го, незадолго до того самого полета. Галина после этого сказала Грибу, что теперь ее ничего не держит. Но бывший офицер не сдавался — у него уже был готов план.
К убийству мужчина готовился несколько месяцев.
Следствие пришло к выводу, что к решению мужчину подтолкнула не только любовь, но и более низменные чувства: в случае гибели жены и дочки не будет нужды делить с ними имущество — в том числе киевскую квартиру — и платить алименты. Агенту «Степанчуку» Василий признался, что собирался после убийства примерно год пожить в одиночестве и лишь потом официально жениться на Галаниной — чтобы не возникало подозрений. Жить с новой супругой он планировал в Киеве.
Сначала Гриб намеревался отравить родных. У знакомого, работающего в аптеке, интересовался, как достать мышьяк или крысиный яд, — якобы для борьбы с крысами. Но оказалось, что именно эти товары в Киеве — дефицит, достать невозможно. И тогда мужчина вспомнил, как взрывчаткой глушил рыбу на водоемах.
Сделать бомбу с таймером сложнее, чем взрывпакет для рыбалки. Грибу помогли образование радиофизика-электронщика и литература по взрывному делу из библиотеки Дома офицеров. Листочки с названиями книг, библиотечными шифрами и выписками нашли у него дома во время обыска и приобщили к делу.
Порох отставной офицер купил у приятеля-охотника. Чтобы заплатить, Грибу пришлось снять со сберкнижки 25 рублей. Вскоре Лариса увидела эту запись и устроила очередной скандал. По словам мужчины, тот разговор стал «последней каплей» — он окончательно решил осуществить задуманное.
Элементы бомбы преступник смастерил прямо на работе, в заводской лаборатории. Для эксперимента он собрал еще одно такое же устройство, но с маленьким зарядом, и успешно взорвал его в подвале гаража.
Для усиления взрывчатки к пороху Василий добавил несколько компонентов, доступных в хозяйственных магазинах. Общий вес заряда составил 1840 граммов. В комплекте со взрывным устройством шли три литра бензина, залитые в полиэтиленовые пакеты, — чтобы сразу после взрыва в багажном отсеке самолета начался сильный пожар. Как пояснил следствию сам Гриб, «для большей надежности».
Мужчина рассчитывал, что авиакатастрофа поможет замести следы: никто не поймет, чьи вещи взорвались. В те годы багаж пассажиров не проверяли, и можно было не опасаться, что сотрудники аэропорта найдут бомбу.
«Об остальных пассажирах я не думал, мне было все равно» — признался«Иуда» на допросе.
Василий Гриб купил две одинаковые картонные коробки. В день вылета в одну из них он упаковал ящик со взрывчаткой, в другую — припасенные супругой продукты. Поменять коробки в багажнике машины было минутным делом.
Рейс 5402 отправлялся в 20:45 и приземлялся в 23:00. Стрелку будильника-таймера Гриб выставил на 22 часа. Взрыв должен был случиться неподалеку от Пензы. Последующая авиакатастрофа, по заключению экспертов, была вполне вероятным сценарием. Осколки взрывчатки на открытой местности разлетелись бы примерно на 1200 метров, а в самолете наверняка пробили бы листы силовой обшивки и фюзеляжа, могли повредить элементы каркаса и системы управления. Немалую угрозу представлял бы и пожар, усиленный бензином.
Почти две сотни жизней спас нарушенный контакт будильника с батарейкой, благодаря чему электрическая цепь разомкнулась. По словам экспертов, это могло быть последствием удара по коробке или сильной тряски — например, если грузчики слишком грубо швырнули багаж.
Судили Гриба за покушение на двойное убийство из корыстных мотивов способом, опасным для жизни многих лиц, покушение на разрушение воздушного судна и незаконное обращение с боеприпасами и взрывчаткой. Максимальное наказание по законодательству того времени — расстрел.
О процессе писали газеты — и киевские, и всесоюзные. Судя по репортажам, подсудимый вел себя уверенно, а иногда даже дерзко: спорил с конвоирами, грубил журналистам. В какой-то момент он снова стал лихорадочно хвататься за соломинку — заговорил о том, что не хотел убивать, признавая вину лишь в обращении со взрывчаткой.
Страница 3 из 4
