Осенью 1934 года испанская общественность была взбудоражена слухами о появлении в одном из домов в центре Сарагосы таинственного полтергейста. О событии узнали в правительственных органах Испании, а новость о загадочном голосе из печной трубы добралась даже до туманного Альбиона.
Добавить в моё избранное
8 мин, 10 сек 16714
24 ноября в оцепленном здании появился дежурный судья Пабло-де-Паблос в сопровождении судебных медиков. Судья вместе с домовладельцем осматривал дом и допрашивал жильцов, а медики в то же время обследовали Паскуалу. К вечеру представители власти покинули здание, посоветовав сделать то же самое всем жильцам и полиции. Только на заколдованной кухне остались два агента, засвидетельствовавшие, что в то время как последние люди покидали помещение, послышался мужской голос, грустно произносивший: «Прощайте, прощайте». Тысячи зевак, не покидавшие своих наблюдательных постов напротив главной двери ни днем, ни ночью, с разочарованием смотрели на опустевшее здание.
В понедельник 26 ноября комиссар полиции Перес-де-Сото созвал пресс-конференцию, на которой заявил, что с того момента как дом опустел, то есть с вечера 24 ноября, голос больше не произнес ни слова. В тот же день было обнародовано заключение судебно-медицинской экспертизы Паскуалы. Медики, обследовавшие служанку, утверждали, что к феномену девушка не имеет никакого отношения: «мы не обнаружили ни склонности к выдумке, ни к лжи, ни к симуляции. Невозможно доказать, что Паскуала является медиумом или истеричной чревовещательницей. Кроме того, когда девушку увели из кухни, голос из печи продолжал разговаривать».
Как будто прослышав об этом, в полночь печной голос вновь заявил о себе. На этот раз домовой был явно не в духе. «Я снова здесь. Трусы. Трусы. Я убью всех обитателей этого проклятого дома» — раздраженно прокричал он. Отчет был срочно телеграфирован в DGS, и в чертовой квартире разместились агенты службы безопасности.
29 ноября полиция отказалась впустить в здание известного арагонского прорицателя и ясновидящего Томаса Менеса и сопровождавшую его киносъемочную группу. Увы! Борцы за безопасность не подумали о потомках. В результате, единственное, чем мы с вами располагаем — это пожелтевшие страницы газет, фотографии, полицейские и судебные отчеты. И ни одной киносъемки внутри здания.
Растущая международная слава испугала чиновников: губернатор обратился в газеты с просьбой прекратить писать об инциденте. «Дело о печном домовом» было передано в вышестоящие инстанции. Судью Пабло-де-Паблос сменил окружной судья Луис Фернандо. Новая метла мела по-новому: с 30 ноября официальные органы замолчали. Журналисты оказались в информационном вакууме, что, как известно, ведет к появлению слухов. Говорили, что в заколдованную квартиру снова привезли зачем-то Паскуалу, утверждали, что новый судья и его команда проводили на кухне какие-то тайные эксперименты. Все свободное пространство перед зданием было заполнено толпой, жаждавшей зрелищ. Неизвестность угнетала и возбуждала одновременно, создавая взрывоопасную ситуацию.
Губернатор выступил в том же духе: «С делом все ясно, а кто не согласен — просто занимает неправильную позицию, желая вывести всех из себя». Приглашенный психиатр Химено Риера в первый раз услышал голос 3 декабря: «Наконец, я услышал голос… учитывая, как развиваются события, лучшее что я могу сделать — это посчитать дело завершенным и промолчать… позиция, которую я занимаю в деле, опасна…».
Ясно было одно, политическое давление, оказанное на следователей из центра, превратило расследование в фарс. Если первая судебно-медицинская экспертиза утверждала, что 16-летняя служанка не обладает какими бы то ни было экстраординарными психическими способностями или отклонениями от нормы, а полицейские запротоколировали, что слышали таинственный голос, когда девушка уже выехала из квартиры, зачем новый судебный следователь привез ее на кухню для экспериментов?
