«Не стоит думать, что полтергейст или шумный дух — открытие наших дней. Как подтверждение того, что он существовал десятки лет назад, являются события, которые произошли в Киеве в 1926 — 27 годах и подробно описанные затем в местной» Пролетарской правде«.»
Добавить в моё избранное
5 мин, 21 сек 5395
«Сначала упало с печи на порог комнаты полено, потом начали летать ступки, сковорода, солонки, бутылки из-под чернил. Наиболее упрямой оказалась мыльница. Несколько раз ее клали на полку в кухне, а она снова срывалась с места и падала под ноги женщинам. Еще раньше до этого случая в кухне не раз были слышны какие-то стуки.».
«Хозяйка позвала из другой комнаты своего сына и его друзей. Они внимательно оглядели комнату, ничего удивительного не обнаружили и, посмеявшись, вскоре ушли из дома. А минут через двадцать после этого вещи снова стали делать в комнате мертвые петли» чем, понятно, навели панику на мирно разговаривающих женщин.«.»
Надо было что-то предпринимать. Хозяйка побежала к соседу, начальнику районной милиции тов. Ловлинскому. Выслушав Андрейченко, он взял наган и пошел к ней. Только он, успокоив женщин, вошел на кухню, как его обрызгало грязной водой. Потом перед его глазами полетела с полки на пол злосчастная мыльница.
Ловлинский вызвал по телефону подкрепление. Как только стражи порядка вошли на кухню, мыльница снова у всех на глазах сорвалась с места. Ловлинский выстрелил в нее, но не попал. Пуля угодила в стену.
Дело было вечером…
«Было это вечером 10 ноября 1926 года, — пишет киевский корреспондент.»
— В небольшом доме № 24 в Саперной слободке начались чудесные явления. В комнате, где мирно разговаривали хозяйка дома Андрейченко, ее квартирантка Андриевская и гостья Кесесионова, начали летать из кухни разные предметы.
«Сначала упало с печи на порог комнаты полено, потом начали летать ступки, сковорода, солонки, бутылки из-под чернил. Наиболее упрямой оказалась мыльница. Несколько раз ее клали на полку в кухне, а она снова срывалась с места и падала под ноги женщинам. Еще раньше до этого случая в кухне не раз были слышны какие-то стуки.».
«Хозяйка позвала из другой комнаты своего сына и его друзей. Они внимательно оглядели комнату, ничего удивительного не обнаружили и, посмеявшись, вскоре ушли из дома. А минут через двадцать после этого вещи снова стали делать в комнате мертвые петли» чем, понятно, навели панику на мирно разговаривающих женщин.«.»
Надо было что-то предпринимать. Хозяйка побежала к соседу, начальнику районной милиции тов. Ловлинскому. Выслушав Андрейченко, он взял наган и пошел к ней. Только он, успокоив женщин, вошел на кухню, как его обрызгало грязной водой. Потом перед его глазами полетела с полки на пол злосчастная мыльница.
Ловлинский вызвал по телефону подкрепление. Как только стражи порядка вошли на кухню, мыльница снова у всех на глазах сорвалась с места. Ловлинский выстрелил в нее, но не попал. Пуля угодила в стену.
Милиция внимательно все осмотрела, сделала обыск во всей комнате, в подвале, на чердаке и ничего подозрительного не обнаружила.
А тем временем на глазах у всех милиционеров начали летать и другие вещи. Тогда вызвали по телефону инспектора уголовного розыска тов. Нежданова. Осмотрев комнату и решив, что здесь делается что-то непонятное, а виновата в этом Кесесионова, он забрал ее и повез в уголовный розыск, а оттуда отослал в ГПУ.
ГПУ на следующий день освободило Кесесионову, а дело передало старшему следователю Киевского окружного суда. Тот, проведя следствие, переслал его в Институт научно-судебной экспертизы.
Следует отметить, что вскоре после этого случая в Саперной слободке хозяйка дома Андриевская выехала из Киева. Кесесионова перестала навещать Андрейченко, и вещи больше не летали. Когда же в середине марта 2007 года Андриевская снова начала заходить к ним, у них снова начались по ночам стуки и начали летать разные вещи…«.»
Версия инспектора Нежданова.
Спустя сорок лет после описанных событий исследователям феномена удалось опросить инспектора Нежданова. Его рассказ дополняет газетную версию: «Осенью 1926 года в субботний вечер (около 19 часов) в Управление милиции Киева поступило телефонное сообщение от начальника райотдела милиции, что в одном из домов, находящемся в Саперной слободке, происходит что-то непонятное: имеет место самопроизвольное передвижение предметов, и он просит срочного приезда представителей милиции.»
Прибыв на место, мы увидели очень большое скопление народа вокруг двора деревянного дома (во двор милиция никого не пускала). Войдя в дом, начальник райотдела милиции доложил, что в его присутствии имело место самопроизвольное передвижение предметов, как, например, чугунков и дров в русской печке, медного кувшина, стоявшего на мраморном умывальнике, и других.
