Студия «Slenderman's proxies» представляет…

Затем предательская бутылка была ловко подкинута Безглазому, Безглазый, ни о чем не догадываясь, отпил от нее…

— … А вы уверены, что это входит в наши полномочия? — жалобно спросил Тоби, шарахаясь от черно-синего торнадо, промчавшегося мимо.

Торнадо это, кстати говоря, при ближайшем рассмотрении оказалось Джеком. Безглазым Джеком. Джеком, до одурения напившегося «Пепси» с примесью наркоты. О-о-о, это была жесть…

— Не парься, — откликнулся Бен, однако и он уже жалел, что затеял это. — Ну, подумаешь — режиссера споили. Это нормально. На всех съемочных площадках такое бывает… Наверное.

Безглазый между тем вскочил на стол, содрал с себя маску, швырнул ее куда-то в угол и принялся бодро отплясывать не то присядку, не то краковяк. При этом он на предельной громкости напевал мелодию, отдаленно напоминавшую английский гимн с элементами песни «Rise» группы Skillet. Результат был, скажем так… необычный.

— И что нам делать? Джек исполняет главную роль, роль Воина, а теперь его вообще на сцену нельзя будет выпустить! — продолжал Тоби. — Бен, когда примерно он протрезвеет?

— Без понятия, — потусторонним голосом ответствовал Утопленник. — Может, дня через три-четыре. Он же всю бутылку вылакал.

— А спектакль — завтра! — ужаснулся Тоби. — Все, мне крышка. Слендер меня убьет. Точно убьет. Стопудово убьет. А я не хочу умирать! Я слишком молод! Не-е-ет…

— Заткнись! — оборвал его Бен. — Так, надо что-то делать… Ага! Я вот подумал: а что такого-то? Да, Джек мертвецки пьяный, ну и что с того? Все равно он вполне может сыграть свою роль. А мы немножко подкорректируем сценарий, чтобы Воин появлялся на сцене как можно реже. Вместо него местами воткнем монологи главаря мафии или его помощников, должно получиться здорово!

— План не внушает доверия, — заметил Джефф. — Но можно попробовать. И да… Ты про костюмы не забыл? Декорации готовы, а с костюмами что?

— Как насчет Трендера?

— Трендер в отпуске, если ты не знаешь. Куда-то на Мальдивы уехал. Что, больше умных мыслей нет?

— Кто-нибудь в школе учился шить? Или вязать? — вопросом на вопрос ответил Бен.

— Кто-то из девчонок, скорее всего, умеет, — встрял КагеКао. — Может, Джейн?

— Нет-нет, только не Джейн! — запротестовал Джефф. — Лучше уж Клокворк!

— О, неплохая идея…

Спустя пять минут Бен уже вовсю колотил руками и ногами в дверь комнаты часовой убийцы. За дверью сначала раздалось невнятное ворчание, а затем выглянула и сама Натали. Волосы ее были растрепаны, единственный глаз рассеянно блуждал по коридору — видимо, Клокворк отсыпалась после кровавой ночи. А ей так бесцеремонно помешали…

— Клок, милая, хорошая, нам очень-очень нужна твоя помощь! — заголосил Утопленник. — Ты умеешь шить?

— Катись к черту, — буркнула Натали и хотела было захлопнуть дверь, но Бен железной хваткой вцепился в ее рукав и упорно гнул свою линию:

— Ну пожалуйста! Плиз! Ты же самая красивая, самая умная, самая… убийственная, самая-самая! Что тебе стоит сшить четыре каких-то жалких костюма? Ха! Для тебя это ерунда, ты с этим за десять секунд справишься!

И Утопленник, решив, что с лестью переборщить нельзя, пустился в длинное и пространное описание всех внеземных талантов Клокворк, надеясь, что это окажет положительный эффект. И он не ошибся. Натали слушала его сперва с откровенной враждебностью, но постепенно оттаяла настолько, что даже согласилась помочь с костюмами. Правда, она тут же об этом пожалела, но было поздно — Бен за это время успел всунуть ей в руки иголку, нитки и цветные лоскутки ткани и смылся, оставив ее наедине со всем этим добром.

Клокворк растерянно переводила взгляд с иголки на катушку ниток, а потом, чертыхаясь, потащилась обратно к себе, читать самоучитель для начинающих швей.

А Бен в это самое мгновение стоял на сцене, как уменьшенная статуя Свободы, и говорил, отчаянно гордясь собой любимым:

— Мы им такой спектакль забацаем, все ахнут! А сейчас приступаем к генеральной репетиции! Раз-два-три… Поехали!

И вот наступил этот заветный день — Хэллоуин! День Страха и Ужаса, а также Мистики и Леденцов! День спектакля…

С утра в доме Крипипасты «царило большое оживление», как принято писать в таких случаях. Убийцы и маньяки сновали туда-сюда, орали друг на друга, сталкивались и на скорую руку дрались, носились по коридорам, крича благим матом на всех, кто встречался на пути… В общем, суета распространилась на весь дом. Только Слендер сохранял свое обычное хладнокровие.

А в это время в гостиной Бен возился у стены, что-то там с ней вытворяя. КагеКао заметил это, подошел поближе и поинтересовался, что это такое.

— Афиша, — важно ответил Утопленник и продемонстрировал демону творение своих рук. На большой красочной афише, пришпиленной к стене, ровными округлыми буквами было выведено следующее:

Спектакль «Один против всех, или Проклятие Гидры»!