Уже несколько лет из разных, достаточно далеко расположенных мест в Южной Америке поступают сообщения о первобытных людях, обычно покрытых густой шерстью; среди этих человекообразных есть как пигмеи, так и существа нормального человеческого роста, и высказываются предположения, что, возможно, это стоящие, на низкой ступени развития гоминоиды (а не первобытные люди).
Добавить в моё избранное
22 мин, 31 сек 326
Однако они не столь многочисленные, как существа, обитающие в Северной Америке или Азии, и потому описания их очень скудные и в них отсутствуют сколь-нибудь серьезные подробности. И несмотря на это, ни архивы местных газет, ни более серьезные научно-популярные журналы и издания, ни книги, публикующиеся в странах Южной Америки, не проявляют должного интереса к этой теме. Иностранцы, путешествовавшие по этому континенту и написавшие об этом книги, ни слова не упоминают об этих существах, да и вообще складывается впечатление, что проблема в целом игнорируется.
Основные источники поступающих сообщений, говоря языком географии, располагаются на восточных склонах северных Анд— Колумбии и Эквадора, на высокогорьях Анд в Перу, Боливии, и Чили, на юге Чилийских островов, а также в области Матто Гроссо. В первом из отмеченных мной мест, помимо слухов о существе ростом с человека, говорят также о заросшем шерстью пигмее, которого местные жители называют Ширу. В следующем районе испокон веку ходят легенды о крупном, покрытом мехом человеке, которого называют Диди. Из третьего поступили письменные показания, составленные по требованию полиции, о столкновениях с очень большим волосатым человекообразным существом ужасающей наружности, по описаниям очень похожим на гигантских сасквачей Канады. Сообщения, приходящие из четвертого района, основывались на материале, опубликованном еще в XVII веке, но недавно получили подтверждения из иных источников. Пятую и последнюю область -просто распирает от информации, и именно на ней мы и остановимся.
Простого описания этих мест не получится, так как границы района практически не определены. Однако если попробовать провести линию, начав на высоте тысячи футов (300 метров) к югу от устья Амазонки, затем продолжив ее на юго-запад, параллельно долине Мадейры, затем повернув на юго-восток, вдоль бразильской границы и дальше, к двадцатой параллели, потом на восток к долине Парана и, наконец, на север, через Гояс, к долине Мараньян-Токантинс и вниз, на север бразильской прибрежной низменности — мы очень грубо обозначим территорию, с которой приходят серии связанных друг с другом сообщений. В целом это сухой лесистый район, но в северных его частях множество экваториальных лесов с высокими, сросшимися шатром деревьями — экваториальный лес захватывает низины и плоскогорья, а высокогорья представлены сухим кустарниковым лесом. Большая часть его расположена в штате Матто Гроссо, и до сих пор эта местность официально считается «терра ингокнита» — несмотря на то, что на протяжении уже ста лет предпринимаются попытки освоить эту территорию с севера, юга, запада и востока, основная часть его практически не исследована.
Сейчас мы знаем абсолютно точно, что с незапамятных времен населявшие эту местность индейцы считали само -собой разумеющимся, что бок о бок с ними здесь проживают и самые разные первобытные люди, которых они рассматривали все-таки как своего рода «животных», а не как равных себе. При этом, однако, не следует забывать, что в этом плане южноамериканские индейцы не вполне соответствуют — или изначально не соответствовали — нашим представлениям о человеческой природе, как, впрочем, не попадают (или не попадали) в ка тегорию животных или существ, отмеченных. Богом. По-видимому, они олицетворяют органичное смешение этих трех составляющих—по крайней мере, в отдельных случаях; добавьте сюда еще целый набор качеств, которые мы склонны определять названием «духи», и мы получим среднестатистического южноамериканского индейца. Таким обраом, когда индейцев спрашивают: что это за существа, которых вы видели (при этом индейцы уже дали им название на своем языке)?—они вполне могут ответить, что, в соответствии с их системой социальных оценок, это просто животные, которые просто передвигаются на задних лапах. Это вновь говорит о том, что в данной области даже самые «передовые» (хотя еще и не избалованные контактами с пришельцами) индейцы не в состоянии провести различие между человеком и животным ни по одному из таких критериев, как использование языка, орудий труда или знакомство с огнем.
