Джефф, Безглазый и Бен ставят пьесу. Ну а дальше…
Добавить в моё избранное
29 мин, 58 сек 784
Все были счастливы. Но ведь надо было заготовить еще и костюмы с декорациями…
Через какое-то время, когда обе головы Гидры высохли, Джефф приступил ко второму этапу операции и гаркнул на весь дом:
— Смайл! А ну поди сюда!
Пес не заставил себя ждать и, возникнув перед хозяином, как чертик из табакерки, вопросительно уставился на него. Джефф наклонился к нему, нащупал ошейник, скрытый под густой шерстью, и, вооружившись тугой тонкой бечевкой, попытался примотать к шее хаски первую голову Гидры. Однако Смайлу эта манипуляция явно не понравилась, и он, рванувшись, высвободился из хватки Улыбчивого. Отбежав на пару шагов, пес высунул язык и умильно воззрился снизу вверх на Джеффа, который раздраженно процедил:
— Вот тварь! Мне что, ловить тебя?
Дальше и вовсе пошла какая-то чепуха. Джефф, держа наготове бечевку, приближался к Смайлу, а хаски, обворожительно улыбаясь, отодвигался от него ровно на такое же расстояние. Так продолжалось около получаса…
— Козел, животное неблагодарное, пасть закрой и не третируй меня своей лыбой! Оборзел, блять! — ругался Джефф, теряя терпение. — Или ты хочешь, чтобы я тебя утопил?… Нет? Так какого… так какого хрена ты от меня убегаешь?!
Умей Смайл говорить, он бы, несомненно, ответил на последний вопрос. Но он говорить не умел, а потому молча отступал от хозяина в дальний угол помещения. Ему, как видно, ничуть не хотелось сделать свой вклад в культуру и сыграть Гидру. Джефф это понял и сменил тактику. Он сгонял к Салли, одолжил у нее сачок для ловли бабочек, возвратился и, положив на пол кусок колбасы, сел неподалеку, предварительно напустив на себя равнодушный вид.
Учуяв съестное, Смайл остановился и стал топтаться на месте, нерешительно косясь на колбасу. Из-за стечения обстоятельств он уже почти третий день ничего не ел, и его желудок твердил: «Ну же! Съешь эту вкуснейшую колбаску! Чего стоишь, остолоп? Ешь давай!» — или что-то в этом роде.
Искушение было слишком велико, и Смайл, будучи всего лишь собакой, не мог ему противостоять. Он бочком подошел к колбаске, воровато огляделся и проглотил приманку, не разжевывая. В ту же секунду на него налетел Джефф…
Безглазый, Бен, Тоби и Каге о чем-то беседовали на сцене, но, услышав вопли и лай, развернулись и увидели какой-то непонятный клубок, состоявший из мелькающих хвостов, лап, рук и ног. Клубок катался по всему залу, то рыча, то взвизгивая, то громогласно матерясь.
Безглазый схватил швабру и, улучив подходящий момент, ударил в самый центр этого живого клубка. Клубок распался, и все воззрились на скулящего Смайла и шипящего Джеффа, который ухитрился поймать сачком самого себя.
— Чего пялитеся? — рыкнул он, пытаясь выпутаться из сачка. Со стороны казалось, будто он хочет вывернуться наизнанку. — Держите эту тварь, иначе я за себя не отвечаю! От садизма до живодерства один шаг, знаете ли!
Тикки-Тоби торопливо пристегнул к ошейнику Смайла поводок и крепко-накрепко привязал его к батарее отопления. Улыбчивый тем временем отшвырнул сачок и, смерив всех присутствующих взглядом буйнопомешанного, отчетливо проговорил:
— Слендер — сволочь! И не только он.
— Разумеется, — покладисто согласился Джек.
— А Смайл у меня еще попляшет.
— Разумеется.
И обе стороны пришли к соглашению.
Оставив Джеффа издеваться над бедным хаски, Безглазый сходил за Кровавым Художником.
— Значит, декорации нужны? — уточнил Хелен, вытирая кисть о рукав.
— Да. У нас в спектакле три действия. Первое происходит в зимнем лесу, второе — в городе, а третье — в поле, — перечислил Джек. — Вот это и надо нарисовать.
— Ладно.
Кровавый Художник приволок откуда-то большие листы картона, разложил их на сцене и принялся разрисовывать, время от времени консультируясь с Безглазым. Бена очень интересовал этот процесс, и он то и дело подбегал к Отису и смотрел, как картон понемногу превращается в настоящие картины. Три раза он наступал на будущие декорации — то случайно, то чтобы проверить реакцию Художника. Хелен неизменно относился к этому святотатству в высшей степени терпеливо, но, когда кощунственная стопа Утопленника опустилась на одну из декораций в четвертый раз, Отис не сдержался и впечатал нарко-эльфа лицом в стену, а после как ни в чем не бывало вернулся к своей палитре.
— Охуел, да?! — возмутился Бен, потирая ушибленный нос. Он хотел ринуться в драку, но Безглазый удержал его и шепнул:
— Потом. Если ты сейчас переломаешь ему все кости, мы останемся без декораций.
Утопленник фыркнул, но спорить не стал. А для себя решил раз и навсегда, что спектакли ему не по душе. Очень не по душе.
С каждым часом атмосфера становилась все более напряженной. Джек нервничал, поминутно всех одергивал и в итоге так заебал, что Бен с общего согласия втихаря стянул из холодильника бутылку «Пепси» и подлил в нее немного наркоты из своей банки.
