Чучело-мяучело

Трубы, трубы, трубы — они уходили вперед, насколько хватало взгляда, вились змеями на полу, металлическим плющом облепляли стены, запирали Кирилла в причудливую разноцветную клетку. Кирилл, который всю жизнь считал, что существуют лишь три типа труб — для холодной воды, горячей и канализация, — был впечатлен.

— Сюда на экскурсию можно водить, — восхищенно бормотал он, ощупывая фонариком переплетения коммуникаций.

— Или вообще квест организовать — даже декораций не нужно…

Фантазии о том, как можно использовать подвал, настолько захватили Кирилла, что он, озираясь по сторонам и задирая голову, совсем перестал смотреть под ноги. Поэтому совершенно не удивился, когда наткнулся на что-то мягкое.

Ожидая, что это очередная куча непонятного тряпья, он опустил голову, повел фонариком, и…

— Тьфу, мля! — отскочил в сторону, больно ударившись спиной о стену.

Перед ним, на правом боку, повернувшись к Кириллу спиной, лежал человек. Тусклый луч выхватил стоптанные, потерявшие всякую форму ботинки, дырявую телогрейку с оторванным рукавом, сбившиеся в колтуны волосы…

— Эй, — Кирилл брезгливо толкнул бомжа носком кроссовки.

— Эй… Ты как тут оказался?

Бомж не ответил.

Кирилл прислушался. Странное дело, но тот не издавал ни звука — ни храпения, ни сонного бормотания, ни сопения.

Кирилл наклонился, ловя ухом дыхание. В нос ударила резкая волна вони — тугой и терпкой смеси застарелых мочи и пота, гноя, дешевого табака и еще чего-то, неуловимо знакомого, но никак не связывающегося в памяти с бомжами. Кирилл, не удержавшись, чихнул, а потом спрятал нос в сгибе локтя — от вони начала кружиться голова.

— Эй, — промычал он в руку.

— Эй… Ты вывой?

Бомж молчал и не шевелился.

— Эй! — он пнул бомжа со всей силы.

— Эй!

Рука, вытянутая до этого вдоль левого бока, дрогнула и бессильно упала за спину.