Призраки опиума (Cookers, 2003)

Поиски смысла в этом горячечном словоблудии также оказались тщетны — диалоги персонажей во второй половине фильма процентов на 50 состоят из конструкций, где ключевым является слово«fuck» остальную же часть реплик занимают взаимные уличения во всевозможных грехах (в основном нападкам подвергается Мерл) и вялые контраргументы. Оправданием здесь может послужить тот факт, что Дэн Минтц вовсе не задавался целью запугать зрителя до полусмерти призраками и чудовищами… Сдается мне, что режиссер решил слегка покопаться в глубинах человеческой психики и задумкой был именно фильм-эмоция, темная, мрачная, депрессивная. В этом плане показателен мотив самоизоляции в доме как самоизоляции собственного существования в целом, замыкания в своем мирке, из которого ты и сам не хочешь выбраться, и тебе не дают этого сделать (см. эпизод, где Гектор оставляет Дорин одну дома). Но вот, увы, не увидел я глубины в этом подтексте, не увидел я в нем чего-то нового, не увидел шквала эмоций, который захлестывает зрителя, помогает пережить ему катарсис. Нет, речь не идет о«слезливости» картины, например, хоррор«Мэй» в целом довольно тянучий и неспешный, ошарашиват своим финалом, который заставляет отнюдь не смеяться или рыдать, но продолжать сидеть в кресле еще несколько минут в оцепенении, осмысливая увиденное. Я, конечно, могу показаться снобом, но та идейная (а не хорроровая) компонента, противопоставляющая реальности индивидуального человеческого сознания реальность объективного мира (! где допускается присутствие паранормального!), которую Минтц ввел в финале, она не открыла ничего нового ни для меня, ни во мне, она прошла мимо.

Возможно для зрителя, воспитанного исключительно на хоррор-мэйнстриме, но ищущего новые смыслы и новую выразительность, такая картина окажется революционной и открывающей новые горизонты (в противном случае зритель будет однозначно плеваться), но меня сюжетные коллизии не впечатлили совсем. Возможно, такой ракурс проблематики в 2001 году был актуален и свеж, но в 2007 году от него уже явно веет пошленькой банальностью и тривиальщиной.

Чтобы наиболее полно описать специфику фильма, позволю еще остановиться на ряде моментов, представляющихся мне важными. Актеры в «Призраках опиума» играют довольно неплохо, скажем, нарастающая нервозность Гектора очень хорошо проявляется в мимике лица, мускулы которого в минуты напряжения начинает сводить весьма неестественным образом. Он стискивает до скрежета зубы, невротически повторяет ряд движений и этот персонаж вполне под стать образу Морта Рэйни (главный герой триллера«Секретное окно» (2004)) сыгранного Джонни Деппом, который переживает значительные трансформации ближе к финалу, что внешне проявляется аналогичным образом. Однако, несмотря на некоторую динамику в развитии персонажей и предельный реализм в их поведении, они, по большому счету, остаются персонажами одной-двух ярко выведенных черт. В образе Гекторе отчетливо выведена его маниакальность, а Мерл на протяжении всего фильма так и останется рохлей… Собственно, даже не очень понятно, чем актерская игра так пленила критиков Screamfest«a — я бы сказал, что это игра качественного, добротного уровня, но никак не феноменального. Своеобразна операторская работа в фильме, а также монтаж, которые преследуют двоякую цель: с одной стороны, они подчеркивают, усиливают» наркотическую линию«в картине, более точно передавая сам процесс употребления наркотиков и вызванные препаратом галлюцинации; с другой стороны, здесь преследуется сугубо демонстративная цель — создатели» Призраков опиума«демонстрируют свои технические возможности и мастерство (без чего, собственно, нельзя пробиться в мэйнстрим).»

Признаться честно, итог вышесказанному подводить весьма трудно. Получилось так, что фильм, имеющий мощнейший эстетический и сюжетообразующий задел, оказался не слишком впечатляющим ни в плане хоррора (ибо его здесь просто довольно мало), ни в плане идейной нагрузки. Можно сказать, что «Призраки опиума» — это картина настроения, депрессивного одиночества… возможно в схожем настроении ее и стоит смотреть, ибо в противном случае придется насиловать себя, концентрируя внимание на однообразных локациях, весьма плоскостных героях и чрезвычайно вялом действии, больше походящим на сонное бормотание. Это«промывка мозгов» на протяжении всего фильма, разрешающаяся лишь в финале… Сторонникам мэйнстримового хоррора настоятельно рекомендую обходить фильм за версту, любителям же альтернативных подходов в киноискусстве вполне можно попытаь удачу — велик шанс, что картина понравится. Но в целом я советовал бы разграничить проблематику: существует ряд сильных работ, сторящихся вокруг проблемы наркотиков и состояний измененного сознания, но существует и ряд отличного хоррора в чистом виде, имеющего схожую структуру — например, блуждания по старому заброшенному дому, затерявшемуся в лесной глуши с керосинкой, составляют суть фильма«Dead Birds» которому российские лицензионщики бездумно присвоили вычурно-слащавое название«Мертвые пташки».