Случай как для меня, так и для других работников милиции был настолько несуразным, что поверить было трудно. Стали тщательно осматривать кухню, комнаты — нет ли каких-нибудь тонких проволочек, которыми можно было бы передвигать кастрюли и другие предметы, но ничего не обнаружили. В доме, кроме хозяйки квартиры (возраст — 50 лет), ее взрослого сына и квартирантки, жены инженера Андриевского (возраст — 30—32 года), была еще хозяйка дома (возраст более 50 лет).
«Хозяйка позвала из другой комнаты своего сына и его друзей. Они внимательно оглядели комнату, ничего удивительного не обнаружили и, посмеявшись, вскоре ушли из дома. А минут через двадцать после этого вещи снова стали делать в комнате мертвые петли» чем, понятно, навели панику на мирно разговаривающих женщин.«.»
Надо было что-то предпринимать. Хозяйка побежала к соседу, начальнику районной милиции тов. Ловлинскому. Выслушав Андрейченко, он взял наган и пошел к ней. Только он, успокоив женщин, вошел на кухню, как его обрызгало грязной водой. Потом перед его глазами полетела с полки на пол злосчастная мыльница.
Ловлинский вызвал по телефону подкрепление. Как только стражи порядка вошли на кухню, мыльница снова у всех на глазах сорвалась с места. Ловлинский выстрелил в нее, но не попал. Пуля угодила в стену.
Дело было вечером…
«Было это вечером 10 ноября 1926 года, — пишет киевский корреспондент.»
— В небольшом доме № 24 в Саперной слободке начались чудесные явления. В комнате, где мирно разговаривали хозяйка дома Андрейченко, ее квартирантка Андриевская и гостья Кесесионова, начали летать из кухни разные предметы.
«Сначала упало с печи на порог комнаты полено, потом начали летать ступки, сковорода, солонки, бутылки из-под чернил. Наиболее упрямой оказалась мыльница. Несколько раз ее клали на полку в кухне, а она снова срывалась с места и падала под ноги женщинам. Еще раньше до этого случая в кухне не раз были слышны какие-то стуки.».
«Хозяйка позвала из другой комнаты своего сына и его друзей. Они внимательно оглядели комнату, ничего удивительного не обнаружили и, посмеявшись, вскоре ушли из дома. А минут через двадцать после этого вещи снова стали делать в комнате мертвые петли» чем, понятно, навели панику на мирно разговаривающих женщин.«.»
Надо было что-то предпринимать. Хозяйка побежала к соседу, начальнику районной милиции тов. Ловлинскому. Выслушав Андрейченко, он взял наган и пошел к ней. Только он, успокоив женщин, вошел на кухню, как его обрызгало грязной водой. Потом перед его глазами полетела с полки на пол злосчастная мыльница.
Ловлинский вызвал по телефону подкрепление. Как только стражи порядка вошли на кухню, мыльница снова у всех на глазах сорвалась с места. Ловлинский выстрелил в нее, но не попал. Пуля угодила в стену.
Милиция внимательно все осмотрела, сделала обыск во всей комнате, в подвале, на чердаке и ничего подозрительного не обнаружила.
А тем временем на глазах у всех милиционеров начали летать и другие вещи. Тогда вызвали по телефону инспектора уголовного розыска тов. Нежданова. Осмотрев комнату и решив, что здесь делается что-то непонятное, а виновата в этом Кесесионова, он забрал ее и повез в уголовный розыск, а оттуда отослал в ГПУ.
ГПУ на следующий день освободило Кесесионову, а дело передало старшему следователю Киевского окружного суда. Тот, проведя следствие, переслал его в Институт научно-судебной экспертизы.
Следует отметить, что вскоре после этого случая в Саперной слободке хозяйка дома Андриевская выехала из Киева. Кесесионова перестала навещать Андрейченко, и вещи больше не летали. Когда же в середине марта 2007 года Андриевская снова начала заходить к ним, у них снова начались по ночам стуки и начали летать разные вещи…«.»
Версия инспектора Нежданова.
Спустя сорок лет после описанных событий исследователям феномена удалось опросить инспектора Нежданова. Его рассказ дополняет газетную версию: «Осенью 1926 года в субботний вечер (около 19 часов) в Управление милиции Киева поступило телефонное сообщение от начальника райотдела милиции, что в одном из домов, находящемся в Саперной слободке, происходит что-то непонятное: имеет место самопроизвольное передвижение предметов, и он просит срочного приезда представителей милиции.»
Прибыв на место, мы увидели очень большое скопление народа вокруг двора деревянного дома (во двор милиция никого не пускала). Войдя в дом, начальник райотдела милиции доложил, что в его присутствии имело место самопроизвольное передвижение предметов, как, например, чугунков и дров в русской печке, медного кувшина, стоявшего на мраморном умывальнике, и других.
Случай как для меня, так и для других работников милиции был настолько несуразным, что поверить было трудно. Стали тщательно осматривать кухню, комнаты — нет ли каких-нибудь тонких проволочек, которыми можно было бы передвигать кастрюли и другие предметы, но ничего не обнаружили. В доме, кроме хозяйки квартиры (возраст — 50 лет), ее взрослого сына и квартирантки, жены инженера Андриевского (возраст — 30—32 года), была еще хозяйка дома (возраст более 50 лет).
Страница 1 из 2
