В некотором царстве, в некотором государстве жил-был король со своей королевою; не имели они детей, а жили вместе годов до десяти, так что король послал по всем царям, по всем городам, по всем народам — по чернети: кто бы мог полечить, чтоб королева забеременела?
Добавить в моё избранное
19 мин, 15 сек 323
Буря-богатырь коровий сын рассказал ему, как и что было:
— Братья живы-здоровы, ничем невредимы, а пошли — куда глаза глядят.
Король спрашивает:
— Отчего же ты с ними не пошел?
— Оттого, что Ивану-царевичу хочется быть старшим, а по жеребью мне достается.
— Ну хорошо! Я пошлю воротить их.
— Буря-богатырь говорит:
— Никто, окромя меня, не догонит их; они пошли в такие места — в змеиные края, где выезжают из Черного моря три змея шести-, девяти— и двенадцатиглавые.
— Король начал его просить; Буря-богатырь коровий сын собрался во путь во дороженьку, взял палицу боевую и меч-кладенец и пошел.
Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается; шел-шел и догнал братьев близ Черного моря у калинового моста; у того моста столб стоит, на столбе написано, что тут выезжают три змея. -Здравствуйте, братцы.
— Они ему обрадовались и отвечают:
— Здравствуй, Буря-богатырь, наш старший брат!
— Что, видно, не вкусно вам — что на столбе написано?
Осмотрелся кругом — около моста избушка на курьих ножках, на петуховой головке, к лесу передом, а к ним задом. Буря-богатырь и закричал:
— Избушка, избушка! Устойся да улягся к лесу задом, а к нам передом. Избушка перевернулась; взошли в нее, а там стол накрыт, на столе всего много — и кушаньев и напитков разных; в углу стоит кровать тесовая, на ней лежит перина пуховая. Буря-богатырь говорит:
— Вот, братцы, если б не я, вам бы ничего этого не было.
Сели, пообедали, потом легли отдохнуть. Вставши, Буря-богатырь сказывает:
— Ну, братцы, сегодняшнюю ночь будет выезжать змей шестиглавый; давайте кидать жеребий, кому караулить?
Кинули — досталось Ивану девкину сыну; Буря-богатырь ему и говорит:
— Смотри же, выскочит из моря кувшинчик и станет перед тобою плясать, ты на него не гляди, а возьми наплюй на него, да и разбей.
Девкин сын как пришел, так и уснул. А Буря-богатырь, зная, что его братья — люди ненадежные, сам пошел; ходит по мосту да тросточкой постукивает. Вдруг выскочил перед ним кувшинчик, так и пляшет; Буря-богатырь наплевал-нахаркал на него и разбил на мелкие части. Тут утка крякнула, берега звякнули, море взболталось, море всколыхалось — лезет чудо-юда, мосальская губа: змей шестиглавый; свистнул-гаркнул молодецким посвистом, богатырским покриком:
— Сивка-бурка, вещая каурка! Стань передо мной, как лист перед травой.
Конь бежит, только земля дрожит, из-под ног ископыть по сенной копне летит, из ушей и ноздрей дым валит. Чудо-юда сел на него и поехал на калиновый мост; конь под ним спотыкается.
— Что ты, воронье мясо, спотыкаешься: друга слышишь али недруга?
Отвечает добрый конь:
— Есть нам недруг — Буря-богатырь коровий сын.
— Врешь, воронье мясо! Его костей сюда ворона в пузыре не занашивала, не только ему самому быть!
— Ах ты, чудо-юда! — отозвался Буря-богатырь коровий сын, — ворона костей моих не занашивала, я сам здесь погуливаю.
Змей его спрашивает:
— Зачем ты приехал? Сватать моих сестер али дочерей?
— Нет, брат, в поле съезжаться — родней не считаться; давай воевать.
Буря-богатырь разошелся, боевой палицей размахнулся — три головы ему снес, в другой раз остальные снес. Взял туловище рассек да и в море бросил, головы под калиновый мост спрятал, а коня привязал к ногам девкину сыну, меч-кладенец положил ему в головы; сам пошел в избушку и лег спать, как ни в чем не бывал. Иван девкин сын проснулся, увидел коня и очень обрадовался, сел на него, поехал к избушке и кричит:
— Вот Буря-богатырь не велел мне смотреть на кувшинчик, а я посмотрел, так господь и коня мне дал!
Тот отвечает:
— Тебе дал, а нам еще посулил!
На другую ночь доставалось Ивану-царевичу караулить; Буря-богатырь и ему то же сказал об кувшинчике. Царевич стал по мосту похаживать, тросточкой постукивать — выскочил кувшинчик и начал перед ним плясать; он на него засмотрелся и заснул крепким сном. А Буря-богатырь, не надеясь на брата, сам пошел; по мосту похаживает, тросточкой постукивает — выскочил кувшинчик, так и пляшет. Буря-богатырь наплевал-нахаркал на него и разбил вдребезги. Вдруг утка крякнула, берега звякнули, море взболталось, море всколыхалось — лезет чудо-юда, мосальская губа; свистнул-гаркнул молодецким посвистом, богатырским покриком:
— Сивка-бурка, вещая каурка! Стань передо мной, как лист перед травой.
Конь бежит, только земля дрожит, из ушей и ноздрей дым столбом валит, изо рта огненное пламя пышет; стал перед ним как вкопанный. Сел на него чудо-юда змей девятиглавый, поехал на калиновый мост; на мост въезжает, под ним конь спотыкается. Бьет его чудо-юда по крутым бедрам:
— Что, воронье мясо, спотыкаешься — слышишь друга али недруга?
