Малобюджетные и почти никому неизвестные фильмы обладают двойственной спецификой: с одной стороны, нам далеко не всегда хочется потратить драгоценное время на просмотр никчемной подражательной пустышки, состряпанной кое-как группой полупрофессиональных кинематографистов, но, с другой стороны, мы все же подсознательно надеемя встретить в тоннах киномусора, выпускаемого во всем мире ежегодно, несколько жемчужин, возможно, содержащих революционные идеи, поражающих выразительностью визуального ряда, мастерски нагнетаемой атмосферой. Увы, такие «звездочки» попадаются редко (последний ультрамалобюджетный фильм, вызвавший у меня восхищение — The Roost (2005)), но, тем не менее, надежда наткнуться на что-нибудь этакое периодически заставляет нас обращать взоры и к малобюджетному хоррору…
Добавить в моё избранное
6 мин, 48 сек 17390
Режиссёр Dan Mintz.
В ролях: Brad Hunt, Cyia Batten, Patrick McGaw.
Картина «Призраки опиума» способна привлечь сюжетом, гарантирующим, если не определенную долю новационности, то хотя бы отсутствие прямой подражательности блокбастерам последних лет. Подражательность, кстати, является весьма распространенной практикой в производстве такого рода картин: скажем ультрадешевый хоррор«Dark Fields» является бездарной калькой с ремейка«Техасской резни бензопилой» а фильм«Evil Remains» — не менее бестолковым реверансом в сторону«Ведьмы из Блэр». В «Призраках опиума» же зачин выглядит весьма нетрадиционно. Парочка асоциальных элементов — драгдиллер Гектор и его подружка Дорина — обосновываются в заброшенном доме, удаленном от цивилизации на много миль, где на скорую руку организовывают лабораторию по производству нового сильнодействующего универсального наркотика, который можно курить, нюхать или вводить внутривенно. Гектор заручается поддержкой своего приятеля Мерла, с которым он знаком еще с детства, чтобы тот два раза в неделю завозил в лабораторию продукты и следил, чтобы в этих местах не появлялись посторонние люди. Погоня за маячащей в недалеком будущем наживой заставляет героев практически безостановочно производить наркотик: они даже толком не выходят за пределы дома, поглощенные либо работой, либо токсическим дурманом после употребления приготовленного же ими вещества. Запасы произведенного товара увеличиваются, и чем больше они становятся, тем страшнее Гектору их потерять. Постоянное пребывание«под кайфом» прогрессирующая маниакальная подозрительность приводят к тому, что он всеми силами стремится оградить себя и свою подругу от внешнего мира: герои завешивает черной тканью окна, отчего освещенные керосиновой лампой комнаты дома в любое время суток приобретают зловещий ядовито-желтый цвет. Гектор заколачивает все возможные ходы в дом, вешает замок на входной двери, а при любом шорохе параноидально хватается за револьвер. А шорохи и посторонние звуки появляются в старом доме с завидным постоянством… Являются ли они только реакцией воспаленного человеческого сознания, измученнного чрезмерными дозами наркотика и паталогической самоизоляцией от окружающего мира или же в заброшенном доме объективно присутствуют потусторонние силы, настроенные враждебно к непрошенным гостям?
Как ни странно, фасад старого дома выглядит довольно нейтрально, нарочито дешево и достаточно слабо передает ощущение заброшенности. Интерьеры в этом плане выигрывают: комнаты без мебели, в воздухе которых смешалась пыль, копившаяся здесь годами, но потревоженная человеческим присутствием, и туман наркотического зелья, свет керосиновых ламп, придающих помещениям неестественное, призрачное освещение — все это сделано блестяще. У фильма наличествует какая-то удушливая, паталогическая атмосфера, обволакивающая зрителя, будто он сам уже неделю не выходил из комнаты с задернутыми шторами на улицу и стал забывать как выглядит солнечный свет. Во время редких выходов Гектора на улицу картинка становится непривычно яркой (а по сути — самой обычной) и буквально бьет по глазам зрителя, ослепляет его на доли секунды, как и героя фильма. Таким образом, у «Призраков опиума» есть мощнейший задел — ведь пространство фильма изначально строится как призрачное, где граница между явью и грезами становится очень тонкой, позволяя им взаимопроникать друг в друга. Аналогично здесь и представление о времени, ибо нет больше четкого различия между днем и ночью, между одними сутками и другими в доме, где каждое окно занавешено куском черной ткани…
Вот на этом просторе и развернуть бы кинематографистам проявления паранормальной активности по полной, ан нет — создатели фильма с этим явно не торопятся и большую часть картины дальше таинственных шагов в коридоре, глухих постукиваний и звонкого детского смеха дело и не идет. Признаться често, я очень боялся, что «Призраки опиума» в определенный момент превратятся в галлюцинаторное действо, обычно маловразумительное до самого финала, где зрителю предлагают хоть какое-то логическое объяснение бессвязным событиям. Но и этого в даном случае не произошло. Здесь как раз кроется главная проблема фильма: когда в нем должно начать что-либо происходить, действие уныло топчется на месте. Классическая композиция хоррора схожей тематики предполагает плавное нарастание проявлений чертовщины: от«безобидных» шумов до явно выраженной агрессии к героям. Ни о какой плавности по отношению к«Призракам опиума» говорить не приходится, ибо редкие, но действительно атмосферные и даже пугающие моменты (скажем эпизод со стуком в дверь комнаты Гектора и Дорины среди ночи) вновь сменяются бесконечной руганью героев и совершенно параноидальным поведением Гектора, который перестал доверять даже своей подруге и дошел до того, что перепрятал наркотики в место, известное только ему одному.
