В этом парке я не была двадцать лет. А ведь когда-то, придумав для Юры любую достоверную причину, бежала сюда. Скамейка на дальней аллее…
Добавить в моё избранное
6 мин, 13 сек 6531
Он звонил, я придумывала причину, зачем мне надо уйти, и мчалась в парк, находящийся вне времени и всей иной жизни. Мы гуляли, болтали, немного целовались. И мне и ему хотелось уже чего-то большего, но Стас почему-то не спешил искать какой-нибудь угол, где мы могли бы стать любовниками. Последний раз я приехала на нашу аллею за неделю до свадьбы. В тот день мы оба молчали. Я украдкой посмотрела на часы. Они остановились. Стас, заметив мой взгляд, невесело усмехнулся:
— Пора идти к жениху?
— Хочешь, я не пойду? Позвоню ему и скажу, что все кончено. Что я люблю другого?
Слово вырвалось. Сердце мое замерло.
— Нет, — сказал Стас и встал.
— Я не могу так поступить со своим другом. Прости.
Он ушел, не оглядываясь. Я плакала от обиды, от отчаяния, от безысходности. Кем же была я для него, мужчины, превратившегося в смысл всей жизни?
К черту! Я выхожу замуж и забуду его навсегда…
На свадьбу любимый пришел с женой — они помирились. Пригласил меня на танец. Но был холоден и равнодушен. Это был конец всего. Больше мы не виделись.
Прошло лет десять… Однажды зимой нам позвонила Лида, жена Стаса. Я сняла трубку.
— Юля? Думаю, ты должна знать. Стас вчера умер. Внезапно. Знаешь, накануне он долго рассматривал ваше с Юрой свадебное фото. Ему когда-то твой муж подарил, по его просьбе. Я еще удивилась: зачем? Теперь понимаю. Приходи попрощаться.
Я не пошла. Не хотела видеть его мертвым. Он всегда был в моих мыслях, все эти десять лет. Незримой тенью. Ему я рассказывала о своих неудачах, обидах и мечтах. Может, в какой-то точке пространства-времени он все еще жив? Могла не притворяться и не лукавить, быть самой собой. И если мне будет очень нужно, я могу позвонить… Не знаю, догадывался ли Юра, что за неделю до свадьбы я была готова его бросить…
… Сегодня двадцать лет, как Стаса не стало. Вот и поворот у раскидистого дерева. Кусты сирени превратились в непролазную чащу. Порыв холодного ветра поднял снежные искры. А вот и скамейка, правда, другая. И знакомая фигура на ней.
— Стас? — присела на край.
Мужчина смотрел с нежностью и грустью. Все такой же, молодой, красивый, с серебряными искрами в темных глазах:
— Кажется, ты счастлива. У тебя умная дочь и славный внук… Юрка многого добился. Молодец. Сильный мужик. Правильный. Я все знаю о вас. Иногда подглядываю в окно…
— Мы живем на восемнадцатом этаже, — напомнила я.
— Таким, как я, все равно. Хоть на сотом. Сегодня меня отпустили к тебе. Один раз на пороге вечности. Ведь осталось нечто незавершенное. Я должен сказать это, прежде чем уйти. Что не решился сказать тогда. Я люблю тебя, Юля!
Он взял меня за руку. Ладонь была теплая, жесткая и живая.
— Но тебя же больше нет…
— Ты уверена? Помнишь, я говорил, что время и пространство — это одна сущность? И где-то на определенном отрезке времени в определенной точке пространства мы все те же. Живые. И этот парк, и эта скамейка — не изменились. Прощай. Я люблю тебя. Там, в ином мире…
Он ушел. Ветер поднял вихрь листьев (а только что была зима!) и скрыл от меня высокую фигуру.
— И я люблю тебя, — прошептала в удаляющуюся тень.
— Здесь, сейчас и всегда.
— Пора идти к жениху?
— Хочешь, я не пойду? Позвоню ему и скажу, что все кончено. Что я люблю другого?
Слово вырвалось. Сердце мое замерло.
— Нет, — сказал Стас и встал.
— Я не могу так поступить со своим другом. Прости.
Он ушел, не оглядываясь. Я плакала от обиды, от отчаяния, от безысходности. Кем же была я для него, мужчины, превратившегося в смысл всей жизни?
К черту! Я выхожу замуж и забуду его навсегда…
На свадьбу любимый пришел с женой — они помирились. Пригласил меня на танец. Но был холоден и равнодушен. Это был конец всего. Больше мы не виделись.
Прошло лет десять… Однажды зимой нам позвонила Лида, жена Стаса. Я сняла трубку.
— Юля? Думаю, ты должна знать. Стас вчера умер. Внезапно. Знаешь, накануне он долго рассматривал ваше с Юрой свадебное фото. Ему когда-то твой муж подарил, по его просьбе. Я еще удивилась: зачем? Теперь понимаю. Приходи попрощаться.
Я не пошла. Не хотела видеть его мертвым. Он всегда был в моих мыслях, все эти десять лет. Незримой тенью. Ему я рассказывала о своих неудачах, обидах и мечтах. Может, в какой-то точке пространства-времени он все еще жив? Могла не притворяться и не лукавить, быть самой собой. И если мне будет очень нужно, я могу позвонить… Не знаю, догадывался ли Юра, что за неделю до свадьбы я была готова его бросить…
… Сегодня двадцать лет, как Стаса не стало. Вот и поворот у раскидистого дерева. Кусты сирени превратились в непролазную чащу. Порыв холодного ветра поднял снежные искры. А вот и скамейка, правда, другая. И знакомая фигура на ней.
— Стас? — присела на край.
Мужчина смотрел с нежностью и грустью. Все такой же, молодой, красивый, с серебряными искрами в темных глазах:
— Кажется, ты счастлива. У тебя умная дочь и славный внук… Юрка многого добился. Молодец. Сильный мужик. Правильный. Я все знаю о вас. Иногда подглядываю в окно…
— Мы живем на восемнадцатом этаже, — напомнила я.
— Таким, как я, все равно. Хоть на сотом. Сегодня меня отпустили к тебе. Один раз на пороге вечности. Ведь осталось нечто незавершенное. Я должен сказать это, прежде чем уйти. Что не решился сказать тогда. Я люблю тебя, Юля!
Он взял меня за руку. Ладонь была теплая, жесткая и живая.
— Но тебя же больше нет…
— Ты уверена? Помнишь, я говорил, что время и пространство — это одна сущность? И где-то на определенном отрезке времени в определенной точке пространства мы все те же. Живые. И этот парк, и эта скамейка — не изменились. Прощай. Я люблю тебя. Там, в ином мире…
Он ушел. Ветер поднял вихрь листьев (а только что была зима!) и скрыл от меня высокую фигуру.
— И я люблю тебя, — прошептала в удаляющуюся тень.
— Здесь, сейчас и всегда.
Страница 2 из 2
