На основе реальных воспоминаний… Я хорошо помню тот день. А если быть точным, то два дня. Да, именно так — те два дня и две ночи.
Добавить в моё избранное
6 мин, 49 сек 6779
Я не помню, почувствовал ли тогда запах мочи — наверное, нет…
В комнате никого не было. Только Сенька мерно посапывал в своей кровати, как всегда, сбросив одеяло на пол.
Я сильно ущипнул себя за ногу. При этом я старался шевелиться как можно меньше. Почему, не знаю. Наверное, сработали какие-то древние инстинкты самосохранения. Боль от щипка не произвела никакого эффекта, и тогда я решил закрыть глаза.
Я пытался уговорить себя, что мне это приснилось, что это просто причудилось и что я вообще не верю в нечисть и вампиров с Бабами Ягами. Немного помогло. Сон начал одурманивать меня, а чувства притупились. Но начав погружаться в пучину сна, я снова услышал это.
Кто-то медленно шёл через мою комнату — от двери к окну и обратно. Этот «кто-то» точно знал — открыты мои глаза или закрыты. Когда я открывал глаза, скрипы прекращались, а когда закрывал, то уже через минуту босые ноги проделывали уже знакомый путь. А потом всё прошло, и я уже не помню, как заснул.
Утром я искупался и сменил бельё, пока Сенька не заметил обписанного старшего брата. Мы позавтракали яичницей с помидорами и ржаным хлебом. Запили холодной ряженкой.
Потом я рассказал всё братишке. Несмотря на свои шесть лет, он не поверил ни единому моему слову. Конечно, я не стал ему рассказывать, как наделал в штаны от страха. Мы весь день просидели дома. У меня не было настроения никуда выходить. Вечером позвонил отец, и я рассказал ему о случившимся. Он философски отнесся к моему рассказу, посоветовал поменьше смотреть на ночь телевизор, и главное, чтобы я не вздумал ничего рассказывать брату…
В кровать я взял фонарик, кухонный нож и палку, которой отец выбивал ковры возле дома. Только видя мои приготовления, Сенька наконец вроде мне поверил и тоже запасся фонариком. Несмотря на нервозность, мы уснули быстро.
Страшный вопль заставил меня подскочить и чуть было не упасть с кровати. Я проснулся мгновенно. Сенька сидел в кровати, поджав под себя ноги. Дрожащими руками он держал фонарик, который светил тусклым желтым светом.
— Я… я… я слышал, — шёпотом проговорил Сенька.
— Оно ходило совсем рядом. Оно, наверное, хочет нас съесть…
Я, дрожа всем телом, на несгибающихся ногах вылез из кровати и включил свет по всей квартире. Конечно, никого не оказалось. Ни вампиров, ни других злобных монстров. Я сказал Сеньке, что ему померещилось и что это просто плохой сон, хотя сам не верил в свои слова. Я пообещал, что не буду выключать свет всю ночь. Сенька сказал, что не собирается спать, пока не приедет папа и не прогонит чудовище. Его хватило не больше, чем минут на десять, и вскоре он, словно позабыв обо всем, мирно сопел.
Я же решил держаться до последнего и дождаться утра. Меня хватило на полчаса…
Когда усталость взяла своё, и веки мои, несмотря на пережитое, начали закрываться, свет в квартире вдруг погас. Так бывает, когда вышибает пробки. Темнота казалась мне осязаемой и словно живой. Запах сгоревших пробок проник мне в ноздри, и в тот момент я услышал шум крыльев. Мне показалось, что какая-то крупная птица или огромная летучая мышь пронеслась мимо, рассекая воздух мощными взмахами крыльев. А потом ночь разорвал звук разбитого стекла. Сенька тоже проснулся и смотрел на меня в полном оцепенении. Про фонарики мы оба забыли.
Не знаю почему, но я почему-то сразу понял, что бояться больше нечего. Страх прошёл.
Утром я увидел в окне круглое отверстие размером с кулак. Края были оплавлены, и от них расходились мелкие трещинки.
Когда приехали родители, я рассказал что произошло. Конечно, отец сразу пошел проверять дыру в стекле. Он очень удивился тому, что стекло оплавилось, но решил, что наверняка нас с братом посетила обычная шаровая молния.
