С тех пор как в жизнь человечества вошли электронные приборы, необъяснимых явлений с их участием становится все больше и больше. Что-то странное связывает приемники и передатчики электромагнитных волн не только в пространстве, но и во времени.
Добавить в моё избранное
5 мин, 20 сек 10372
Вот только пел ее… не Утесов! Голос был молодой и звонкий, в отличие от прокуренного тембра одессита. Да и музыкальное сопровождение резко отличалось от привычного — многослойный звон гитар, которых в утесовской партитуре не было никогда.
— Штурман, пеленгуй! — рявкнул Тихомолов. В ответ раздалось нечто неразборчивое, означавшее «Сам знаю! Под руку не лезь!».
А гитара продолжала звенеть, и чистый голос выводил с удивительной для самолетной радиостанции четкостью:
— С вами были Сергей Чиграков и его группа «Чиж и компания»! — жизнерадостно возвестила дикторша.
— Оставайтесь с нами — для вас в эфире «Радио Шансон»!
— Что за… — начал было Заяц, но договорить не успел.
— Командир, сзади слева, выше нас — четыре «мессера»!
Тихомолов хищно прищурился. Долетевшая до них неведомо откуда радиопередача почему-то придала ему непоколебимую уверенность и спокойствие.
— Четыре, говоришь? — промурлыкал он в ларингофон.
— Да хоть 24. Ты слышал, что мы все-таки победили? Мы победили их, ребята! А значит, наше дело правое… Станцуем!
Капитан Тихомолов сдернул с лица ненужную больше кислородную маску и резко дал от себя штурвал, выжимая из покалеченной машины максимальную скорость.
Тихомолов подозвал к машине инженера полка по радиооборудованию.
— Михалыч, не в службу, глянь на передатчик. Прямо сейчас.
— А что тут глядеть, — через минуту оторвался от созерцания прибора инженер.
— Капут аппарату. Осколок на излете прямиком в приемный контур. Ремонту не подлежит, спишем на запчасти. Эй, Боря, чего ты напрягся-то так?
— Да нет, — после короткого молчания очнулся Тихомолов.
— Нет, ничего.
… Эту странную историю Герой Советского Союза, заслуженный летчик ГВФ Борис Тихомолов в свою книгу воспоминаний «Небо в огне» не включил. По понятным причинам. Но как-то раз в День Победы во время застолья в родном полку ветеран рассказал о случае с песней молодому летчику, наследнику дела дальней авиации. А уж он передал все это автору статьи. Думаю, Борис Михайлович не был бы против ее публикации.
— Штурман, пеленгуй! — рявкнул Тихомолов. В ответ раздалось нечто неразборчивое, означавшее «Сам знаю! Под руку не лезь!».
А гитара продолжала звенеть, и чистый голос выводил с удивительной для самолетной радиостанции четкостью:
— С вами были Сергей Чиграков и его группа «Чиж и компания»! — жизнерадостно возвестила дикторша.
— Оставайтесь с нами — для вас в эфире «Радио Шансон»!
— Что за… — начал было Заяц, но договорить не успел.
— Командир, сзади слева, выше нас — четыре «мессера»!
Тихомолов хищно прищурился. Долетевшая до них неведомо откуда радиопередача почему-то придала ему непоколебимую уверенность и спокойствие.
— Четыре, говоришь? — промурлыкал он в ларингофон.
— Да хоть 24. Ты слышал, что мы все-таки победили? Мы победили их, ребята! А значит, наше дело правое… Станцуем!
Капитан Тихомолов сдернул с лица ненужную больше кислородную маску и резко дал от себя штурвал, выжимая из покалеченной машины максимальную скорость.
Тем не менее они победили!
На «Кота» было страшно смотреть. Как сумел его посадить Тихомолов, вряд ли бы ответил даже он сам. Обшивка зияла многочисленными пробоинами, тормозные щитки просто выпали из-под крыльев, покрышки шасси топорщились рваной резиной. В турели Зайца не осталось ни одного целого стекла, Китнюку пулей располосовало шлем, а другая пуля застряла у штурмана в парашюте. И тем не менее они победили! Ведущий четверки«мессершмиттов» изрешеченный огнем бортовых стрелков, сейчас догорал где-то к югу от Старого Оскола. навсегда упустив шанс получить обещанное Гитлером поместье в России, а остальные, видя такое дело, решили не пытать судьбу в драке с отчаянными«Иванами».Тихомолов подозвал к машине инженера полка по радиооборудованию.
— Михалыч, не в службу, глянь на передатчик. Прямо сейчас.
— А что тут глядеть, — через минуту оторвался от созерцания прибора инженер.
— Капут аппарату. Осколок на излете прямиком в приемный контур. Ремонту не подлежит, спишем на запчасти. Эй, Боря, чего ты напрягся-то так?
— Да нет, — после короткого молчания очнулся Тихомолов.
— Нет, ничего.
… Эту странную историю Герой Советского Союза, заслуженный летчик ГВФ Борис Тихомолов в свою книгу воспоминаний «Небо в огне» не включил. По понятным причинам. Но как-то раз в День Победы во время застолья в родном полку ветеран рассказал о случае с песней молодому летчику, наследнику дела дальней авиации. А уж он передал все это автору статьи. Думаю, Борис Михайлович не был бы против ее публикации.
Страница 2 из 2
