В каждой деревне, поселке, городке есть свои истории. Некоторые из них передаются веками, их рассказывают нам бабушки и прабабушки. Некоторые не такие старые, но тоже цепляют людей. Есть и такие, которые можно подслушать у бабушек, сидящих вечерами на лавочке. Так вот делала и я, когда мне было скучно. Расскажу и вам несколько историй — подслушанных и не подслушанных, случившихся со мной и рассказанных мне друзьями.
Добавить в моё избранное
7 мин, 19 сек 15020
Все бы и хорошо, но вот только не любил Санек стричься. Отрастит вечно космы как у девки и ходит лохматый, хуже бомжа уличного. Как бабушка ему ни говорила, как ни ругалась, все без толку.
— Вот доходишь срамным-то таким, домовой тебе все волосы попутает, будешь знать!
— сетовала она.
— Ни одна девка не посмотрит на тебя!
— Ой, да ладно тебе, ба!
— отмахнулся Санька и забрался на печку спать.
Утром дом огласился истошным визгом. Сашка орал, как резаный, пытаясь отодрать волосы от гвоздей. В бревенчатой стене торчали их шляпки, и волосы непонятным образом накрепко были к ним привязаны, образуя скомканную волосяную паутину. Мало того, от лохматой шевелюры Саньки остались только мелкие косички, свалянные во что-то грязное и непонятное. В Африке бы, наверное, позавидовали.
— Говорила я тебе! Говорила, — мурлыкала себе под нос бабушка, состригая култыши с Санькиной головы. Он только смиренно сидел и тихо хныкал.
— В следующий раз не косички заплетет он тебе, а вообще лысый останешься!
С тех пор Сашка волосы не отращивает, так с ежиком и ходит. Все боится, что домовой ему потом грязных моднявых дредов наделает.
***
Эта история тоже поведана мне Санькой. Та самая бабушка его умерла, и он перебрался обратно к маме в квартиру.
Как-то пошел он к бабушке на могилку. Идет по тропинке и вдруг слышит знакомый голос:
— Саша… Санечка…
Он головой-то завертел, а понять не может, откуда звук идет. Чуть вперед продвинулся и увидел перед собой кусты. Заросли были такие густые, что в их темени было ничего и не разглядеть.
— Санечка!
— вскрикнули из кустов.
Сашка аж подпрыгнул на месте, но к зарослям не подошел. Через мгновение оттуда из глубины появилась фигура. Саня даже и дышать забыл от страха. В кустах стояла его покойная бабушка. Она протянула к нему руку и позвала:
— Пойдем. У меня семечки есть. Ты же их любишь. Пойдем погрызем.
Тут из ее руки что-то посыпалось, но на семечки похоже не было. Какой-то сор, пыль и горсть мелких веточек.
Санька схватила мелкая дрожь, он развернулся и не оборачиваясь побежал к выходу. До дома он тоже летел, не сбавляя хода. Так весь вечер в комнате и просидел, и на кладбище он так больше и не ходит.
***
Есть в наших краях такая история. Даже не история, а байка, которой уже достаточно много лет. Вот сколько живу, а слышу уже не один раз. Её в самую пору под вечер в компаниях рассказывать.
Как и у каждой компании, было у нас раньше место для посиделок излюбленное. Находилось оно возле железнодорожной линии, по обеим сторонам которой возвышались высокие обрывистые холмы, поросшие кустами. Вот на одном из таких холмов любили сидеть и мы. Ножками болтать, пивка попить да проезжающим поездам помахать.
И вот как-то сидим мы, музыку слушаем и на поезда пялимся. Внезапно один друг вспомнил эту историю и стал нам рассказывать.
Раньше тут другая компания гуляла, и была в этой компании пара влюбленных. Сильно они друг друга любили, но вот парень шибко уж ревнивый был. В один вечер приревновал он ее к другу. Пошли они на этот холм поговорить да в запале ссоры махать руками стали. Девчонка его толкнула, парень споткнулся и на рельсы полетел. Поезд был уже близко и остановиться не успел. Так паренька и не стало, а спустя год та девчонка пропала. Искали все кто мог. Потом в тех кустах на холме её мертвой нашли, а причину смерти так и не установили. Мол, насильственных следов нет, отпечатков тоже. Дело закрыли.
С того времени на другой стороне холма время от времени стали трупы девушек находить. Поговаривали о маньяке, которого так и не нашли. Ведь, как и у первой девушки, никаких следов… А среди молодых слух пошел, что это дух того парня не успокоился и мстит за свою смерть, и по тем кустам лучше одному не ходить.
Пока друг рассказывал, на холме уж темнеть начало. Внизу пронесся поезд, издавая длинный громкий гудок. И вот сидишь после истории, как из реальности выпал, а от гула поезда и сердце вниз падает. На душе тоскливо так и жутко. Все молчат и в кусты напротив вглядываются. Не по себе становится, и приходить сюда уже не хочется.
