ЛЮДАеды

А настоящему мужику от баб нужен только секс! Если говорить откровенно! Причём, жёсткий и грязный секс! А не романтично-мусипусичный или миссионерский.

— А я про это и говорю! А не про то, что я вижу счастье в сопливых, орущих детях, в сварливой тёще и в приевшейся жене, — не найдя в своём высказывании противоречий, попытался повторно донести оппоненту свою точку зрения Степан, огорчённый невнимательностью собеседника. — Я всеми руками голосую за холостяцкую, кишащую сексуальным разнообразием, беспорядочную половую жизнь, позволяющую безнаказанно бегать за каждой встречной юбкой и разгадывать всё новые и новые женские загадки! А как можно прожить такую жизнь без баб?

— А, что такого незаменимого есть в людях женского пола, что может помешать осуществить полноценную, половую, БЕЗДЕТНУЮ жизнь? – в свою очередь поинтересовался Герасим, намекая на (ненужный для бездетной жизни) детородный женский орган. — Обходятся же как-то без баб мужики в тюрьме? Или на необитаемом острове? Робинзон Крузо, на самом деле, наверняка, с удовольствием пользовался тем экзотическим чернокожим юношей с именем «Пятница». Просто об этом не стали писать в детской книжке, чтобы не сломать читающему ребёнку психику. Я видел мужиков, у которых грудь, по размерам, не уступает Людкиной, а жопы, примерно, у всех одинаковые. А, о ртах и говорить нечего!

— Фу! Как тебе не противно говорить о мерзком гомосексуализме? – брезгливо отпрял от собутыльника Степан, закрывая руками уши.

— А что: «ФУ»? Если отбросить привитые обществом комплексы, то, теоретически, можно, наверное, полюбить и однополое существо. Главное, увидеть в нём то, за что его можно полюбить. И если верить народной мудрости, гласящей о том, что каждый человек красив по-своему, то можно с уверенностью утверждать, что это вполне осуществимо! Взять, к примеру, миллионера из фильма «В джазе только девушки». Он так сильно влюбился в героиню, что когда узнал, что это переодетый мужик, даже не обратил на это внимание! А он не был педиком! Я почти уверен, что трахнув в Таиланде танцовщицу в задницу, ты будешь убеждён, что переспал с бабой, а не с трансвеститом. После чего, ты не будешь себя считать «голубым», а будешь чувствовать себя нормальным мужиком, «отпежившем» классную«тёлку»!

— Кстати, да! – оживлённо закивал головой Степан. — Такая ситуация вполне возможна и, наверняка, многие нормальные мужики, попавшись на эту таиландскую уловку, невольно встали под голубые знамёна гомосексуализма.

— Подожди минутку, я сейчас! – торопливо произнёс Герасим и, дружески похлопав Степана по плечу, выбежал из комнаты.

— Живот прихватило, что ли? – предположил плотник и, уставившись на чучело медведя, кивнул в сторону захлопнувшейся двери. – Видал, как приспичило? Наверное, Людка обратно «просится»! А ведь я предупреждал, что они не подходят друг другу!

Медведь молча стоял в прежней позе с растопыренными лапами и угрожающе смотрел чуть выше Степана.

— А сам-то ты, я надеюсь, не из-за самки пострадал? Послала тебя, поди, медведица на охоту, а ты, вместо этого, на охотников вышел. Чего молчишь, угадал я? – спросил чучело сильно захмелевший плотник и прищурил один глаз, чтобы сфокусировать взгляд на морде зверя. — По глазам вижу, что угадал! Не Маша ведь тебя «завалила»? Хотя, могла и она. Все бабы очень коварны и опасны, независимо от возраста. Любая маленькая девочка готова три шкуры с родителей спустить, чтобы ей подарили куклу. А взрослая, ради новой шубы, и с медведя, не раздумывая, шкуру сдерёт.

Слуховая память давно убитого медведя отреагировала на слова «охотники», «шкура», «шуба», «Маша» и волосяной покров чучела вздыбился. Возможно, вставшие дыбом волосы зверя отреагировали вовсе не на слова пьяного мастера по дереву, а на сквозняк, возникший от открывшейся входной двери. Но причиной вздыбившихся седых волос Степана стал именно появившийся в дверях Герасим.

Красное, красивое платье Людмилы, напяленное шофёром на себя, пришлось ему как раз по размеру и хорошо «сидело» на его женственной фигуре. Губы были ярко накрашены помадой такого же, как и платье, цветом. Волосатые ноги скрывали плотные чёрные колготы, а широкие плечи и мощные руки были спрятаны под короткой шубкой из чернобурки. Голову прикрывал пуховый оренбургский платок, завязанный излюбленным способом Люды.

— А вот и я! Скучал, поди, без меня? – кокетливо спросил Герасим, подражая тоненькому голоску Людмилы, у открывшего от удивления рот Степана, и медленно покружился.

— Людка?! – удивлённо прохрипел плотник, пытаясь навести резкость на расплывшемся объекте былой страсти.

— Да, это я! – начал подыгрывать, переодетый в Люду, шофёр, продолжающему пребывать в сильном шоке собутыльнику, при этом, шутливо виляя перед ним задницей. – Согласись, что моя попа ничуть не хуже той, которую ты лапал?

Налитые кровью и водкой глаза Степана обезумели от счастья и, приведя другие органы чувств в возбуждённое состояние, отключили мозг.