Самой большой сенсацией 2001 года стало разоблачение в Москве банды киллеров из Новокузнецка. Молодые парни, в основном ранее не судимые и не конфликтовавшие с законом спортсмены, создали настоящий конвейер смерти. Сыщики, знакомые со всеми нюансами этого необычного дела, уверены: если бы жертв убийц хоронили в одном месте, то получилось бы кладбище средних размеров. Об организаторе банды Лабоцком в Новокузнецке и Кемерово до сих пор вспоминают с почтением и страхом. Но и в Москве он успел оставить заметный кровавый след.
Добавить в моё избранное
13 мин, 9 сек 16918
Ничего подобного раньше в Москве не происходило — массовый расстрел в школе. Начальства понаехало столько, что впору было открывать митинг. Введенный общегородской план«Перехват» ничего не дал. Так же как и последующий поиск преступников.
Между тем члены банды еще только пробовали силы. Лабоцкого не смущали громкие имена и общепризнанные авторитеты. Не раздумывая он дает команду своим людям разобраться с известным спортсменом, организатором Российской лиги кикбоксинга «КИТЭК» тридцатитрехлетнего Юрия Ступенькова. Последний проходил в оперативных документах под кличкой Доктор и подозревался в связях с организованной преступностью.
Особый интерес, представляют детали этого заказного убийства, долгое время остававшегося глухим «висяком». Киллерам никак не удавалось установить местонахождение объекта. Тогда к разработке жертвы подключается главарь. Он устанавливает слежку за ближайшей связью Ступенькова неким Вороновым, подключается к его домашнему телефону. Но противники новокузнецких мафиози тоже были не новички.
Почувствовав неладное, они перестали пользоваться домашним телефоном и звонили только из автомата. Лабоцкий терпеливо ждал и наконец Ступеньков совершил ошибку. На улице шел проливной дождь и он сделал короткий звонок по телефону. Этого хватило не только для пеленга, но и для выяснения времени пребывания Ступенькова на даче в Видновском районе Подмосковья. Убийца поджидал спортсмена и выпустил в него половину рожка. Но и это не все. Чуть позже, чтобы спрятать концы в воду, шеф новокузнецких отдает распоряжение расправиться с самим киллером. Его вывозят за кольцевую и убивают. «Нет человека — нет проблемы» — любил приговаривать Лабоцкий.
И применял это правило не только к конкурентам и врагам. Иногда молодым парням без рода и имени, купившимся перспективой легких больших денег, даже не выплачивали обещанные гонорары. В лучшем случае они получали месячную скромную сумму на расходы, обустройство и питание, а иногда, в виде особой награды, могли удостоиться чести донашивать шляпы и плащи своего босса. Но большая часть рядовых наемников устранялась их же подельниками.
«Все они — одноразовые» — дал точную характеристику членам банды ведущий сыщик МУРа Алексей Базанов. Забегая вперед, скажу, что Лабоцкий не избежал той же участи.
… Из Новокузнецка в Москву деньги привозил кассир банды Тертышный. Как-то босс проконтролировал гонца — позвонил домой и поинтересовался величиной отправления. Выяснилось, что собранная и доставленная сумма несколько отличаются. Разбираться в причинах «усушки и утруски» Лабоцкий не стал, вопрос решил привычным способом. Тертышный был вывезен в Дмитревский район и получил пулю в затылок.
Казалось, выжигая ересь и сомнения каленым железом, главарь мог не опасаться предательства. Как показали дальнейшие события, он несколько недооценил порученцев. Правой рукой Лабоцкого являлся такой же, как он, беспредельщик Барыбин. Некоторое представление о наклонностях последнего дает его любимая присказка: «Всех пококаем и до покоса не доживут». При этих словах Барыбин делал указательным пальцем и мизинцем характерную «козу».
Они дружили семьями, причем босс стал крестным отцом ребенка Барыбина, а последний — крестил его сына. Они выстроили дачи рядом, доверяли друг другу. Банда превращалась в мощную и влиятельную структуру. Под контролем находился не только Кузбасе, но и некоторые точки в Красноярске, Томске, Иркутске, Твери, Геленджике и Санкт-Петербурге.
Лабоцкий, верный своему «принципу домино» задумывает убрать Барыбина — тот явно догоняет шефа по авторитету и влиянию. Босс готовит другу сюрприз — взрывное устройс— тво, замаскированное под сверток. Обстоятельства неудавшейся акции достаточно туманны, зато итог хорошо известен. Лабоцкий сам подорвался на бомбе, получил тяжелые травмы и был дострелян Барыбиным из пистолета«Вальтер» у кооперативных гаражей на Ленинском проспекте. Весть о гибели всемогущего Корлеоне Новокузнецкого оказалась серьезным испытанием для банды. Не каждый поверил случившемуся. И хотя большинство смирилось с происшедшим, а бразды правления принял Барыбин, сделав своим замом Гнездича, внутри банды начались разброд и шатания.
Первыми попытались оторвать долю и уйти в свободное плаванье земляки. В Новокузнецке заявил о самостоятельности некий Иванов, сколотивший по примеру Лабоцкого собственную команду и решивший поставить на место уехавших в столицу. Иванов выслеживает кассиров Барыбина и производит экспроприацию в лучших традициях предшественника. Один из курьеров, получив удар топором по голове, отдает концы сразу, а другой чудом выживает, хотя и остается инвалидом.
