Фандом: Гарри Поттер. Задарма я вас кормить не собираюсь! — упершая руки в боки Гермиона выглядела весьма воинственно.
Добавить в моё избранное
5 мин, 30 сек 179
Размахнувшись, она со всей силы ударила по ягодицам старшего Малфоя. Тот, в свою очередь, ударил кулаком по столу и закряхтел.
— Ну что же вы, мистер Малфой, мебель уродовать совсем не обязательно, — проворковала Гермиона и приложилась тростью к середине ляжек. Послышался тщательно сдерживаемый крик.
— Ори, легче будет, — милостиво разрешила Гермиона и продолжила методично оснащать задницу Люциуса невидимыми под тканью брюк рубцами. Люциус, очевидно, изо всех сил пытался не последовать совету Гермионы. Он рычал сквозь стиснутые зубы, дергался и мычал, но через несколько минут все же сдался и закричал. Она дала еще пару ударов для закрепления урока, про себя заметив, что всего ему выпала ровно дюжина.
Люциус тихо всхлипывал, и Гермионе стало жаль, что в такой мере позволила злостью руководить процессом перевоспитания. Она неловко погладила его по голове, а он вдруг схватил ее за руку и поцеловал тыльную сторону ладони. Потом резко выпрямился, застонал и, пряча глаза, выдавил:
— Я должен был так делать детстве после того, как Абраксас…
Гермиона почувствовала, что охватившая ее жалость принимается в силе. Она вытащила из буфета бутылку бренди, щедро плеснула его в бокал и протянула янтарную жидкость наказанному Малфою.
— Выпейте, а потом ложитесь-ка вы спать. Видеть вас больше не могу. И впредь следите за тем, что говорите и делаете! — прозвучало не грозно, как было задумано, а скорее жалобно. Люциус молча выпил подношение и, пошатываясь, двинулся к лестнице, ведущей на второй этаж.
В спальне Гермиону ожидал Драко. Он с опущенной головой сидел на коленях возле кровати, всем видом выражая покорность. Гермиона вздохнула. Ее жажда мести в этот вечер была более чем удовлетворена, и вид печального Малфоя-младшего совсем не доставлял удовольствия.
— Мы можем просто пойти спать, — предложила она.
Он помотал головой.
— Хорошо, — снимая с себя пижаму, сказала Гермиона. — Только теперь ты уже не можешь сказать, что я тебя принудила.
Драко снова помотал головой.
Гермиона разлеглась на кровати, предоставив Драко поле для действий. Вскоре выяснилось, что в известной сфере он явно уступает отцу.
— Хватит! — приказала Гермиона, садясь.
— Могу позвать отца… — шепнул Драко.
— И чего ты такой покладистый? — с подозрением поинтересовалась Гермиона.
— Я слышал, как он кричал. Мне страшно, — признался Драко, нервно теребя простыню.
— Я не такой монстр, чтобы избивать вас без причины, — обиженно заметила Гермиона, вновь устраиваясь на кровати. — Продолжим! Надо же тебе научиться. Твой отец при всех его умениях все же староват для меня.
Драко, услышав такое, внутренне возликовал, что выиграл в конкурентной борьбе. Он надеялся, что со временем, если он будет стараться — а он будет! — Гермиона тоже станет оказывать ему некоторые знаки внимания, которые настойчиво требовал его молодой организм.
— Ну что же вы, мистер Малфой, мебель уродовать совсем не обязательно, — проворковала Гермиона и приложилась тростью к середине ляжек. Послышался тщательно сдерживаемый крик.
— Ори, легче будет, — милостиво разрешила Гермиона и продолжила методично оснащать задницу Люциуса невидимыми под тканью брюк рубцами. Люциус, очевидно, изо всех сил пытался не последовать совету Гермионы. Он рычал сквозь стиснутые зубы, дергался и мычал, но через несколько минут все же сдался и закричал. Она дала еще пару ударов для закрепления урока, про себя заметив, что всего ему выпала ровно дюжина.
Люциус тихо всхлипывал, и Гермионе стало жаль, что в такой мере позволила злостью руководить процессом перевоспитания. Она неловко погладила его по голове, а он вдруг схватил ее за руку и поцеловал тыльную сторону ладони. Потом резко выпрямился, застонал и, пряча глаза, выдавил:
— Я должен был так делать детстве после того, как Абраксас…
Гермиона почувствовала, что охватившая ее жалость принимается в силе. Она вытащила из буфета бутылку бренди, щедро плеснула его в бокал и протянула янтарную жидкость наказанному Малфою.
— Выпейте, а потом ложитесь-ка вы спать. Видеть вас больше не могу. И впредь следите за тем, что говорите и делаете! — прозвучало не грозно, как было задумано, а скорее жалобно. Люциус молча выпил подношение и, пошатываясь, двинулся к лестнице, ведущей на второй этаж.
В спальне Гермиону ожидал Драко. Он с опущенной головой сидел на коленях возле кровати, всем видом выражая покорность. Гермиона вздохнула. Ее жажда мести в этот вечер была более чем удовлетворена, и вид печального Малфоя-младшего совсем не доставлял удовольствия.
— Мы можем просто пойти спать, — предложила она.
Он помотал головой.
— Хорошо, — снимая с себя пижаму, сказала Гермиона. — Только теперь ты уже не можешь сказать, что я тебя принудила.
Драко снова помотал головой.
Гермиона разлеглась на кровати, предоставив Драко поле для действий. Вскоре выяснилось, что в известной сфере он явно уступает отцу.
— Хватит! — приказала Гермиона, садясь.
— Могу позвать отца… — шепнул Драко.
— И чего ты такой покладистый? — с подозрением поинтересовалась Гермиона.
— Я слышал, как он кричал. Мне страшно, — признался Драко, нервно теребя простыню.
— Я не такой монстр, чтобы избивать вас без причины, — обиженно заметила Гермиона, вновь устраиваясь на кровати. — Продолжим! Надо же тебе научиться. Твой отец при всех его умениях все же староват для меня.
Драко, услышав такое, внутренне возликовал, что выиграл в конкурентной борьбе. Он надеялся, что со временем, если он будет стараться — а он будет! — Гермиона тоже станет оказывать ему некоторые знаки внимания, которые настойчиво требовал его молодой организм.
Страница 2 из 2