Прошли годы. Сенька давно уже позабыл про тот случай, но я, где-то внутри себя, в каком-то далеком уголке подсознания, помню те скрипучие, медленные шаги.
В комнате никого не было. Только Сенька мерно посапывал в своей кровати, как всегда, сбросив одеяло на пол.
Я сильно ущипнул себя за ногу. При этом я старался шевелиться как можно меньше. Почему, не знаю. Наверное, сработали какие-то древние инстинкты самосохранения. Боль от щипка не произвела никакого эффекта, и тогда я решил закрыть глаза.
Я пытался уговорить себя, что мне это приснилось, что это просто причудилось и что я вообще не верю в нечисть и вампиров с Бабами Ягами. Немного помогло. Сон начал одурманивать меня, а чувства притупились. Но начав погружаться в пучину сна, я снова услышал это.
Кто-то медленно шёл через мою комнату — от двери к окну и обратно. Этот «кто-то» точно знал — открыты мои глаза или закрыты. Когда я открывал глаза, скрипы прекращались, а когда закрывал, то уже через минуту босые ноги проделывали уже знакомый путь. А потом всё прошло, и я уже не помню, как заснул.
Утром я искупался и сменил бельё, пока Сенька не заметил обписанного старшего брата. Мы позавтракали яичницей с помидорами и ржаным хлебом. Запили холодной ряженкой.
Потом я рассказал всё братишке. Несмотря на свои шесть лет, он не поверил ни единому моему слову. Конечно, я не стал ему рассказывать, как наделал в штаны от страха. Мы весь день просидели дома. У меня не было настроения никуда выходить. Вечером позвонил отец, и я рассказал ему о случившимся. Он философски отнесся к моему рассказу, посоветовал поменьше смотреть на ночь телевизор, и главное, чтобы я не вздумал ничего рассказывать брату…
В кровать я взял фонарик, кухонный нож и палку, которой отец выбивал ковры возле дома. Только видя мои приготовления, Сенька наконец вроде мне поверил и тоже запасся фонариком. Несмотря на нервозность, мы уснули быстро.
Страшный вопль заставил меня подскочить и чуть было не упасть с кровати. Я проснулся мгновенно. Сенька сидел в кровати, поджав под себя ноги. Дрожащими руками он держал фонарик, который светил тусклым желтым светом.
— Я… я… я слышал, — шёпотом проговорил Сенька.
— Оно ходило совсем рядом. Оно, наверное, хочет нас съесть…
Я, дрожа всем телом, на несгибающихся ногах вылез из кровати и включил свет по всей квартире. Конечно, никого не оказалось. Ни вампиров, ни других злобных монстров. Я сказал Сеньке, что ему померещилось и что это просто плохой сон, хотя сам не верил в свои слова. Я пообещал, что не буду выключать свет всю ночь. Сенька сказал, что не собирается спать, пока не приедет папа и не прогонит чудовище. Его хватило не больше, чем минут на десять, и вскоре он, словно позабыв обо всем, мирно сопел.
Я же решил держаться до последнего и дождаться утра. Меня хватило на полчаса…
Когда усталость взяла своё, и веки мои, несмотря на пережитое, начали закрываться, свет в квартире вдруг погас. Так бывает, когда вышибает пробки. Темнота казалась мне осязаемой и словно живой. Запах сгоревших пробок проник мне в ноздри, и в тот момент я услышал шум крыльев. Мне показалось, что какая-то крупная птица или огромная летучая мышь пронеслась мимо, рассекая воздух мощными взмахами крыльев. А потом ночь разорвал звук разбитого стекла. Сенька тоже проснулся и смотрел на меня в полном оцепенении. Про фонарики мы оба забыли.
Не знаю почему, но я почему-то сразу понял, что бояться больше нечего. Страх прошёл.
Утром я увидел в окне круглое отверстие размером с кулак. Края были оплавлены, и от них расходились мелкие трещинки.
Когда приехали родители, я рассказал что произошло. Конечно, отец сразу пошел проверять дыру в стекле. Он очень удивился тому, что стекло оплавилось, но решил, что наверняка нас с братом посетила обычная шаровая молния.
Прошли годы. Сенька давно уже позабыл про тот случай, но я, где-то внутри себя, в каком-то далеком уголке подсознания, помню те скрипучие, медленные шаги.
Страница 2 из 2