В понедельник 26 ноября комиссар полиции Перес-де-Сото созвал пресс-конференцию, на которой заявил, что с того момента как дом опустел, то есть с вечера 24 ноября, голос больше не произнес ни слова. В тот же день было обнародовано заключение судебно-медицинской экспертизы Паскуалы. Медики, обследовавшие служанку, утверждали, что к феномену девушка не имеет никакого отношения: «мы не обнаружили ни склонности к выдумке, ни к лжи, ни к симуляции. Невозможно доказать, что Паскуала является медиумом или истеричной чревовещательницей. Кроме того, когда девушку увели из кухни, голос из печи продолжал разговаривать».
Прорицателям вход воспрещен
Новость появилась на страницах зарубежной прессы. Журналисты The Times прозвали голос с улицы Гаскон-де-Готор «ироничным домовым». Публикация лондонцев, со смаком описывающая скопления народа в центре Сарагосы у здания с домовым, не прошла незамеченной в правительстве Испании. 28 ноября в полицейском комиссариате, расследовавшем инцидент, прозвучал телефонный звонок. Директор DGS — Генеральной Дирекции по Безопасности потребовал всю информацию о странном происшествии. Дело принимало скверный оборот.Как будто прослышав об этом, в полночь печной голос вновь заявил о себе. На этот раз домовой был явно не в духе. «Я снова здесь. Трусы. Трусы. Я убью всех обитателей этого проклятого дома» — раздраженно прокричал он. Отчет был срочно телеграфирован в DGS, и в чертовой квартире разместились агенты службы безопасности.
29 ноября полиция отказалась впустить в здание известного арагонского прорицателя и ясновидящего Томаса Менеса и сопровождавшую его киносъемочную группу. Увы! Борцы за безопасность не подумали о потомках. В результате, единственное, чем мы с вами располагаем — это пожелтевшие страницы газет, фотографии, полицейские и судебные отчеты. И ни одной киносъемки внутри здания.
Растущая международная слава испугала чиновников: губернатор обратился в газеты с просьбой прекратить писать об инциденте. «Дело о печном домовом» было передано в вышестоящие инстанции. Судью Пабло-де-Паблос сменил окружной судья Луис Фернандо. Новая метла мела по-новому: с 30 ноября официальные органы замолчали. Журналисты оказались в информационном вакууме, что, как известно, ведет к появлению слухов. Говорили, что в заколдованную квартиру снова привезли зачем-то Паскуалу, утверждали, что новый судья и его команда проводили на кухне какие-то тайные эксперименты. Все свободное пространство перед зданием было заполнено толпой, жаждавшей зрелищ. Неизвестность угнетала и возбуждала одновременно, создавая взрывоопасную ситуацию.
Официальные органы постановили…
Наконец, 3 декабря Луис Фернандо вынес окончательный приговор: «Сначала мне захотелось услышать таинственный голос. Эксперименты совершенно ясно доказали, что голос является психическим феноменом, возникающим при определенных условиях… поэтому я слышу голос, когда захочу. На кухне квартиры мы находились со служанкой бывших жильцов и двумя свидетелями. Голос слышался столько раз, сколько я пожелал… С научной точки зрения явление не может быть интересным … Такие случаи встречались в истории медицины… Дело будет сдано в архив, поскольку ответственный не найден. Таинственное явление полностью разъяснилось». Вот так. Фактически Луис Фернандо обвинил служанку в «неосознанном чревовещании» а поскольку оно — «неосознанное» то ответственный не найден. Яснее быть не может.Губернатор выступил в том же духе: «С делом все ясно, а кто не согласен — просто занимает неправильную позицию, желая вывести всех из себя». Приглашенный психиатр Химено Риера в первый раз услышал голос 3 декабря: «Наконец, я услышал голос… учитывая, как развиваются события, лучшее что я могу сделать — это посчитать дело завершенным и промолчать… позиция, которую я занимаю в деле, опасна…».
Ясно было одно, политическое давление, оказанное на следователей из центра, превратило расследование в фарс. Если первая судебно-медицинская экспертиза утверждала, что 16-летняя служанка не обладает какими бы то ни было экстраординарными психическими способностями или отклонениями от нормы, а полицейские запротоколировали, что слышали таинственный голос, когда девушка уже выехала из квартиры, зачем новый судебный следователь привез ее на кухню для экспериментов?
Страница 2 из 3