В ролях: Brad Hunt, Cyia Batten, Patrick McGaw.
Картина «Призраки опиума» способна привлечь сюжетом, гарантирующим, если не определенную долю новационности, то хотя бы отсутствие прямой подражательности блокбастерам последних лет. Подражательность, кстати, является весьма распространенной практикой в производстве такого рода картин: скажем ультрадешевый хоррор«Dark Fields» является бездарной калькой с ремейка«Техасской резни бензопилой» а фильм«Evil Remains» — не менее бестолковым реверансом в сторону«Ведьмы из Блэр». В «Призраках опиума» же зачин выглядит весьма нетрадиционно. Парочка асоциальных элементов — драгдиллер Гектор и его подружка Дорина — обосновываются в заброшенном доме, удаленном от цивилизации на много миль, где на скорую руку организовывают лабораторию по производству нового сильнодействующего универсального наркотика, который можно курить, нюхать или вводить внутривенно. Гектор заручается поддержкой своего приятеля Мерла, с которым он знаком еще с детства, чтобы тот два раза в неделю завозил в лабораторию продукты и следил, чтобы в этих местах не появлялись посторонние люди. Погоня за маячащей в недалеком будущем наживой заставляет героев практически безостановочно производить наркотик: они даже толком не выходят за пределы дома, поглощенные либо работой, либо токсическим дурманом после употребления приготовленного же ими вещества. Запасы произведенного товара увеличиваются, и чем больше они становятся, тем страшнее Гектору их потерять. Постоянное пребывание«под кайфом» прогрессирующая маниакальная подозрительность приводят к тому, что он всеми силами стремится оградить себя и свою подругу от внешнего мира: герои завешивает черной тканью окна, отчего освещенные керосиновой лампой комнаты дома в любое время суток приобретают зловещий ядовито-желтый цвет. Гектор заколачивает все возможные ходы в дом, вешает замок на входной двери, а при любом шорохе параноидально хватается за револьвер. А шорохи и посторонние звуки появляются в старом доме с завидным постоянством… Являются ли они только реакцией воспаленного человеческого сознания, измученнного чрезмерными дозами наркотика и паталогической самоизоляцией от окружающего мира или же в заброшенном доме объективно присутствуют потусторонние силы, настроенные враждебно к непрошенным гостям?
Как ни странно, фасад старого дома выглядит довольно нейтрально, нарочито дешево и достаточно слабо передает ощущение заброшенности. Интерьеры в этом плане выигрывают: комнаты без мебели, в воздухе которых смешалась пыль, копившаяся здесь годами, но потревоженная человеческим присутствием, и туман наркотического зелья, свет керосиновых ламп, придающих помещениям неестественное, призрачное освещение — все это сделано блестяще. У фильма наличествует какая-то удушливая, паталогическая атмосфера, обволакивающая зрителя, будто он сам уже неделю не выходил из комнаты с задернутыми шторами на улицу и стал забывать как выглядит солнечный свет. Во время редких выходов Гектора на улицу картинка становится непривычно яркой (а по сути — самой обычной) и буквально бьет по глазам зрителя, ослепляет его на доли секунды, как и героя фильма. Таким образом, у «Призраков опиума» есть мощнейший задел — ведь пространство фильма изначально строится как призрачное, где граница между явью и грезами становится очень тонкой, позволяя им взаимопроникать друг в друга. Аналогично здесь и представление о времени, ибо нет больше четкого различия между днем и ночью, между одними сутками и другими в доме, где каждое окно занавешено куском черной ткани…
Вот на этом просторе и развернуть бы кинематографистам проявления паранормальной активности по полной, ан нет — создатели фильма с этим явно не торопятся и большую часть картины дальше таинственных шагов в коридоре, глухих постукиваний и звонкого детского смеха дело и не идет. Признаться често, я очень боялся, что «Призраки опиума» в определенный момент превратятся в галлюцинаторное действо, обычно маловразумительное до самого финала, где зрителю предлагают хоть какое-то логическое объяснение бессвязным событиям. Но и этого в даном случае не произошло. Здесь как раз кроется главная проблема фильма: когда в нем должно начать что-либо происходить, действие уныло топчется на месте. Классическая композиция хоррора схожей тематики предполагает плавное нарастание проявлений чертовщины: от«безобидных» шумов до явно выраженной агрессии к героям. Ни о какой плавности по отношению к«Призракам опиума» говорить не приходится, ибо редкие, но действительно атмосферные и даже пугающие моменты (скажем эпизод со стуком в дверь комнаты Гектора и Дорины среди ночи) вновь сменяются бесконечной руганью героев и совершенно параноидальным поведением Гектора, который перестал доверять даже своей подруге и дошел до того, что перепрятал наркотики в место, известное только ему одному.
Страница 1 из 3
