Фандом: Ориджиналы. «Ошибка!» — вспыхнуло внизу экрана. По дисплею побежали полосы.
Добавить в моё избранное
18 мин, 6 сек 425
Лизу прошиб холодный пот. Черт! Полосы — значит, система вот-вот умрет! Неужели все так серьезно…
«Критическая ошибка! Давление выше нормы на 50 процентов… 55… 60… 75…»
«Критическое снижение высоты! Рекомендую включить катапультирование!»
Яхта падала. Охваченная паникой, Лиза не сразу нажала «подтвердить». Руки не слушались, превращались в безвольные дрожащие тряпки, колени подгибались, к горлу подступала истерика. Нет! Только не гибель! Она не хотела умирать! Нет, нет!
«Рекомендую включить катапульти…»
Она не дочитала. Экран пошел широкими полосами.
Она не помнила, как добралась до капсулы. Воспоминания начинались уже позже — с лязга, тошноты, ощущения полета и боли. Болела щека. Лиза коснулась ее и почувствовала что-то теплое, скользкое. Пахнуло сладковатым духом. Кровь!
По руке ударило нечто твердое, свинцово-тяжелое. Лиза поймала его — какой-то кусок металла. Это оказалась застежка от ремня. Крепление расстегнулось, и ремень хлестал во все стороны. Капсулу несло, вертело и подбрасывало.
Лиза зажмурилась. Пальцы тряслись так, что она не могла даже держаться за кресло.
Падение вскоре выровнялось: система выбросила парашют. Мягкий толчок — и датчик над люком загорелся зеленым.
Посадка.
Лиза не знала, сколько она просидела внутри. Тело было ватным. Руки и ноги дрожали, стоило пошевелиться. Она полулежала в кресле, приходила в себя от пережитого ужаса и постепенно успокаивалась.
Жива. Коммуникатор на месте. Кажется, он не пострадал. Можно вызвать спасателей.
Яхту только жалко. Как же жалко. И сама ведь виновата…
Космическую яхту родители подарили ей на двадцатилетие. Это был уютный шустрый кораблик, прямо-таки созданный, чтобы путешествовать. Он умел нырять в кисельно-густые атмосферы облачных планет, рассекать воды морей и океанов, ловко обходя рифы и показывая на внешних экранах таинственные картины подводного мира за бортом. Умел без ворот прыгать в подпространстве от Земли до Эоситея, от Эоситея до Мерхии, от Мерхии — куда угодно еще и знал сотни курортных планеток и спутников.
А ведь Лизу предупреждали — не суйся в атмосферу Враада, там такие молнии, что ни один защитный экран не спасет. Нет, полезла, дурочка. Грозовой фронт поутих, а ей хотелось прогуляться по местным джунглям…
Прогуляется теперь. Как бы только не пришлось гулять до скончания века.
Она подавила рыдание и достала коммуникатор.
Слезы все-таки выступили на глазах. Коммуникатор прилагался к яхте. В комплект входило три таких переговорника, наушники, усилитель сигнала для связи на больших расстояниях и… Тут пришлось снова жмуриться и вытирать глаза. От слез защипало раненую щеку.
Лиза активировала коммуникатор и отправила свои координаты в земную службу спасения.
Спасатели вышли на связь через пять минут.
— Лиза? Вы сейчас на краю джунглей, возле сопки? — произнес по-русски приятный мужской голос.
— Я не знаю… — пробормотала она. — Здесь нет внешнего экрана…
— Просканируйте окрестности коммуникатором. Передавать никуда не нужно, я увижу, я с вами на связи, — сказал спасатель. — Меня зовут Андрей. Вы ведь консерватор? Досадно, это не очень-то удобно…
— Да, — Лиза запустила сканирование. Ну конечно, она была консерватором — никаких приборов в мозгу, кроме переводчика. Трансгуманоид во всей родне был только один. Троюродный братец-оболтус из Волгограда. Он считался в семье даже не белой вороной — синей в розовую крапинку. Лиза подозревала, что он для того и имплантировал себе в голову компьютер, чтобы позлить родителей.
Коммуникатор пискнул, сообщая, что анализ местности завершен. Андрей снова подал голос:
— Выйдите из капсулы! Быстрее!
— Зачем?
— Прямо под вами газовый очаг! В любой момент может быть вспышка! Кстати, когда будете выходить, отстегните ремни от кресла и возьмите с собой.
— Зачем?
Она прикрепила коммуникатор к вороту блузки и завозилась с ремнями. Пальцы уже не дрожали. Теперь их при малейшем напряжении сводила противная судорога.
— Враад — очень опасное место, — терпеливо пояснил Андрей. — Хорошо бы у вас был запас снаряжения… хотя бы туристического… но будем обходиться тем, что есть. Справились? Быстрее, выбирайтесь. И поставьте коммуникатор на непрерывное сканирование. Я буду вас вести.
Теперь Лиза почти полностью успокоилась. Она была не одна. А Андрей точно знал, что делать.
Небо Враада полыхало молниями. Коварный грозовой фронт вернулся в самый неподходящий момент. Мощные, толстые, как стволы, разряды взрезали бурые груды туч. То тут, то там вспыхивали ослепительно-синие столбы пламени. Взвивались, жалили растрепанные облака. Срывались редкие тяжелые капли. В душном воздухе висела сырая взвесь. Пахло морем и чем-то приторно-гнилостным.
