Войдя в магазин Евгения, сразу направилась в отдел, где продавались гитары. Новые, они таили бесчисленное количество мелодии и произведений, существующих ныне и, быть может, рожденных в будущем на этих струнах.
Добавить в моё избранное
12 мин, 29 сек 550
Так что ты думаешь делать?
— Для начала нужно поговорить с Вадимом — решила Женька.
Вечером девушка отрабатывала упражнение, но что-то тяготило ее душу. Чувствовалось какое-то напряжение, что мешало установить душевную связь с инструментом.
— А нельзя ли снять это информационное поле? — спросила Женька вошедшую в комнату Веру Викторовну.
— Не знаю. Женечка, все зависит от привязанности бывшего владельца. Он должен сам оборвать эту связь. У меня есть предчувствие, что все решится в скором времени — Вера Викторовна обняла девушку — Все встанет на свои места.
После музыкальной школы ребята двинулись в подземный переход поиграть на пиво. Евгения подыгрывала заученную студенческую песню. Прохожие улыбались и кидали монеты в приоткрытый чехол. Окунувшись с головой в музыку, она не сразу увидела, кто перед ней остановился. Взяв последний аккорд, Женька подняла глаза и увидела Вадима.
Тот с легкой улыбкой в уголках губ смотрел на инструмент в ее руках.
— Поиграть дашь? — с хрипотцой спросил он. Ребята тут же окружили их с воинственным видом.
— Все в порядке — остановила Женька парней и протянула ему гитару.
Руки Вадима легко, словно порхающие бабочки, пробежали по аккордам, а пальцы правой руки, чуть тронув струны, выдали красивую мелодию. Набирая силу, прекрасная музыка сплеталась в тонкую волшебную нить, завораживая прохожих. Они останавливались и вслушивались в музыку. Их лица светлели, словно каждый нашел что-то свое, родное и близкое в этой комбинации звуков. Затем медленно, как бы нехотя, продолжали свой путь, унося частичку волшебства.
Глаза Вадима смотрели куда-то вдаль, не замечая ребят. Пылающий огонь, отражающийся от гитары, жил в его взгляде. Лицо, осветившееся чистой мелодией, было безмятежно. Душа гитариста была где-то далеко, в творческих скитаниях. Никогда еще Евгения не слышала такого звучания инструмента во время своей игры. Гитара пела и жила своей жизнью. Мелодия рока, дикая и прекрасная, сменилась песней соло, сквозь которую просачивалась боль прощания… Все смолкло и возникающая тишина оглушила девушку.
— Держи — произнес Вадим, вложив в ее руки инструмент и, подмигнув, двинулся прочь.
— Слушайте, это же вокалист «Химеры» — воскликнул кто-то из друзей, выводя Евгению из оцепенения. Обернувшись, она посмотрела вслед удаляющемуся парню.
Ночью ей приснился сон: на стадионе «Химера» давала концерт, который стал завершающим в творчестве рок-группы…
Холодный мелкий дождь был единственным провожатым на опустевшем перроне.
Поезд прогудел и начал отправляться. Подняв воротник куртки повыше, парень кивнул прощальный взгляд на город. Огни, горящие в темноте, подмигивали ему, создавая иллюзию сгорающих мостов его надежд. Вадим привычно закинул сумку на плечо, вспомнил гитару. Руки тосковали, хотелось играть, чувствовать струны, обнимать гриф.
«Мир из мрака музыки» со звоном хрусталя разбился вдребезги. Теперь на гитаре учились играть тонкие руки девушки, не имевшие представление о роке.
Горько усмехнувшись, парень заскочил в вагон. Пройдя по коридору, он остановился у окна. «Химера» последней агонией сжала душу гитариста, и молчаливые слезы проступили сквозь ресницы, слившись в радугу мелькающих огней за стеклом.
Резкий звенящий звук разбудил девушку. Осмотревшись спросонок, она увидела струны на гитаре. Те, лопнув все разом, подрагивали в свете луны. Возникло такое чувство, что кто-то их специально оборвал. Взяв инструмент в руки, Евгения почувствовала, что то, что мешало установлению их духовной связи, исчезло.
Разговор с Вадимом, который они с Игорем наметили на утро, больше не требовался. И что-то подсказывало, что его уже нет в городе. Все разрешилось само собой, как и предсказала Вера Викторовна.
