Шипящая запись с диктофона. На фоне усталого голоса человека средних лет, слышен приглушённый звук проезжающего мимо транспорта. Время от времени раздаётся нервозная чечётка пальцами.
Добавить в моё избранное
24 мин, 47 сек 403
— Мужчина взглянул на своих замолчавших коллег, после чего тут же перевёл взгляд на босса. — Послушай, Саш…»
«Для тебя, имбицил, я Александр Никол…»
Откуда-то со стороны раздался изумлённый женский вскрик.
Оборвав фразу человека на полуслове, занесённая над правым плечом Георгия бутылка угодила шефу прямо по голове, в один миг превратив всю правую часть его лица в большую кровоточащую рану. Одному Богу было известно, сколько же сил и злобы вложил в этот удар безобидный доселе Жора Лакин. Заорав от дичайшей боли, начальник отдела рухнул как подкошенный, едва не распластавшись на полу.
Кто-то из мужчин сорвался было с места, дабы утихомирить съехавшего с катушек коллегу, однако практически мгновенно застыл на месте — в правой руке Георгия Лакина блеснула оружейная сталь.
«Кончилось, — среди офисных конторок прогремел уже голос самого специалиста, — кончилось моё терпение».
«Что… что ты творишь?» — Прохрипел откуда-то снизу окровавленный начальник.
«Заткни пасть, мразь. Я пришёл сюда, чтобы поговорить с вами».
Судя по побелевшим лицам, многие догадывались, что предстоящий разговор не из приятных.
«Я, кажется, поздоровался со всеми, когда зашёл? Или нет?»
Люди в пиджаках и блузках ещё несколько секунд сохраняли молчание, после чего единодушно закачали своими головами.
«Привет» — Раздался испуганный мужской голос откуда-то со стороны.
«Привет, Жора»
«Здравствуйте, Георгий Иванович» — Робко произнесла белокурая стажёрка. Из всех присутствующих, она была единственным человеком, ещё не развращённым Ютегрой, не испорченным выгодой и кулуарными сплетнями.
«Какой же я Георгий Иванович, Марин? Я простой Жора. Жора — пустозвон и тряпка, о которую вы можете вытереть ноги, прежде чем ступить на четырнадцатый этаж! — Дуло пистолета плавно перемещалось с сотрудника на сотрудника. — Я шут гороховый, который по шестьдесят часов в неделю надрывает свой пупок ради процветания этой мерзкой компании душегубов. Этого проклятого кургана, похоронившего под собою мои надежды, амбиции и самооценку! Правильно говорю, Александр Николаевич? Эй, Аскаров! — Грозно крикнул мужчина в другой конец зала, человеку, отбившемуся от общей массы. — Думаешь ты самый умный? Подойди ко мне».
Напуганный до чёртиков молодой сотрудник, затаив дыхание, подошёл к обезумевшему Лакину, вымаливая у святых, имён которых даже никогда не знал, прощения своих грехов.
Едва коллега приблизился, Георгий не раздумывая схватил его свободной рукой за грудки и наотмашь ударил по голове рукоятью пистолета. Завопив более от испуга, нежели от боли, тот отшатнулся в сторону, сдавливая обеими руками ушиб, словно через ту маленькую рану начал сочиться мозг.
Наблюдая бесчинства коллеги, каждый из немой толпы белых воротничков думал о чём-то своём.
«Для справки: примерно четыре секунды тебе понадобилось бы на то, чтобы вбежать в кабинет начальника и нажать тревожную кнопку. За четыре секунды, я бы успел выпустить в тебя шесть пуль. Как ты думаешь, Аскаров, я бы промахнулся?»
Люди напряжённо сглотнули. Глядя на наставленный в лицо пистолет, мужчина задрожал всем телом. Опустил руки, взглянул на окровавленные ладони. Через несколько секунд человек прослезился.
Лакин опустил оружие и обвёл публику взглядом. Не смотря на то, что наэлектризованная атмосфера стала просто нестерпимой, оцепеневшие сотрудники вытянулись как на плацу.
«Знали бы вы, как я вас всех презираю. — Продолжил он. — Тебя, Витя» Александр Николаевич, он снова опоздал на десять минут«Никифоров, тебя Лариса» КАК, ТЫ ЕЩЁ НЕ ОТПРАВИЛ ФАКС?!«Сазанова. Тебя Семён, тебя Костя, вас, премного уважаемая Ольга Павловна…»
Среди могильной тишины, нарушаемой лишь стыдливым всхлипами, переглядываниями массовки, да напряжённым голосом Лакина, свиристящей сиреной раздался телефонный звонок. Уцелевший глаз поверженного начальника отдела, всё это время смотревший на опасные перемещения оружия в руке безумца, неожиданно уставился вверх, на искажённое гневной миной лицо Георгия. Второй зрачок — заплыл кровью, отчего стал практически неразличим среди кровавой мешанины, обезобразившей половину лица руководителя.
«Ты плачешь? — Неожиданно мягко произнёс Лакин, взглянув на трепещущего Аскарова. — Плачь. Не стесняйся. Здесь все свои. — Человек сложил на груди руки, прислонив холодный ствол» ПМа«к своему виску. — Знали бы вы, друзья, как МНЕ иногда хочется плакать! Как хочется взрыдать, уподобившись маленькому ребёнку! И знаете что? Всем этим я благодарен только вам. Очнитесь! Посмотрите, до чего вы докатились! Вы готовы уничтожить равного себе, разорвать его в клочья, ради лишнего рубля к зарплате! Вы вылизываете ботинки этой паскуде — оружейная мушка вновь уставилась промеж глаз босса — ради хвалебного отзыва в свой адрес, бегаете к нему на поклон, как пустоголовая челядь, треплете своими гнилыми языками несусветную *ложь*.