Вот такие истории. Их, конечно, много и всех, к сожалению, не упомнишь. Ведь сейчас я в своем родном краю бываю редко, многое стирается из памяти. Надеюсь, вспомню что-то еще и обязательно напишу.
— Вот доходишь срамным-то таким, домовой тебе все волосы попутает, будешь знать!
— сетовала она.
— Ни одна девка не посмотрит на тебя!
— Ой, да ладно тебе, ба!
— отмахнулся Санька и забрался на печку спать.
Утром дом огласился истошным визгом. Сашка орал, как резаный, пытаясь отодрать волосы от гвоздей. В бревенчатой стене торчали их шляпки, и волосы непонятным образом накрепко были к ним привязаны, образуя скомканную волосяную паутину. Мало того, от лохматой шевелюры Саньки остались только мелкие косички, свалянные во что-то грязное и непонятное. В Африке бы, наверное, позавидовали.
— Говорила я тебе! Говорила, — мурлыкала себе под нос бабушка, состригая култыши с Санькиной головы. Он только смиренно сидел и тихо хныкал.
— В следующий раз не косички заплетет он тебе, а вообще лысый останешься!
С тех пор Сашка волосы не отращивает, так с ежиком и ходит. Все боится, что домовой ему потом грязных моднявых дредов наделает.
***
Эта история тоже поведана мне Санькой. Та самая бабушка его умерла, и он перебрался обратно к маме в квартиру.
Как-то пошел он к бабушке на могилку. Идет по тропинке и вдруг слышит знакомый голос:
— Саша… Санечка…
Он головой-то завертел, а понять не может, откуда звук идет. Чуть вперед продвинулся и увидел перед собой кусты. Заросли были такие густые, что в их темени было ничего и не разглядеть.
— Санечка!
— вскрикнули из кустов.
Сашка аж подпрыгнул на месте, но к зарослям не подошел. Через мгновение оттуда из глубины появилась фигура. Саня даже и дышать забыл от страха. В кустах стояла его покойная бабушка. Она протянула к нему руку и позвала:
— Пойдем. У меня семечки есть. Ты же их любишь. Пойдем погрызем.
Тут из ее руки что-то посыпалось, но на семечки похоже не было. Какой-то сор, пыль и горсть мелких веточек.
Санька схватила мелкая дрожь, он развернулся и не оборачиваясь побежал к выходу. До дома он тоже летел, не сбавляя хода. Так весь вечер в комнате и просидел, и на кладбище он так больше и не ходит.
***
Есть в наших краях такая история. Даже не история, а байка, которой уже достаточно много лет. Вот сколько живу, а слышу уже не один раз. Её в самую пору под вечер в компаниях рассказывать.
Как и у каждой компании, было у нас раньше место для посиделок излюбленное. Находилось оно возле железнодорожной линии, по обеим сторонам которой возвышались высокие обрывистые холмы, поросшие кустами. Вот на одном из таких холмов любили сидеть и мы. Ножками болтать, пивка попить да проезжающим поездам помахать.
И вот как-то сидим мы, музыку слушаем и на поезда пялимся. Внезапно один друг вспомнил эту историю и стал нам рассказывать.
Раньше тут другая компания гуляла, и была в этой компании пара влюбленных. Сильно они друг друга любили, но вот парень шибко уж ревнивый был. В один вечер приревновал он ее к другу. Пошли они на этот холм поговорить да в запале ссоры махать руками стали. Девчонка его толкнула, парень споткнулся и на рельсы полетел. Поезд был уже близко и остановиться не успел. Так паренька и не стало, а спустя год та девчонка пропала. Искали все кто мог. Потом в тех кустах на холме её мертвой нашли, а причину смерти так и не установили. Мол, насильственных следов нет, отпечатков тоже. Дело закрыли.
С того времени на другой стороне холма время от времени стали трупы девушек находить. Поговаривали о маньяке, которого так и не нашли. Ведь, как и у первой девушки, никаких следов… А среди молодых слух пошел, что это дух того парня не успокоился и мстит за свою смерть, и по тем кустам лучше одному не ходить.
Пока друг рассказывал, на холме уж темнеть начало. Внизу пронесся поезд, издавая длинный громкий гудок. И вот сидишь после истории, как из реальности выпал, а от гула поезда и сердце вниз падает. На душе тоскливо так и жутко. Все молчат и в кусты напротив вглядываются. Не по себе становится, и приходить сюда уже не хочется.
Вот такие истории. Их, конечно, много и всех, к сожалению, не упомнишь. Ведь сейчас я в своем родном краю бываю редко, многое стирается из памяти. Надеюсь, вспомню что-то еще и обязательно напишу.
Страница 2 из 2
