— Дэйв! Я со вздохом отрываюсь от утренней газеты.
Добавить в моё избранное
11 мин, 27 сек 248
— Что?
Моя жена сосредоточенно выщипывает свою и без того тонкую правую бровь.
— Ты должен поговорить с миссис Санрайз.
Я раздраженно пожимаю плечами.
— И зачем же мне разговаривать с этой старой каргой?
Кристина удовлетворенно улыбается. Она всегда отвлекает меня от любимых пятнадцати минут в компании чашки кофе и свежей газеты.
— Ее внук Артур, — жена многозначительно кивает, — тот еще малолетний преступник…
— Ради всего святого, Кристи, — ворчу я, пытаясь вновь погрузиться в газетный мир фактов и интервью, — что тебе на этот раз рассказали соседские клуши?
— Дэйв, — Кристина обиженно хлопает накладными ресницами, — ты даже не хочешь узнать, в чем дело?
Я отрицательно качаю головой.
— Он наблюдает за нами из своих окон, — невзирая на мой протест, щебечет жена. — Я пару раз видела, как он подглядывает, прячась за шторами.
— Угу, — я рассеянно отпиваю остывший кофе.
— А знаешь, чем он зарабатывает?
— М-м-м?
— Боже, Дэйв, да отвлекись ты от своей газеты, — Кристина нервно швыряет зеркальце и пудру в свою новую сумку. — Он пишет рассказы для местного журнала.
— Вот уж преступление века, — я начинаю по-настоящему злиться, — немедленно пойдем в полицию и напишем жалобу.
—Может засунуть свою иронию в…
— Ма! Па! С добрым утром! — Лана, как всегда полностью погруженная в свой мобильный, хватает с тарелки последний подгоревший тост.
Завтраки моей жены всегда были лаконичными, скудными и отвратительными. Они не менялись уже двадцать лет. Чего нельзя сказать о ее внешности. Даже после двух липосакций, оплаченных, естественно, из моего кармана, фигура Кристины все же неисправимо разрослась вширь.
— Ма! Меня сегодня Дейзи подвезет в школу, — Лана привычно надкусывает черный бок горелого хлеба, слегка морщит свой маленький носик и швыряет так называемый «завтрак» обратно на стол.
Я грустно смотрю на свою семнадцатилетнюю дочь. Утреннее солнце щедро ласкает своими лучами ее длинные черные волосы. И зачем она начала их выпрямлять? Наверняка последовала примеру своей нелепой матери. Последняя, кстати, разрешила ей краситься и носить короткие юбки. Я вздыхаю с той самой толикой горечи, с которой вздыхают все отцы мира, когда их дочь превращается вдруг в незнакомую девушку.
— И мы после школы идем с Дейзи в кино, помнишь? — Лана отпивает кофе из моей чашки, оставляя на ее поверхности розовый след губного блеска. — Так что забирать меня тоже не надо.
— Хорошо, милая, — Кристина явно рада такому повороту событий. — Но, чтобы в семь была дома.
Лана отвлеченно кивает, смахивая крошки со своей синей кофты на паркет.
— Конечно, мам!
Она выбегает из зала, умудряясь при этом что-то быстро писать в своем мобильном телефоне.
Я смотрю на часы и вздыхаю. Уставший мозг ревниво цепляется за крохи отдыха. Еще пять минут. Я дочитаю статью и поеду на работу…
— Дэйв!
Когда-нибудь я убью свою жену.
— Что?
— Мы не договорили.
Я нервно швыряю газету на диван.
— Ну, Дэйв, послушай, — Кристи лихорадочно роется в сумке в поисках очередной косметической баночки. — Артур пишет рассказы в журнал «Манди и Маньяк». Ты знаешь такой? Там все истории о психопатах, убивающих маленьких девочек и чокнутых, отрубающих своим жертвам все возможные конечности…
— Наверное, его следующий шедевр будет называться «Как я сделал сосиски из надоевшей соседки», — я ловлю ее обиженный взгляд и диванную подушку, нацеленную мне в голову. — Да, ладно тебе! Что я, по-твоему, должен сказать его бабке?
— Чтобы ее странный внук держался подальше от окон, выходящих к нам на террасу, — дрожащим голосом отвечает Кристи, нервно щелкая костяшками пальцев, — иначе мы обратимся в полицию.
Я укоризненно качаю головой.
— Как же вы меня достали…
— Кто это «мы»?
— Ты и твои тараканы в голове.
— Ах ты…
— Мама, я надела синее платье, как ты и просила, — в комнату радостно вбегает Лиззи. — С добрым утром, папочка!
Я изумленно смотрю на свою младшую дочь. Она запрыгивает мне на
колени и хватает со стола засахарившуюся булочку.
— Детка, что это? — я с отвращением разглядываю ее длинные прямые волосы, внезапно заменившие беспечные кудряшки.
— Мне мама их сегодня уложила, — гордо отвечает Лиззи.
— Но… зачем? — я с ненавистью смотрю на Кристину.
— Папа, мне уже семь лет! — Лиззи гордо поправляет черные пряди. — Я уже взрослая. И хочу быть такой же красивой, как и мамочка… и Лана…
Я раздраженно встаю с дивана.
— Ты и так красивая, солнышко. Без глупых примочек твоей мамаши.
— Дэйв? — Кристина делает вид, что не заметила моего недовольства. — Заберешь сегодня Лиззи со школы?