«Для тебя, имбицил, я Александр Никол…»
Откуда-то со стороны раздался изумлённый женский вскрик.
Оборвав фразу человека на полуслове, занесённая над правым плечом Георгия бутылка угодила шефу прямо по голове, в один миг превратив всю правую часть его лица в большую кровоточащую рану. Одному Богу было известно, сколько же сил и злобы вложил в этот удар безобидный доселе Жора Лакин. Заорав от дичайшей боли, начальник отдела рухнул как подкошенный, едва не распластавшись на полу.
Кто-то из мужчин сорвался было с места, дабы утихомирить съехавшего с катушек коллегу, однако практически мгновенно застыл на месте — в правой руке Георгия Лакина блеснула оружейная сталь.
«Кончилось, — среди офисных конторок прогремел уже голос самого специалиста, — кончилось моё терпение».
«Что… что ты творишь?» — Прохрипел откуда-то снизу окровавленный начальник.
«Заткни пасть, мразь. Я пришёл сюда, чтобы поговорить с вами».
Судя по побелевшим лицам, многие догадывались, что предстоящий разговор не из приятных.
«Я, кажется, поздоровался со всеми, когда зашёл? Или нет?»
Люди в пиджаках и блузках ещё несколько секунд сохраняли молчание, после чего единодушно закачали своими головами.
«Привет» — Раздался испуганный мужской голос откуда-то со стороны.
«Привет, Жора»
«Здравствуйте, Георгий Иванович» — Робко произнесла белокурая стажёрка. Из всех присутствующих, она была единственным человеком, ещё не развращённым Ютегрой, не испорченным выгодой и кулуарными сплетнями.
«Какой же я Георгий Иванович, Марин? Я простой Жора. Жора — пустозвон и тряпка, о которую вы можете вытереть ноги, прежде чем ступить на четырнадцатый этаж! — Дуло пистолета плавно перемещалось с сотрудника на сотрудника. — Я шут гороховый, который по шестьдесят часов в неделю надрывает свой пупок ради процветания этой мерзкой компании душегубов. Этого проклятого кургана, похоронившего под собою мои надежды, амбиции и самооценку! Правильно говорю, Александр Николаевич? Эй, Аскаров! — Грозно крикнул мужчина в другой конец зала, человеку, отбившемуся от общей массы. — Думаешь ты самый умный? Подойди ко мне».
Напуганный до чёртиков молодой сотрудник, затаив дыхание, подошёл к обезумевшему Лакину, вымаливая у святых, имён которых даже никогда не знал, прощения своих грехов.
Едва коллега приблизился, Георгий не раздумывая схватил его свободной рукой за грудки и наотмашь ударил по голове рукоятью пистолета. Завопив более от испуга, нежели от боли, тот отшатнулся в сторону, сдавливая обеими руками ушиб, словно через ту маленькую рану начал сочиться мозг.
Наблюдая бесчинства коллеги, каждый из немой толпы белых воротничков думал о чём-то своём.
«Для справки: примерно четыре секунды тебе понадобилось бы на то, чтобы вбежать в кабинет начальника и нажать тревожную кнопку. За четыре секунды, я бы успел выпустить в тебя шесть пуль. Как ты думаешь, Аскаров, я бы промахнулся?»
Люди напряжённо сглотнули. Глядя на наставленный в лицо пистолет, мужчина задрожал всем телом. Опустил руки, взглянул на окровавленные ладони. Через несколько секунд человек прослезился.
Лакин опустил оружие и обвёл публику взглядом. Не смотря на то, что наэлектризованная атмосфера стала просто нестерпимой, оцепеневшие сотрудники вытянулись как на плацу.
«Знали бы вы, как я вас всех презираю. — Продолжил он. — Тебя, Витя» Александр Николаевич, он снова опоздал на десять минут«Никифоров, тебя Лариса» КАК, ТЫ ЕЩЁ НЕ ОТПРАВИЛ ФАКС?!«Сазанова. Тебя Семён, тебя Костя, вас, премного уважаемая Ольга Павловна…»
Среди могильной тишины, нарушаемой лишь стыдливым всхлипами, переглядываниями массовки, да напряжённым голосом Лакина, свиристящей сиреной раздался телефонный звонок. Уцелевший глаз поверженного начальника отдела, всё это время смотревший на опасные перемещения оружия в руке безумца, неожиданно уставился вверх, на искажённое гневной миной лицо Георгия. Второй зрачок — заплыл кровью, отчего стал практически неразличим среди кровавой мешанины, обезобразившей половину лица руководителя.
«Ты плачешь? — Неожиданно мягко произнёс Лакин, взглянув на трепещущего Аскарова. — Плачь. Не стесняйся. Здесь все свои. — Человек сложил на груди руки, прислонив холодный ствол» ПМа«к своему виску. — Знали бы вы, друзья, как МНЕ иногда хочется плакать! Как хочется взрыдать, уподобившись маленькому ребёнку! И знаете что? Всем этим я благодарен только вам. Очнитесь! Посмотрите, до чего вы докатились! Вы готовы уничтожить равного себе, разорвать его в клочья, ради лишнего рубля к зарплате! Вы вылизываете ботинки этой паскуде — оружейная мушка вновь уставилась промеж глаз босса — ради хвалебного отзыва в свой адрес, бегаете к нему на поклон, как пустоголовая челядь, треплете своими гнилыми языками несусветную *ложь*.
Страница 5 из 8