— Еще, еще дальше!
«Критическая ошибка! Давление выше нормы на 50 процентов… 55… 60… 75…»
«Критическое снижение высоты! Рекомендую включить катапультирование!»
Яхта падала. Охваченная паникой, Лиза не сразу нажала «подтвердить». Руки не слушались, превращались в безвольные дрожащие тряпки, колени подгибались, к горлу подступала истерика. Нет! Только не гибель! Она не хотела умирать! Нет, нет!
«Рекомендую включить катапульти…»
Она не дочитала. Экран пошел широкими полосами.
Она не помнила, как добралась до капсулы. Воспоминания начинались уже позже — с лязга, тошноты, ощущения полета и боли. Болела щека. Лиза коснулась ее и почувствовала что-то теплое, скользкое. Пахнуло сладковатым духом. Кровь!
По руке ударило нечто твердое, свинцово-тяжелое. Лиза поймала его — какой-то кусок металла. Это оказалась застежка от ремня. Крепление расстегнулось, и ремень хлестал во все стороны. Капсулу несло, вертело и подбрасывало.
Лиза зажмурилась. Пальцы тряслись так, что она не могла даже держаться за кресло.
Падение вскоре выровнялось: система выбросила парашют. Мягкий толчок — и датчик над люком загорелся зеленым.
Посадка.
Лиза не знала, сколько она просидела внутри. Тело было ватным. Руки и ноги дрожали, стоило пошевелиться. Она полулежала в кресле, приходила в себя от пережитого ужаса и постепенно успокаивалась.
Жива. Коммуникатор на месте. Кажется, он не пострадал. Можно вызвать спасателей.
Яхту только жалко. Как же жалко. И сама ведь виновата…
Космическую яхту родители подарили ей на двадцатилетие. Это был уютный шустрый кораблик, прямо-таки созданный, чтобы путешествовать. Он умел нырять в кисельно-густые атмосферы облачных планет, рассекать воды морей и океанов, ловко обходя рифы и показывая на внешних экранах таинственные картины подводного мира за бортом. Умел без ворот прыгать в подпространстве от Земли до Эоситея, от Эоситея до Мерхии, от Мерхии — куда угодно еще и знал сотни курортных планеток и спутников.
А ведь Лизу предупреждали — не суйся в атмосферу Враада, там такие молнии, что ни один защитный экран не спасет. Нет, полезла, дурочка. Грозовой фронт поутих, а ей хотелось прогуляться по местным джунглям…
Прогуляется теперь. Как бы только не пришлось гулять до скончания века.
Она подавила рыдание и достала коммуникатор.
Слезы все-таки выступили на глазах. Коммуникатор прилагался к яхте. В комплект входило три таких переговорника, наушники, усилитель сигнала для связи на больших расстояниях и… Тут пришлось снова жмуриться и вытирать глаза. От слез защипало раненую щеку.
Лиза активировала коммуникатор и отправила свои координаты в земную службу спасения.
Спасатели вышли на связь через пять минут.
— Лиза? Вы сейчас на краю джунглей, возле сопки? — произнес по-русски приятный мужской голос.
— Я не знаю… — пробормотала она. — Здесь нет внешнего экрана…
— Просканируйте окрестности коммуникатором. Передавать никуда не нужно, я увижу, я с вами на связи, — сказал спасатель. — Меня зовут Андрей. Вы ведь консерватор? Досадно, это не очень-то удобно…
— Да, — Лиза запустила сканирование. Ну конечно, она была консерватором — никаких приборов в мозгу, кроме переводчика. Трансгуманоид во всей родне был только один. Троюродный братец-оболтус из Волгограда. Он считался в семье даже не белой вороной — синей в розовую крапинку. Лиза подозревала, что он для того и имплантировал себе в голову компьютер, чтобы позлить родителей.
Коммуникатор пискнул, сообщая, что анализ местности завершен. Андрей снова подал голос:
— Выйдите из капсулы! Быстрее!
— Зачем?
— Прямо под вами газовый очаг! В любой момент может быть вспышка! Кстати, когда будете выходить, отстегните ремни от кресла и возьмите с собой.
— Зачем?
Она прикрепила коммуникатор к вороту блузки и завозилась с ремнями. Пальцы уже не дрожали. Теперь их при малейшем напряжении сводила противная судорога.
— Враад — очень опасное место, — терпеливо пояснил Андрей. — Хорошо бы у вас был запас снаряжения… хотя бы туристического… но будем обходиться тем, что есть. Справились? Быстрее, выбирайтесь. И поставьте коммуникатор на непрерывное сканирование. Я буду вас вести.
Теперь Лиза почти полностью успокоилась. Она была не одна. А Андрей точно знал, что делать.
Небо Враада полыхало молниями. Коварный грозовой фронт вернулся в самый неподходящий момент. Мощные, толстые, как стволы, разряды взрезали бурые груды туч. То тут, то там вспыхивали ослепительно-синие столбы пламени. Взвивались, жалили растрепанные облака. Срывались редкие тяжелые капли. В душном воздухе висела сырая взвесь. Пахло морем и чем-то приторно-гнилостным.
— Еще, еще дальше!
Страница 1 из 6