Моя жена сосредоточенно выщипывает свою и без того тонкую правую бровь.
— Ты должен поговорить с миссис Санрайз.
Я раздраженно пожимаю плечами.
— И зачем же мне разговаривать с этой старой каргой?
Кристина удовлетворенно улыбается. Она всегда отвлекает меня от любимых пятнадцати минут в компании чашки кофе и свежей газеты.
— Ее внук Артур, — жена многозначительно кивает, — тот еще малолетний преступник…
— Ради всего святого, Кристи, — ворчу я, пытаясь вновь погрузиться в газетный мир фактов и интервью, — что тебе на этот раз рассказали соседские клуши?
— Дэйв, — Кристина обиженно хлопает накладными ресницами, — ты даже не хочешь узнать, в чем дело?
Я отрицательно качаю головой.
— Он наблюдает за нами из своих окон, — невзирая на мой протест, щебечет жена. — Я пару раз видела, как он подглядывает, прячась за шторами.
— Угу, — я рассеянно отпиваю остывший кофе.
— А знаешь, чем он зарабатывает?
— М-м-м?
— Боже, Дэйв, да отвлекись ты от своей газеты, — Кристина нервно швыряет зеркальце и пудру в свою новую сумку. — Он пишет рассказы для местного журнала.
— Вот уж преступление века, — я начинаю по-настоящему злиться, — немедленно пойдем в полицию и напишем жалобу.
—Может засунуть свою иронию в…
— Ма! Па! С добрым утром! — Лана, как всегда полностью погруженная в свой мобильный, хватает с тарелки последний подгоревший тост.
Завтраки моей жены всегда были лаконичными, скудными и отвратительными. Они не менялись уже двадцать лет. Чего нельзя сказать о ее внешности. Даже после двух липосакций, оплаченных, естественно, из моего кармана, фигура Кристины все же неисправимо разрослась вширь.
— Ма! Меня сегодня Дейзи подвезет в школу, — Лана привычно надкусывает черный бок горелого хлеба, слегка морщит свой маленький носик и швыряет так называемый «завтрак» обратно на стол.
Я грустно смотрю на свою семнадцатилетнюю дочь. Утреннее солнце щедро ласкает своими лучами ее длинные черные волосы. И зачем она начала их выпрямлять? Наверняка последовала примеру своей нелепой матери. Последняя, кстати, разрешила ей краситься и носить короткие юбки. Я вздыхаю с той самой толикой горечи, с которой вздыхают все отцы мира, когда их дочь превращается вдруг в незнакомую девушку.
— И мы после школы идем с Дейзи в кино, помнишь? — Лана отпивает кофе из моей чашки, оставляя на ее поверхности розовый след губного блеска. — Так что забирать меня тоже не надо.
— Хорошо, милая, — Кристина явно рада такому повороту событий. — Но, чтобы в семь была дома.
Лана отвлеченно кивает, смахивая крошки со своей синей кофты на паркет.
— Конечно, мам!
Она выбегает из зала, умудряясь при этом что-то быстро писать в своем мобильном телефоне.
Я смотрю на часы и вздыхаю. Уставший мозг ревниво цепляется за крохи отдыха. Еще пять минут. Я дочитаю статью и поеду на работу…
— Дэйв!
Когда-нибудь я убью свою жену.
— Что?
— Мы не договорили.
Я нервно швыряю газету на диван.
— Ну, Дэйв, послушай, — Кристи лихорадочно роется в сумке в поисках очередной косметической баночки. — Артур пишет рассказы в журнал «Манди и Маньяк». Ты знаешь такой? Там все истории о психопатах, убивающих маленьких девочек и чокнутых, отрубающих своим жертвам все возможные конечности…
— Наверное, его следующий шедевр будет называться «Как я сделал сосиски из надоевшей соседки», — я ловлю ее обиженный взгляд и диванную подушку, нацеленную мне в голову. — Да, ладно тебе! Что я, по-твоему, должен сказать его бабке?
— Чтобы ее странный внук держался подальше от окон, выходящих к нам на террасу, — дрожащим голосом отвечает Кристи, нервно щелкая костяшками пальцев, — иначе мы обратимся в полицию.
Я укоризненно качаю головой.
— Как же вы меня достали…
— Кто это «мы»?
— Ты и твои тараканы в голове.
— Ах ты…
— Мама, я надела синее платье, как ты и просила, — в комнату радостно вбегает Лиззи. — С добрым утром, папочка!
Я изумленно смотрю на свою младшую дочь. Она запрыгивает мне на
колени и хватает со стола засахарившуюся булочку.
— Детка, что это? — я с отвращением разглядываю ее длинные прямые волосы, внезапно заменившие беспечные кудряшки.
— Мне мама их сегодня уложила, — гордо отвечает Лиззи.
— Но… зачем? — я с ненавистью смотрю на Кристину.
— Папа, мне уже семь лет! — Лиззи гордо поправляет черные пряди. — Я уже взрослая. И хочу быть такой же красивой, как и мамочка… и Лана…
Я раздраженно встаю с дивана.
— Ты и так красивая, солнышко. Без глупых примочек твоей мамаши.
— Дэйв? — Кристина делает вид, что не заметила моего недовольства. — Заберешь сегодня Лиззи со школы?
Страница 1 из 4