Через какое-то время, когда обе головы Гидры высохли, Джефф приступил ко второму этапу операции и гаркнул на весь дом:
— Смайл! А ну поди сюда!
Пес не заставил себя ждать и, возникнув перед хозяином, как чертик из табакерки, вопросительно уставился на него. Джефф наклонился к нему, нащупал ошейник, скрытый под густой шерстью, и, вооружившись тугой тонкой бечевкой, попытался примотать к шее хаски первую голову Гидры. Однако Смайлу эта манипуляция явно не понравилась, и он, рванувшись, высвободился из хватки Улыбчивого. Отбежав на пару шагов, пес высунул язык и умильно воззрился снизу вверх на Джеффа, который раздраженно процедил:
— Вот тварь! Мне что, ловить тебя?
Дальше и вовсе пошла какая-то чепуха. Джефф, держа наготове бечевку, приближался к Смайлу, а хаски, обворожительно улыбаясь, отодвигался от него ровно на такое же расстояние. Так продолжалось около получаса…
— Козел, животное неблагодарное, пасть закрой и не третируй меня своей лыбой! Оборзел, блять! — ругался Джефф, теряя терпение. — Или ты хочешь, чтобы я тебя утопил?… Нет? Так какого… так какого хрена ты от меня убегаешь?!
Умей Смайл говорить, он бы, несомненно, ответил на последний вопрос. Но он говорить не умел, а потому молча отступал от хозяина в дальний угол помещения. Ему, как видно, ничуть не хотелось сделать свой вклад в культуру и сыграть Гидру. Джефф это понял и сменил тактику. Он сгонял к Салли, одолжил у нее сачок для ловли бабочек, возвратился и, положив на пол кусок колбасы, сел неподалеку, предварительно напустив на себя равнодушный вид.
Учуяв съестное, Смайл остановился и стал топтаться на месте, нерешительно косясь на колбасу. Из-за стечения обстоятельств он уже почти третий день ничего не ел, и его желудок твердил: «Ну же! Съешь эту вкуснейшую колбаску! Чего стоишь, остолоп? Ешь давай!» — или что-то в этом роде.
Искушение было слишком велико, и Смайл, будучи всего лишь собакой, не мог ему противостоять. Он бочком подошел к колбаске, воровато огляделся и проглотил приманку, не разжевывая. В ту же секунду на него налетел Джефф…
Безглазый, Бен, Тоби и Каге о чем-то беседовали на сцене, но, услышав вопли и лай, развернулись и увидели какой-то непонятный клубок, состоявший из мелькающих хвостов, лап, рук и ног. Клубок катался по всему залу, то рыча, то взвизгивая, то громогласно матерясь.
Безглазый схватил швабру и, улучив подходящий момент, ударил в самый центр этого живого клубка. Клубок распался, и все воззрились на скулящего Смайла и шипящего Джеффа, который ухитрился поймать сачком самого себя.
— Чего пялитеся? — рыкнул он, пытаясь выпутаться из сачка. Со стороны казалось, будто он хочет вывернуться наизнанку. — Держите эту тварь, иначе я за себя не отвечаю! От садизма до живодерства один шаг, знаете ли!
Тикки-Тоби торопливо пристегнул к ошейнику Смайла поводок и крепко-накрепко привязал его к батарее отопления. Улыбчивый тем временем отшвырнул сачок и, смерив всех присутствующих взглядом буйнопомешанного, отчетливо проговорил:
— Слендер — сволочь! И не только он.
— Разумеется, — покладисто согласился Джек.
— А Смайл у меня еще попляшет.
— Разумеется.
И обе стороны пришли к соглашению.
Оставив Джеффа издеваться над бедным хаски, Безглазый сходил за Кровавым Художником.
— Значит, декорации нужны? — уточнил Хелен, вытирая кисть о рукав.
— Да. У нас в спектакле три действия. Первое происходит в зимнем лесу, второе — в городе, а третье — в поле, — перечислил Джек. — Вот это и надо нарисовать.
— Ладно.
Кровавый Художник приволок откуда-то большие листы картона, разложил их на сцене и принялся разрисовывать, время от времени консультируясь с Безглазым. Бена очень интересовал этот процесс, и он то и дело подбегал к Отису и смотрел, как картон понемногу превращается в настоящие картины. Три раза он наступал на будущие декорации — то случайно, то чтобы проверить реакцию Художника. Хелен неизменно относился к этому святотатству в высшей степени терпеливо, но, когда кощунственная стопа Утопленника опустилась на одну из декораций в четвертый раз, Отис не сдержался и впечатал нарко-эльфа лицом в стену, а после как ни в чем не бывало вернулся к своей палитре.
— Охуел, да?! — возмутился Бен, потирая ушибленный нос. Он хотел ринуться в драку, но Безглазый удержал его и шепнул:
— Потом. Если ты сейчас переломаешь ему все кости, мы останемся без декораций.
Утопленник фыркнул, но спорить не стал. А для себя решил раз и навсегда, что спектакли ему не по душе. Очень не по душе.
С каждым часом атмосфера становилась все более напряженной. Джек нервничал, поминутно всех одергивал и в итоге так заебал, что Бен с общего согласия втихаря стянул из холодильника бутылку «Пепси» и подлил в нее немного наркоты из своей банки.
Страница 5 из 9
