— Тихо как, - сказала светловолосая девушка, стоя у распахнутого окна. Сейчас везде тихо, - буркнул приземистый короткостриженый парень в кресле, - и вообще, надо бы забить это окно. - Да я же не в этом смысле, - укоризненно сказала девушка, вдыхая тяжелый запах луговых трав.
Добавить в моё избранное
25 мин, 48 сек 435
Ужас придавал сил. Нэд буквально летел, не чувствуя ног. И Дядька не отставал. Вот это старик, мельком подумал Нэд, но тут же забыл об этом. Пятьдесят метров! В боку нещадно закололо. Нэд никогда не отличался особой прытью, но сейчас ему казалось, что он побил все мировые рекорды по скорости. Дядька начал отставать. Тридцать метров! Сердце колотилось в груди, едва ли не выскакивая. Нэд почувствовал, что уже и сам не выдерживает. Но сзади доносился громогласный шорох травы под сотнями ног. Многоголосое бормотание и всхлипывания. Совсем рядом! Да откуда же у них столько сил, подумал Нэд, они же все мертвые! Двадцать метров! Дядька издал гортанный звук и запнулся. Но тут же с разворота отмахнулся дробовиком от одного особо быстрого трупа, выстрелил в набегавшую толпу, развернулся и снова побежал изо всех сил. Десять метров! Сердце уже не стучало, а гулко бухало в груди, шумела кровь в висках. Нэд почувствовал, что вот-вот у него лопнет сердце, перед глазами поплыли круги. Вот и проем в стене сарая! Внутри приставная лестница, ведущая наверх. Только бы успеть! Нед влетел в сарай первым, подбежал к лестнице, нащупал ее в кромешной тьме и остановился, поджидая Дядьку. Бах! Бах! Бах! — Нэд в считанные секунды разрядил очередной барабан, но зато первые мертвецы, нагнавшие Дядьку, упали. Разрыв между Дядькой и толпой стал больше. Дядька, шатаясь, подбежал к лестнице.
— Лезь первым! — крикнул Нэд.
Дядька, закинув дробовик за спину, кое-как стал подниматься. Было видно, что все силы он положил на этот забег. Судорожно цепляясь руками за перекладины, казалось, он вот-вот сорвется вниз. Но все-таки долез до верха и, тяжело перевалившись через край, рухнул на доски второго этажа. За ним, так же тяжело перевалившись, залез Нэд. Лежа на полу, он стал цепляться за верхнюю часть лестницы, пытаясь втянуть ее наверх. Но снизу ее уже держали. Истлевшие руки цеплялись за лестницу. Вдруг они все-таки сумеют забраться? Дядька, кряхтя, встал с пола, подошел к краю. Внизу ничего не было видно, но они были там. Целый легион. Нэд тоже встал и крепко держал лестницу. Тогда Дядька не целясь выстрелил вниз, в толпу. Еще. И еще. Хватка ослабла, и Нэд быстро втянул лестницу наверх.
Они лежали в кромешной темноте и никак не могли отдышаться. Но даже за гулким дыханием было слышно бормотание, доносившееся снизу. Они не уйдут. Они никуда не уйдут, они будут ждать. Будут ждать, когда они слезут. Пусть они их не видят, но прекрасно их чувствуют. Это они подметили давно. Не известно, каким органом чувств, но они прекрасно чувствуют живую плоть, когда она рядом. И они будут ждать до последнего, пока не доберутся до нее. В темноте было особенно жутко. Они их не видели, но слышали. А вдруг, они в это время подбираются к ним поближе? Вдруг, они уже каким-то образом забрались наверх и сейчас подбираются к ним? У Нэда мороз по коже прошел, от этой мысли. Вот рядом лежит Дядька, шумно дышит. А вдруг он сейчас захрипит перегрызенным горлом и его будут жрать заживо?
— Дядька, — позвал Нэд.
— А? — откликнулся старик, переводя дух. Дыхание его восстановилось, он уже успокоился.
— Ты говорил, что принес сюда фонарь.
— Да. Только не фонарь, а лампу.
— Она сейчас была бы кстати.
Дядька зашевелился и, судя по звуку, встал на ноги. Раздались его шаги куда-то в сторону. Дядька прошел в угол и возился там, пытаясь найти лампу на ощупь. Наконец, раздался его голос:
— Нашел!