Узнав о ЧП, Барыбин отправляет в Новокузнецк трех палачей с единственным наставлением: патронов не жалеть. До сих пор непонятно, почему приговор не был приведен в исполнение сразу. Вероятно, сказался выбор времени для его исполнения — первый день 1995 года.
Между тем члены банды еще только пробовали силы. Лабоцкого не смущали громкие имена и общепризнанные авторитеты. Не раздумывая он дает команду своим людям разобраться с известным спортсменом, организатором Российской лиги кикбоксинга «КИТЭК» тридцатитрехлетнего Юрия Ступенькова. Последний проходил в оперативных документах под кличкой Доктор и подозревался в связях с организованной преступностью.
Особый интерес, представляют детали этого заказного убийства, долгое время остававшегося глухим «висяком». Киллерам никак не удавалось установить местонахождение объекта. Тогда к разработке жертвы подключается главарь. Он устанавливает слежку за ближайшей связью Ступенькова неким Вороновым, подключается к его домашнему телефону. Но противники новокузнецких мафиози тоже были не новички.
Почувствовав неладное, они перестали пользоваться домашним телефоном и звонили только из автомата. Лабоцкий терпеливо ждал и наконец Ступеньков совершил ошибку. На улице шел проливной дождь и он сделал короткий звонок по телефону. Этого хватило не только для пеленга, но и для выяснения времени пребывания Ступенькова на даче в Видновском районе Подмосковья. Убийца поджидал спортсмена и выпустил в него половину рожка. Но и это не все. Чуть позже, чтобы спрятать концы в воду, шеф новокузнецких отдает распоряжение расправиться с самим киллером. Его вывозят за кольцевую и убивают. «Нет человека — нет проблемы» — любил приговаривать Лабоцкий.
И применял это правило не только к конкурентам и врагам. Иногда молодым парням без рода и имени, купившимся перспективой легких больших денег, даже не выплачивали обещанные гонорары. В лучшем случае они получали месячную скромную сумму на расходы, обустройство и питание, а иногда, в виде особой награды, могли удостоиться чести донашивать шляпы и плащи своего босса. Но большая часть рядовых наемников устранялась их же подельниками.
«Все они — одноразовые» — дал точную характеристику членам банды ведущий сыщик МУРа Алексей Базанов. Забегая вперед, скажу, что Лабоцкий не избежал той же участи.
… Из Новокузнецка в Москву деньги привозил кассир банды Тертышный. Как-то босс проконтролировал гонца — позвонил домой и поинтересовался величиной отправления. Выяснилось, что собранная и доставленная сумма несколько отличаются. Разбираться в причинах «усушки и утруски» Лабоцкий не стал, вопрос решил привычным способом. Тертышный был вывезен в Дмитревский район и получил пулю в затылок.
Казалось, выжигая ересь и сомнения каленым железом, главарь мог не опасаться предательства. Как показали дальнейшие события, он несколько недооценил порученцев. Правой рукой Лабоцкого являлся такой же, как он, беспредельщик Барыбин. Некоторое представление о наклонностях последнего дает его любимая присказка: «Всех пококаем и до покоса не доживут». При этих словах Барыбин делал указательным пальцем и мизинцем характерную «козу».
Они дружили семьями, причем босс стал крестным отцом ребенка Барыбина, а последний — крестил его сына. Они выстроили дачи рядом, доверяли друг другу. Банда превращалась в мощную и влиятельную структуру. Под контролем находился не только Кузбасе, но и некоторые точки в Красноярске, Томске, Иркутске, Твери, Геленджике и Санкт-Петербурге.
Лабоцкий, верный своему «принципу домино» задумывает убрать Барыбина — тот явно догоняет шефа по авторитету и влиянию. Босс готовит другу сюрприз — взрывное устройс— тво, замаскированное под сверток. Обстоятельства неудавшейся акции достаточно туманны, зато итог хорошо известен. Лабоцкий сам подорвался на бомбе, получил тяжелые травмы и был дострелян Барыбиным из пистолета«Вальтер» у кооперативных гаражей на Ленинском проспекте. Весть о гибели всемогущего Корлеоне Новокузнецкого оказалась серьезным испытанием для банды. Не каждый поверил случившемуся. И хотя большинство смирилось с происшедшим, а бразды правления принял Барыбин, сделав своим замом Гнездича, внутри банды начались разброд и шатания.
Первыми попытались оторвать долю и уйти в свободное плаванье земляки. В Новокузнецке заявил о самостоятельности некий Иванов, сколотивший по примеру Лабоцкого собственную команду и решивший поставить на место уехавших в столицу. Иванов выслеживает кассиров Барыбина и производит экспроприацию в лучших традициях предшественника. Один из курьеров, получив удар топором по голове, отдает концы сразу, а другой чудом выживает, хотя и остается инвалидом.
Узнав о ЧП, Барыбин отправляет в Новокузнецк трех палачей с единственным наставлением: патронов не жалеть. До сих пор непонятно, почему приговор не был приведен в исполнение сразу. Вероятно, сказался выбор времени для его исполнения — первый день 1995 года.
Страница 3 из 4