Обняв гитару, Женька легла на кровать. Засыпая, она слышала стук колес удаляющегося поезда и видела темный силуэт парня, курящего в тамбуре и всматривающегося в ночь.
— Для начала нужно поговорить с Вадимом — решила Женька.
Вечером девушка отрабатывала упражнение, но что-то тяготило ее душу. Чувствовалось какое-то напряжение, что мешало установить душевную связь с инструментом.
— А нельзя ли снять это информационное поле? — спросила Женька вошедшую в комнату Веру Викторовну.
— Не знаю. Женечка, все зависит от привязанности бывшего владельца. Он должен сам оборвать эту связь. У меня есть предчувствие, что все решится в скором времени — Вера Викторовна обняла девушку — Все встанет на свои места.
После музыкальной школы ребята двинулись в подземный переход поиграть на пиво. Евгения подыгрывала заученную студенческую песню. Прохожие улыбались и кидали монеты в приоткрытый чехол. Окунувшись с головой в музыку, она не сразу увидела, кто перед ней остановился. Взяв последний аккорд, Женька подняла глаза и увидела Вадима.
Тот с легкой улыбкой в уголках губ смотрел на инструмент в ее руках.
— Поиграть дашь? — с хрипотцой спросил он. Ребята тут же окружили их с воинственным видом.
— Все в порядке — остановила Женька парней и протянула ему гитару.
Руки Вадима легко, словно порхающие бабочки, пробежали по аккордам, а пальцы правой руки, чуть тронув струны, выдали красивую мелодию. Набирая силу, прекрасная музыка сплеталась в тонкую волшебную нить, завораживая прохожих. Они останавливались и вслушивались в музыку. Их лица светлели, словно каждый нашел что-то свое, родное и близкое в этой комбинации звуков. Затем медленно, как бы нехотя, продолжали свой путь, унося частичку волшебства.
Глаза Вадима смотрели куда-то вдаль, не замечая ребят. Пылающий огонь, отражающийся от гитары, жил в его взгляде. Лицо, осветившееся чистой мелодией, было безмятежно. Душа гитариста была где-то далеко, в творческих скитаниях. Никогда еще Евгения не слышала такого звучания инструмента во время своей игры. Гитара пела и жила своей жизнью. Мелодия рока, дикая и прекрасная, сменилась песней соло, сквозь которую просачивалась боль прощания… Все смолкло и возникающая тишина оглушила девушку.
— Держи — произнес Вадим, вложив в ее руки инструмент и, подмигнув, двинулся прочь.
— Слушайте, это же вокалист «Химеры» — воскликнул кто-то из друзей, выводя Евгению из оцепенения. Обернувшись, она посмотрела вслед удаляющемуся парню.
Ночью ей приснился сон: на стадионе «Химера» давала концерт, который стал завершающим в творчестве рок-группы…
Холодный мелкий дождь был единственным провожатым на опустевшем перроне.
Поезд прогудел и начал отправляться. Подняв воротник куртки повыше, парень кивнул прощальный взгляд на город. Огни, горящие в темноте, подмигивали ему, создавая иллюзию сгорающих мостов его надежд. Вадим привычно закинул сумку на плечо, вспомнил гитару. Руки тосковали, хотелось играть, чувствовать струны, обнимать гриф.
«Мир из мрака музыки» со звоном хрусталя разбился вдребезги. Теперь на гитаре учились играть тонкие руки девушки, не имевшие представление о роке.
Горько усмехнувшись, парень заскочил в вагон. Пройдя по коридору, он остановился у окна. «Химера» последней агонией сжала душу гитариста, и молчаливые слезы проступили сквозь ресницы, слившись в радугу мелькающих огней за стеклом.
Резкий звенящий звук разбудил девушку. Осмотревшись спросонок, она увидела струны на гитаре. Те, лопнув все разом, подрагивали в свете луны. Возникло такое чувство, что кто-то их специально оборвал. Взяв инструмент в руки, Евгения почувствовала, что то, что мешало установлению их духовной связи, исчезло.
Разговор с Вадимом, который они с Игорем наметили на утро, больше не требовался. И что-то подсказывало, что его уже нет в городе. Все разрешилось само собой, как и предсказала Вера Викторовна.
Обняв гитару, Женька легла на кровать. Засыпая, она слышала стук колес удаляющегося поезда и видела темный силуэт парня, курящего в тамбуре и всматривающегося в ночь.
Страница 4 из 4