— Есть нам недруг — Буря-богатырь коровий сын.
— Братья живы-здоровы, ничем невредимы, а пошли — куда глаза глядят.
Король спрашивает:
— Отчего же ты с ними не пошел?
— Оттого, что Ивану-царевичу хочется быть старшим, а по жеребью мне достается.
— Ну хорошо! Я пошлю воротить их.
— Буря-богатырь говорит:
— Никто, окромя меня, не догонит их; они пошли в такие места — в змеиные края, где выезжают из Черного моря три змея шести-, девяти— и двенадцатиглавые.
— Король начал его просить; Буря-богатырь коровий сын собрался во путь во дороженьку, взял палицу боевую и меч-кладенец и пошел.
Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается; шел-шел и догнал братьев близ Черного моря у калинового моста; у того моста столб стоит, на столбе написано, что тут выезжают три змея. -Здравствуйте, братцы.
— Они ему обрадовались и отвечают:
— Здравствуй, Буря-богатырь, наш старший брат!
— Что, видно, не вкусно вам — что на столбе написано?
Осмотрелся кругом — около моста избушка на курьих ножках, на петуховой головке, к лесу передом, а к ним задом. Буря-богатырь и закричал:
— Избушка, избушка! Устойся да улягся к лесу задом, а к нам передом. Избушка перевернулась; взошли в нее, а там стол накрыт, на столе всего много — и кушаньев и напитков разных; в углу стоит кровать тесовая, на ней лежит перина пуховая. Буря-богатырь говорит:
— Вот, братцы, если б не я, вам бы ничего этого не было.
Сели, пообедали, потом легли отдохнуть. Вставши, Буря-богатырь сказывает:
— Ну, братцы, сегодняшнюю ночь будет выезжать змей шестиглавый; давайте кидать жеребий, кому караулить?
Кинули — досталось Ивану девкину сыну; Буря-богатырь ему и говорит:
— Смотри же, выскочит из моря кувшинчик и станет перед тобою плясать, ты на него не гляди, а возьми наплюй на него, да и разбей.
Девкин сын как пришел, так и уснул. А Буря-богатырь, зная, что его братья — люди ненадежные, сам пошел; ходит по мосту да тросточкой постукивает. Вдруг выскочил перед ним кувшинчик, так и пляшет; Буря-богатырь наплевал-нахаркал на него и разбил на мелкие части. Тут утка крякнула, берега звякнули, море взболталось, море всколыхалось — лезет чудо-юда, мосальская губа: змей шестиглавый; свистнул-гаркнул молодецким посвистом, богатырским покриком:
— Сивка-бурка, вещая каурка! Стань передо мной, как лист перед травой.
Конь бежит, только земля дрожит, из-под ног ископыть по сенной копне летит, из ушей и ноздрей дым валит. Чудо-юда сел на него и поехал на калиновый мост; конь под ним спотыкается.
— Что ты, воронье мясо, спотыкаешься: друга слышишь али недруга?
Отвечает добрый конь:
— Есть нам недруг — Буря-богатырь коровий сын.
— Врешь, воронье мясо! Его костей сюда ворона в пузыре не занашивала, не только ему самому быть!
— Ах ты, чудо-юда! — отозвался Буря-богатырь коровий сын, — ворона костей моих не занашивала, я сам здесь погуливаю.
Змей его спрашивает:
— Зачем ты приехал? Сватать моих сестер али дочерей?
— Нет, брат, в поле съезжаться — родней не считаться; давай воевать.
Буря-богатырь разошелся, боевой палицей размахнулся — три головы ему снес, в другой раз остальные снес. Взял туловище рассек да и в море бросил, головы под калиновый мост спрятал, а коня привязал к ногам девкину сыну, меч-кладенец положил ему в головы; сам пошел в избушку и лег спать, как ни в чем не бывал. Иван девкин сын проснулся, увидел коня и очень обрадовался, сел на него, поехал к избушке и кричит:
— Вот Буря-богатырь не велел мне смотреть на кувшинчик, а я посмотрел, так господь и коня мне дал!
Тот отвечает:
— Тебе дал, а нам еще посулил!
На другую ночь доставалось Ивану-царевичу караулить; Буря-богатырь и ему то же сказал об кувшинчике. Царевич стал по мосту похаживать, тросточкой постукивать — выскочил кувшинчик и начал перед ним плясать; он на него засмотрелся и заснул крепким сном. А Буря-богатырь, не надеясь на брата, сам пошел; по мосту похаживает, тросточкой постукивает — выскочил кувшинчик, так и пляшет. Буря-богатырь наплевал-нахаркал на него и разбил вдребезги. Вдруг утка крякнула, берега звякнули, море взболталось, море всколыхалось — лезет чудо-юда, мосальская губа; свистнул-гаркнул молодецким посвистом, богатырским покриком:
— Сивка-бурка, вещая каурка! Стань передо мной, как лист перед травой.
Конь бежит, только земля дрожит, из ушей и ноздрей дым столбом валит, изо рта огненное пламя пышет; стал перед ним как вкопанный. Сел на него чудо-юда змей девятиглавый, поехал на калиновый мост; на мост въезжает, под ним конь спотыкается. Бьет его чудо-юда по крутым бедрам:
— Что, воронье мясо, спотыкаешься — слышишь друга али недруга?
— Есть нам недруг — Буря-богатырь коровий сын.
Страница 2 из 6
