Марина Топчий. Без права на спасение

Исчезновение

Родители поняли, что-то случилось, уже через час после ее похищения. Она вышла с работы в 21.15, до дома — 500 метров, а в 22.10 ее все еще не было, и телефон был отключен. Марина всегда предупреждала близких, если задерживалась или шла в гости. На этот раз она просто исчезла, и в семье начали паниковать.

На утро следующего дня они заявили в милицию об исчезновении, но там отказались принимать заявление, ответив, что девушка могла загулять, и лучше бы прийти на третьи сутки. А разговоры об обязательности и пунктуальности Марины милиционеров только развеселили. Позже заявление все же приняли, но ничего делать не стали. Так что расследование Светлана и Юрий начали сами. Первым делом пошли к Марине на работу, но там никто ничего не знал. Посмотрели записи видеокамер наружного наблюдения. Первая камера наблюдения у выхода засняла, как девушка пошла в сторону дома. На этой пленке мама видела Марину в последний раз. Выяснили, что пропала девушка в нескольких метрах от выхода с рабочего места, не дойдя до второй камеры.

А вечером начались звонки…

Упущенное время

«Мама, спаси!» — шептала в телефонную трубку Марина.

Шокированные родители не стали класть трубку и позвонили по сотовому в РОВД Новокузнецка с просьбой определить телефон. Больше часа ждали, определяли. Наконец дали какой-то московский номер, сказали, что разберутся, и все заглохло. Начались выходные. А квартиру Топчий сотрясали звонки с «того света». Поначалу трубка каждый раз молчала, булькала, стонала и наконец с огромным усилием выдавливала: «Мама… папочка, спаси!», «Где ты? Ты где!» — кричала мать. А в ответ — молчание и короткие гудки. Девушка ничего не соображала, для нее эти звонки были пределом возможностей.

А звонки повторялись: «Мама, помоги… Мама!».

Звонили со стационарного телефона. Видимо, звери, похитившие девушку, и что то с ней сделавшие, спокойно оставляли ее одну. Были уверены, что на звонок ее сил не хватит. Но Марина оказалась сильнее. Ее уже не хватало, чтобы внятно объяснить, что произошло. Но зато хватало на то, чтобы послать сигнал бедствия и ждать помощи.

— Мы связывались с милицией после каждого звонка Марины, а они нас успокаивали: «Ну звонит же? Значит, жива!» — с ужасом вспоминает мать.

Звонков было десять. Десять раз у девушки был шанс на спасение. Десять раз материнское сердце взрывалось, услышав мольбу явно умирающей дочери. Десять раз за трое суток милиция могла спасти от мучительной смерти человека.

Месяц спустя в ходе следственных мероприятий в ларьке на местном вокзале нашли Маринин сотовый телефон. Преступники сдали его на следующий день после похищения девушки. Продавец тогда проверял телефон, включал его. И если бы оперативники поставили аппарат в розыск, он бы засветился еще тогда, когда Марина была жива и ее еще можно было спасти.

Но мобильник в розыске не значился, Марину не считали похищенной и не торопились искать.

Торопились только родители. За время тех страшных первых выходных они обегали все морги и больницы. А в воскресенье уже самостоятельно подали заявку на телефонный узел, пытаясь выяснить, все ли звонки поступили из Москвы, как сказали в милиции. Знакомые посодействовали, и вечером в воскресенье выяснилось, что все десять звонков были с новокузнецкой квартиры на улице Кирова.

В отчаянии, понимая, что никто им помогать не хочет, отец и жених Марины схватив охотничье ружье поехали по выданному на телефонной станции адресу. Подъезд был закрыт, по домофону ответил мужчина с кавказским акцентом. В квартире их было несколько. Один наблюдал за ними из окна, второй говорил по домофону. Открывать они отказались. Потом почти два часа вели переговоры по телефону. Он просил отдать дочь и даже предлагал выкуп, угрожал, умолял, и тогда один из них высунулся в окно и крикнул: «Не уйдешь — гранату кинем». И тут хором подъехали две машины: милиция и пожилой кавказец с женщинами, назвавшийся отцом парней из той квартиры, куда звонил отец Марины. Юрий просил милиционеров сразу же осмотреть квартиру, просил позвонить на телефонный узел и получить доказательства, что именно из этой квартиры звонила пропавшая дочь, но его не слушали…

Квартиру никто осматривать не стал. Но и ее обитателей по фамилии Магмудян, и Юрия Топчий задержали и отвезли в отделение. Всех Магмудянов отпустили сразу же, Юрия — через полтора часа, изъяв оружие. На следующий день по настоянию родителей Марины оперативник из Центрального РОВД запросил официальную бумагу с телефонной станции, подтверждающую, что пропавшая девушка звонила именно с телефона, зарегистрированного в квартире Магмудянов. И техник ГТС подтвердил, что никаких посторонних подключений к их квартире не было. Вот только звонки прекратились. То ли Марина окончательно обессилела, то ли стала создавать слишком много «проблем» своим мучителям… Но обыска в той квартире так и не провели.