С появлением в этих краях португальцев сообщения о страшных и опасных первобытных существах (некоторые из них производили впечатление стоящих на низкой ступени развития гоминоидов) начали поступать с пугающей регулярностью. В большинстве случаев эта информация была необычайно смутной, неопределенной — прежде чем попасть в руки образованных людей, она обрастала какими-то чудовищными подробностями, проходя через полуцивилизованных местных жителей метисов и необразованных белых переселенцев. Где-то в этой цепочке описание существ обычно безнадежно терялось, а сведения об их поведении становились совершенно недостоверными и явно преувеличенными. В результате всех этих перемещений информации возникала байка с каким-нибудь интригующим названием, например, «Mapinguary». Но тем не менее эти истории носили очень необычный характер, хотя, в зависимости от источников происхождения, их можно четко разделить на несколько характерных типов.
Основные источники поступающих сообщений, говоря языком географии, располагаются на восточных склонах северных Анд— Колумбии и Эквадора, на высокогорьях Анд в Перу, Боливии, и Чили, на юге Чилийских островов, а также в области Матто Гроссо. В первом из отмеченных мной мест, помимо слухов о существе ростом с человека, говорят также о заросшем шерстью пигмее, которого местные жители называют Ширу. В следующем районе испокон веку ходят легенды о крупном, покрытом мехом человеке, которого называют Диди. Из третьего поступили письменные показания, составленные по требованию полиции, о столкновениях с очень большим волосатым человекообразным существом ужасающей наружности, по описаниям очень похожим на гигантских сасквачей Канады. Сообщения, приходящие из четвертого района, основывались на материале, опубликованном еще в XVII веке, но недавно получили подтверждения из иных источников. Пятую и последнюю область -просто распирает от информации, и именно на ней мы и остановимся.
Простого описания этих мест не получится, так как границы района практически не определены. Однако если попробовать провести линию, начав на высоте тысячи футов (300 метров) к югу от устья Амазонки, затем продолжив ее на юго-запад, параллельно долине Мадейры, затем повернув на юго-восток, вдоль бразильской границы и дальше, к двадцатой параллели, потом на восток к долине Парана и, наконец, на север, через Гояс, к долине Мараньян-Токантинс и вниз, на север бразильской прибрежной низменности — мы очень грубо обозначим территорию, с которой приходят серии связанных друг с другом сообщений. В целом это сухой лесистый район, но в северных его частях множество экваториальных лесов с высокими, сросшимися шатром деревьями — экваториальный лес захватывает низины и плоскогорья, а высокогорья представлены сухим кустарниковым лесом. Большая часть его расположена в штате Матто Гроссо, и до сих пор эта местность официально считается «терра ингокнита» — несмотря на то, что на протяжении уже ста лет предпринимаются попытки освоить эту территорию с севера, юга, запада и востока, основная часть его практически не исследована.
Сейчас мы знаем абсолютно точно, что с незапамятных времен населявшие эту местность индейцы считали само -собой разумеющимся, что бок о бок с ними здесь проживают и самые разные первобытные люди, которых они рассматривали все-таки как своего рода «животных», а не как равных себе. При этом, однако, не следует забывать, что в этом плане южноамериканские индейцы не вполне соответствуют — или изначально не соответствовали — нашим представлениям о человеческой природе, как, впрочем, не попадают (или не попадали) в ка тегорию животных или существ, отмеченных. Богом. По-видимому, они олицетворяют органичное смешение этих трех составляющих—по крайней мере, в отдельных случаях; добавьте сюда еще целый набор качеств, которые мы склонны определять названием «духи», и мы получим среднестатистического южноамериканского индейца. Таким обраом, когда индейцев спрашивают: что это за существа, которых вы видели (при этом индейцы уже дали им название на своем языке)?—они вполне могут ответить, что, в соответствии с их системой социальных оценок, это просто животные, которые просто передвигаются на задних лапах. Это вновь говорит о том, что в данной области даже самые «передовые» (хотя еще и не избалованные контактами с пришельцами) индейцы не в состоянии провести различие между человеком и животным ни по одному из таких критериев, как использование языка, орудий труда или знакомство с огнем.
С появлением в этих краях португальцев сообщения о страшных и опасных первобытных существах (некоторые из них производили впечатление стоящих на низкой ступени развития гоминоидов) начали поступать с пугающей регулярностью. В большинстве случаев эта информация была необычайно смутной, неопределенной — прежде чем попасть в руки образованных людей, она обрастала какими-то чудовищными подробностями, проходя через полуцивилизованных местных жителей метисов и необразованных белых переселенцев. Где-то в этой цепочке описание существ обычно безнадежно терялось, а сведения об их поведении становились совершенно недостоверными и явно преувеличенными. В результате всех этих перемещений информации возникала байка с каким-нибудь интригующим названием, например, «Mapinguary». Но тем не менее эти истории носили очень необычный характер, хотя, в зависимости от источников происхождения, их можно четко разделить на несколько характерных типов.
Страница 1 из 7