Послышался звук зажигалки. В углу появился маленький язычок пламени, осветив согнувшегося в три погибели Дядьку. Нэд с усилием подавил в себе желание оглянуться, такой огонек не мог осветить все пространство. Маленький язычок пламени перебрался за стекло лампы, стал размытым. Лампа разгорелась, стало намного светлее. Нэд неторопясь оглянулся. Никого. А вот внизу… Нэд встал, и с Дядькой подошел к краю настила. Да, они были все там. Толпа. Море тел, заполонивших весь этаж под ними. Они шатались и топтались на одном месте. Некоторые неосознанно ощупывали руками стены и несущие балки. Некоторые неистово колотили руками в стены, не осознавая своих действий. Иногда они поднимали кверху лица, тронутые тленом. В неярком свете лампы это было особенно страшно. Нэд вспомнил, как кричала Дженна. Он отошел от края настила и сел на пол. Он повидал много смертей, некоторых рвали на части прямо у него на глазах, и он ничего не мог сделать. Но вчетвером они были долго, казалось, что они с самого начала жизни были вместе. А ведь я даже и не знаю, как погиб Майк, подумал с горечью Нэд. А может он не погиб? Может убежал, спрятался где-нибудь? Нет, тут же подумал он, от такой толпы не убежишь, да и не куда бежать. Черт, если бы я проснулся раньше!
— Это не твоя вина, — Дядька догадался, о чем думает Нэд. — Их было не спасти. Да и наша участь не известна. Быть может, мы к ним скоро присоединимся. — Дядька подошел и сел рядом, поставив лампу в стороне от себя. — Что делать будем?
— Лезь первым! — крикнул Нэд.
Дядька, закинув дробовик за спину, кое-как стал подниматься. Было видно, что все силы он положил на этот забег. Судорожно цепляясь руками за перекладины, казалось, он вот-вот сорвется вниз. Но все-таки долез до верха и, тяжело перевалившись через край, рухнул на доски второго этажа. За ним, так же тяжело перевалившись, залез Нэд. Лежа на полу, он стал цепляться за верхнюю часть лестницы, пытаясь втянуть ее наверх. Но снизу ее уже держали. Истлевшие руки цеплялись за лестницу. Вдруг они все-таки сумеют забраться? Дядька, кряхтя, встал с пола, подошел к краю. Внизу ничего не было видно, но они были там. Целый легион. Нэд тоже встал и крепко держал лестницу. Тогда Дядька не целясь выстрелил вниз, в толпу. Еще. И еще. Хватка ослабла, и Нэд быстро втянул лестницу наверх.
Они лежали в кромешной темноте и никак не могли отдышаться. Но даже за гулким дыханием было слышно бормотание, доносившееся снизу. Они не уйдут. Они никуда не уйдут, они будут ждать. Будут ждать, когда они слезут. Пусть они их не видят, но прекрасно их чувствуют. Это они подметили давно. Не известно, каким органом чувств, но они прекрасно чувствуют живую плоть, когда она рядом. И они будут ждать до последнего, пока не доберутся до нее. В темноте было особенно жутко. Они их не видели, но слышали. А вдруг, они в это время подбираются к ним поближе? Вдруг, они уже каким-то образом забрались наверх и сейчас подбираются к ним? У Нэда мороз по коже прошел, от этой мысли. Вот рядом лежит Дядька, шумно дышит. А вдруг он сейчас захрипит перегрызенным горлом и его будут жрать заживо?
— Дядька, — позвал Нэд.
— А? — откликнулся старик, переводя дух. Дыхание его восстановилось, он уже успокоился.
— Ты говорил, что принес сюда фонарь.
— Да. Только не фонарь, а лампу.
— Она сейчас была бы кстати.
Дядька зашевелился и, судя по звуку, встал на ноги. Раздались его шаги куда-то в сторону. Дядька прошел в угол и возился там, пытаясь найти лампу на ощупь. Наконец, раздался его голос:
— Нашел!
Послышался звук зажигалки. В углу появился маленький язычок пламени, осветив согнувшегося в три погибели Дядьку. Нэд с усилием подавил в себе желание оглянуться, такой огонек не мог осветить все пространство. Маленький язычок пламени перебрался за стекло лампы, стал размытым. Лампа разгорелась, стало намного светлее. Нэд неторопясь оглянулся. Никого. А вот внизу… Нэд встал, и с Дядькой подошел к краю настила. Да, они были все там. Толпа. Море тел, заполонивших весь этаж под ними. Они шатались и топтались на одном месте. Некоторые неосознанно ощупывали руками стены и несущие балки. Некоторые неистово колотили руками в стены, не осознавая своих действий. Иногда они поднимали кверху лица, тронутые тленом. В неярком свете лампы это было особенно страшно. Нэд вспомнил, как кричала Дженна. Он отошел от края настила и сел на пол. Он повидал много смертей, некоторых рвали на части прямо у него на глазах, и он ничего не мог сделать. Но вчетвером они были долго, казалось, что они с самого начала жизни были вместе. А ведь я даже и не знаю, как погиб Майк, подумал с горечью Нэд. А может он не погиб? Может убежал, спрятался где-нибудь? Нет, тут же подумал он, от такой толпы не убежишь, да и не куда бежать. Черт, если бы я проснулся раньше!
— Это не твоя вина, — Дядька догадался, о чем думает Нэд. — Их было не спасти. Да и наша участь не известна. Быть может, мы к ним скоро присоединимся. — Дядька подошел и сел рядом, поставив лампу в стороне от себя. — Что делать будем?
Страница 5 из 7
