Летняя ночь уже вступила в свои права и манила из окна кухни на улицу — в тёплый ласковый сумрак, где пели песни под гитару загулявшие компании на лавочках детских площадок. Юля быстро домывала последнюю тарелку, руки немели от ледяной воды — отец не разрешал включать нагреватель, неэкономно, много света крутит. Глаза слипались, но спать нельзя — ещё целая ванная белья замочена. Юля всегда стирала бельё ночью, пока отец спит, чтобы не видел, как она греет воду для стирки на газу, увидел прибил бы за неэкономию…
Добавить в моё избранное
9 мин, 35 сек 11481
И главное, крик такой стоял дикий, а тут бах и тишина! Я к двери-то ухом прислонилась — тихо, дёргаю, а дверь то открыта. Ну я тихонько иду и Юльку-то зову, мож откликнется кто. И в зал, значитца захожу, а там ужасть какая! Гришка-то на постеле своей лежит, руки врастопырку, я приглянулась, а рожа-то вся в крови у него, я так и ахнула! Думаю, Юльку надо найти и в комнату отхожу в другую, гляжу Юленька сидит на креселке, ровно так, ручки на коленях и в одну точку смотрит, улыбается. Я думаю, может шок у ней, мало ли что здесь случилось, тихонько за плечо её трогаю, она резко так поворачивается на меня, я аж отскочила, глазищи сверкают, вся дрожит и главное, улыбается так, скалится ажно и громко так:
— А знаешь тётя Катя, кто я?
Я думаю, поддакивать надо ей, от такой жизни-то мож и свихнулась чуть, улыбаюсь и ласково так:
— Конечно, Юленька, знаю, ты соседка моя, Юля.
Она засмеялась громко так и кричит мне:
— Нет, тётя Катя, а вот и нет! Я — чёртова девка теперь! Девка чёрта! С чёртом жить буду! Чёрт за мной пришёл, я его теперь девка! — смеётся смеётся радостно так, ажно заливается. Я стою и незнай чего делать-то с ней, уйти боюсь — она по полу катается и смеётся, смеётся, мало ли, думаю, чего сделает с собой. А сама боюсь до жути и Петьку, заразу, не дождёшься.
Тут она замерла, с полу поднялась, встала и глядит куда-то и улыбается. Потом волосы руками пригладила и из комнаты вышла. Я за ней — мало ли… А она в зал зашла, где Гришка-то лежит, дверь захлопнула прям перед носом моим, я аж замерла… Потом думаю мало ли, захожу — Гришка лежит, а Юли нет нигде, я грешным делом и в шкаф посмотрела и за шторами — балкона-то нет у них, а её нет нигде, тут Петька мой заходит наконец, Гришку увидел, аж замер, растерялся и на меня глядит, а я на него. И тут опять громко-громко Юля будто хохочет, звонко так и шепчет всё:
— Девка чёрта, чёртова девка, чёрт за мной пришёл, чёрт меня увёл…
Мы с мужиком оборачиваемся, башками-то крутим, а нет никого и тут опять такая тишина стала и Петька у меня как заорёт вдруг, меня за руку и бежать из квартиры… Вот и всё, а там уж домой мы с ним прибегли и милицию вызвали. Потом уж скорая приехала, говорят что Гришка-то от разрыва сердца помер. А перед энтим глаза ему кто-то выколол, вот. Ужасть чё творится и, главное, Юлю так и не нашли, куда подевалась? — вздохнув, тётя Катя перекрестилась и замолчала.
— А знаешь тётя Катя, кто я?
Я думаю, поддакивать надо ей, от такой жизни-то мож и свихнулась чуть, улыбаюсь и ласково так:
— Конечно, Юленька, знаю, ты соседка моя, Юля.
Она засмеялась громко так и кричит мне:
— Нет, тётя Катя, а вот и нет! Я — чёртова девка теперь! Девка чёрта! С чёртом жить буду! Чёрт за мной пришёл, я его теперь девка! — смеётся смеётся радостно так, ажно заливается. Я стою и незнай чего делать-то с ней, уйти боюсь — она по полу катается и смеётся, смеётся, мало ли, думаю, чего сделает с собой. А сама боюсь до жути и Петьку, заразу, не дождёшься.
Тут она замерла, с полу поднялась, встала и глядит куда-то и улыбается. Потом волосы руками пригладила и из комнаты вышла. Я за ней — мало ли… А она в зал зашла, где Гришка-то лежит, дверь захлопнула прям перед носом моим, я аж замерла… Потом думаю мало ли, захожу — Гришка лежит, а Юли нет нигде, я грешным делом и в шкаф посмотрела и за шторами — балкона-то нет у них, а её нет нигде, тут Петька мой заходит наконец, Гришку увидел, аж замер, растерялся и на меня глядит, а я на него. И тут опять громко-громко Юля будто хохочет, звонко так и шепчет всё:
— Девка чёрта, чёртова девка, чёрт за мной пришёл, чёрт меня увёл…
Мы с мужиком оборачиваемся, башками-то крутим, а нет никого и тут опять такая тишина стала и Петька у меня как заорёт вдруг, меня за руку и бежать из квартиры… Вот и всё, а там уж домой мы с ним прибегли и милицию вызвали. Потом уж скорая приехала, говорят что Гришка-то от разрыва сердца помер. А перед энтим глаза ему кто-то выколол, вот. Ужасть чё творится и, главное, Юлю так и не нашли, куда подевалась? — вздохнув, тётя Катя перекрестилась и замолчала.
Страница 3 из 3
